Полая женщина. Мир Барби изнутри и снаружи Скачать


Автор: Горалик Л.

От автора

Насколько я могу судить,это — первая исследовательская книга о Барби, написанная нарусском языке. На протяжении полутора лет работы над "Полойженщиной…" меня не раз посещало опасение, что затеянныйпроект мне не по зубам — уж очень обширной оказалась тема.Основную трудность, видится мне теперь, составляло не только и нестолько обилие материала о Барби, требующего систематизации, сколькоразнообразие форм ее присутствия в современном мире. Стоилозадуматься о любой вариации куклы, о любом ее мало-мальскизначительном качестве, как волей-неволей начинал разматываться клубоксовершенно не игрушечных тем: общество потребления, гендерноесамоопределение, глобализм, этническая и расовая рознь, современнаяпедагогика, неполные семьи, восприятие поп-культуры, социализацияличности, страх смерти, — словом, все, что на сегодняшнийдень образует круг наиболее актуальных и наиболее болезненных проблемчеловеческого общества. История профессий, которыми на протяжениисорока шести лет «овладевала» Барби, оборачиваетсяисторией женского трудового движения, о появлении Lingerie Barbie —"Барби в нижнем белье" — невозможно говорить, некасаясь темы сексуальной либерализации, с одной стороны, и законовконъюктуры на рынке детских товаров — с другой. Говоря о"Бодрой Бекки" — подружке Барби, проводящей своюжизнь в инвалидной коляске, — волей-неволей приходитсякасаться такой тяжелой темы, как двойственное отношение к инвалидам взападном обществе. Я не знаю ни одной игрушки, которая заставляла былюбого заинтересовавшегося ею человека размышлять о стольких сложных,болезненных и очень взрослых вещах.

Такая интегрированностьБарби во взрослый мир сильно затрудняет исследование; она требует всевремя поступаться одними феноменами ради разбора других иподразумевает постоянный страх автора упустить что-нибудь крайнезначительное, увлекшись в силу личных интересов и склонностейкакими-то отдельными аспектами. Но в то же время именно она, этаинтегрированность, делает Барби бесценным объектом для исследования,более того — объектом, взывающим к исследованию, объектом,требующим внимания и понимания в качестве если не ключа к целому рядупроблем, то хотя бы дверного глазка, позволяющего взглянуть насовременную нам цивилизацию с высоты двенадцатидюймового кукольногороста.

Читая статьи о Барби,«тусуясь» на форумах фанатов и ненавистников этой куклы,беседуя о ней со знакомыми, я все время сталкиваюсь с чужой исобственной манерой говорить о Барби как о живом человеке. "Онасчитает себя…", "Она ведет себя, как…","Ее друг Кен имеет привычку…". Это вполнесвойственно нам и при беседе о других антропоморфных, но не живыхсуществах (скажем, литературных героях), но «жизнь»Барби, т. е. та картина жизни, которую наблюдает человек,вовлеченный в «мир» Барби, настолько полна иразнообразна, что наши проекции оказываются захватывающенепосредственными. Другая особенность дискурса, возникающего приобсуждании Барби, — двойственность восприятия этой куклы,существующая из-за зазора между «детской» и «взрослой»составляющими ее бытования. На протяжении всей книги я буду еще оченьмного говорить о двойных посылах во всем, что связано с Барби, ноэтот наиболее, на мой взгляд, значительный и наиболее очевидный. Я,естественно, пыталась писать о Барби с позиций "взрослогочеловека", т. е. с позиции того, для кого эта маленькаяпластиковая красавица не непосредственный товарищ по играм, асоциально-культурный феномен. Но из этой позиции я все-таки пыталасьрассуждать о том, что мне заведомо недоступно, — овосприятии Барби глазами тех, кому она преподносится в подарок и ктосажает ее на горшок, катает верхом на кошке, переодевает из принцессыв ветеринара и считается с ее мнением по самым разным вопросам егособственной, очень юной жизни. И, отдавая себе отчет в этойдвойственности, я просила бы и тех, кто читает эту книгу, все времяпомнить: мы ничего на самом деле не знаем о том, какой видят Барбите, кого мы пытаемся то защищать от ужасного влияния "пластиковойшлюхи", то задаривать все новыми и новыми копиями этой"удивительной куклы, любимицы всех девочек мира".

Феномен Барби был созданне компанией «Маттел», всего-навсего решившей в 1959 годупредложить маленьким девочкам «взрослую» куклу с тремясменными костюмчиками, а всеми теми, кто с первого дня существованияэтой куклы говорил о ней не как о детской игрушке, а как о живомчеловеке и как о социальной проблеме. В 1959 году журналисты называлиБарби "пугающей и развратной", изумительно нагляднодемонстрируя тот механизм «анимирования», одушевления,который вообще свойствен людям, ведущим речь о куклах. Несколькомесяцев назад, когда Барби после сорока двух лет брака разошлась сКеном, «Маттел» прокомментировала эту ситуацию так: "Ониостанутся друзьями, но устали друг от друга и собираются исследоватьновые горизонты". Чтобы понять, как устроен феномен Барби,достаточно сравнить это округло-позитивное высказывание с теммногонедельным шквалом эмоций, который захлестнул прессу и интернетвследствии такого, казалось бы, малозначительного события. Ни одномало-мальски уважающее себя издание — от "Нью-Йорк Таймс"и «Коммерсанта» до «Sun» и "Московскогокомсомольца" — не преминуло написать кто заметочку, акто и полновесную статью о распаде "самой звездной пары века",по выражению одного из коллекционеров Барби на известноминтернет-форуме. Высказывались любые мнения — от феминистскихвосторгов по поводу «освобождения» бедной рабыни дохристианского негодования по поводу ужасного примера, который этотразвод подает детям. Компания «Маттел» не приложила кэтим публикациям руки — все сделали мы сами. На протяжениисорока шести лет происходил удивительный процесс: «Маттел»всего-навсего выпускала разодетых куколок, прилагая к ним максимальнонейтральные, монашески-возвышенные описания. Остальной мирдостраивал, придумывал, проецировал, вчитывал, интерпретировал —и в ответ ненавидел, сопереживал, протестовал, запрещал, боролся имучился. Я была по-своему рада, когда и «Маттел», и еепредставитель в России — компания "Мир Барби" безобъяснения причин отказались сотрудничать с издательством «НЛО»при написании этой книги. С одной стороны, это лишило меня большогокорпуса материалов, не позволило включить в книгу главы о финансовыхаспектах мира Барби, наверняка привело к целому ряду неточностей; но,с другой стороны, я получила возможность писать книгу не о том, какойзадумывали куклу ее создатели и какой они видят ее сейчас, а о том,какой видим ее мы, люди, не вовлеченные напрямую в процесс созданиямира Барби, но формирующие его по собственному образу и подобию.

Я считаю возможнымвоспринимать Барби как своего рода зеркало западной цивилизации,причем зеркало с неожиданной, но очень полезной кривинкой:цивилизация эта отражается в нем, как если бы она была кукольной. Этоне пустой каламбур: в зеркале Барби наш мир выглядит так, как еговидит, скажем, главный герой в фильме "Шоу Трумана" —до катастрофы, приведшей его к бегству из гламурной действительности.Мир Барби — это наш мир, каким бы он был, будь мы куклами —существами, лишенными в равной мере сомнений и недостатков. И там,где Барби вызывает у нас раздражение, мы можем твердо говорить себе:мы проецируем на нее свои проблемы. Дело не в ней, дело в нас. Это мыраздражаем себя своим навязчивым следованием моде, или карьеризмом,или беспокойством о собственной внешности, или тем, как мы строимсемейные отношения, или, наконец, тем, какие игрушки мы выбираем длясвоих детей. Это наш мир отражается в безопасном небьющемся зеркалеее крошечного розового трюмо; в том, что он не нравится нам, мы можемвинить только самих себя.

В результате я сдаюрукопись в редакцию с ощущением, что "Полая женщина…"— не исследование о Барби, а в какой-то мере сборник мыслей поповоду той цивилизации, которая способна сотворить себе кумира измаленькой пластмассовой куклы и так сложно, так противоречиво изапутанно построить собственные отношения с этим кумиром. О Барбивыходили десятки книг, но мне не удалось найти исследование, целикомпосвященное Барби именно как социокультурному феномену. Я не льщусебя мыслью, что мне удалось написать именно такую книгу, но самподход кажется мне важным, и, возможно, попытка выбрать именно этотпуть будет служить некоторым оправданием очевидным недостаткам "Полойженщины…".

Первая часть "Полойженщины…" называется "Мир До Барби": в нейделается попытка бегло рассказать об истории кукол вообще, о том, чтоони значили и значат для нашей цивилизации, о том, почему именнокукла оказалась способна так прочно завоевать мир, и о том, каксумела переосознать прошлое «мама» Барби Рут Хендлер,чтобы создать один из самых поразительных феноменов за всю историюигрушек. Я буду часто ссылаться на эту информацию в других частяхкниги. Вторая часть "Полой женщины…" —"Мир Барби" — рассказывает о самой кукле: ееустройстве, образе жизни, нарядах, привычках, характере, внешности,истории — словом, о всем том, что составляет образ Барби. Инаконец, в третьей части — "Мир вокруг Барби" —я пытаюсь говорить целиком и исключительно о нас, о людях, играющих скуклой, собирающих ее, ненавидящих ее, использующих ее в своих целях,молящихся на нее, боящихся ее, дружащих с ней, т. е. о том, что,как мне кажется, и создало "феномен Барби", процветающий посей день.

Ругать Барби, обвиняя еево всех смертных грехах плюс в разложении нравов и способствованиизакату цивилизации, считается в определенном кругу хорошим тоном. Ночитая и слушая высказывания об этой кукле самых разных людей, я частодумала: "Если бы с Барби все обстояло так плохо, как говоритодин автор, то за 46 лет нашего знакомства с ней при масштабах еепопулярности цивилизация давно скатилась бы в тартарары; а если бы сней все было так хорошо, как пишет его коллега, человечество давнозабрали бы живьем на небо". Мне хотелось бы, чтобы читатель этойкниги исходил из простой предпосылки: дела с Барби обстоят не хорошои не плохо, они обстоят сложно. И именно эта сложность,неоднозначность, постоянная двойственность посыла, как мне видится,делает Барби ценнейшим объектом для исследования.

Часть первая

МИР ДО БАРБИ

Глава первая

НЕЖНОЕ ИДОЛИЩЕ: ИСТОРИЯ КУКОЛ

Отправную точку разговорао Барби, т. е. ту точку, начиная с которой можно былорассматривать предтечи, сделавшие возможным появление нашей девочки,обнаружить на исторической шкале довольно трудно. Девочка нашародилась в 1956 году; можно было бы начать с дня рождения ее«матери», немецкой виниловой шлюшки по имени Лилли. Но иЛилли возникла не случайно — говоря о ней, необходимо вспомнитьи о традиции «взрослых» кукол, бытовавшей на тот момент,и о традиции существования таких кукол на протяжении веков в целом.Тогда невозможно уклониться от разговора о появлении первыхкукол-детей, что отбрасывает нас в конец XVIII века, и о том, почемуони не возникли раньше, что заставляет вернуться к XVI–XVIIвекам. Но и там волей-неволей приходится покопаться в традициисуществования fashion dolls — а ей больше семи столетий —и поинтересоваться, как куклы вообще стали игрушками, посколькуизначально они служили по большей части очень взрослым задачам.

Чем больше я читала обистории игрушек, в частности и об истории детства в целом, тем лучшепонимала, насколько неверным оказывается при внимательномрассмотрении известный тезис, часто вытекающий из поверхностныхпопыток объяснить феномен успеха Барби. Этот тезис формулируетсяпо-разному, но главная мысль всегда одна: секретом создателей Барбибыло их беспрецедентное новаторство. Они придумали взрослую куклусреди надоевших маленьким девочкам пустоглазых лялек; они решилисшить для нее тысячи нарядов, заставляя покупателей коллекционироватьогромные гардеробы; они сообразили, что кукле можно приписывать теили иные актуальные профессии; они догадались создать для нее семью идрузей, чтобы поклонники покупали не одну куклу, а десятки приятелейи приятельниц Барби; и дальше на каждом шагу восторги по поводуспособности компании «Маттел» изобрести, придумать,создать, нащупать, угадать — и снять сливки. На самом же деле,видится мне, восторг в адрес производителей куклы должен относиться ксовершенно обратному явлению, а именно к их способности уникальнымобразом переработать, переосмыслить и использовать традицию, векамисуществовавшую в истории кукол в частности и в истории игрушеквообще. Та самая новация, которой справедливо гордится компания,лежит не в области «изобретения» самой Барби и другихвесьма успешных проектов, а в области маркетинга — так,«Маттел» была одной из первых компаний, сумевших увидетьв детях самостоятельную группу покупателей и оценить рекламныевозможности телевидения, рассчитанного на эту аудиторию. Именномаркетинговый гений позволил компании создать мир, где мордочка Барбипо опросам, проводившимся в середине 90-х годов, оказалась самымузнаваемым лицом на планете. Сама Барби, ее бесконечные наряды,профессии и друзья, ее способность ходить и разговаривать, наличие унее социальной позиции — все это результат кропотливого поискаподходящего материала в истории игр и игрушек, реанимация многихдавно забытых приемов, забав и кунштюков, которые при правильнойподаче по-прежнему способны вызывать восторг и ужас у детей ивзрослых. Создатели Барби заслуживают восхищения как этимкропотливым, хотя и нигде не заявленным вниманием к прошлому, так испособностью сварить подобный соус, постоянно добавляя в новое варевоодну ложку прежнего, как делают хозяева маленького ресторана вБолонье, на вывеске которого указано: "Мы варим наш знаменитыйсуп с 1886 года!" Компания-производитель Барби варит свойзнаменитый суп с 1956 года, и в первую его порцию была плюхнутахорошая поварешка старой доброй традиции.

Хочется, конечно,написать: "Куклы существовали столько, сколько существовалочеловечество", — но поручиться за достоверность такойфразы никто не может: кукол редко делали из прочных материалов, да иособой ценностью они, за редкими исключениями, не считались, ипоэтому древних образцов сохранилось мало. Самым ранним, насколькомне известно, считается фрагмент куклы с подвижными руками и ногами,относящийся к вавилонскому периоду; но логика заставляет думать, чтофигурки, слепленные, сплетенные, вырезанные из дерева и камня пообразу и подобию человека, существовали и раньше. С другой стороны,мне кажется, что считать саму идею куклы настолько простой иочевидной, чтобы относить ее к категории базовых бытовых объектов,сопровождавших человечество с его, условно говоря, первых шагов, былобы наивно. Осмысленное создание артефакта, не имеющего немедленногоприкладного характера, требовало немалого уровня развития само посебе, но рукотворное создание образа, подражающего природному, а темболее образа, имевшего культовое значение (большинство теорийсходятся на том, что фигурки людей, животных, птиц, рыб и т. п.изначально создавались ни в коем случае не из игровых, а именно изоккультных соображений), требовало способности к абстрактномумышлению, к сложным ассоциативным ходам, к серьезно развитойфантазии. Само возникновение куклы кажется мне достижениемчеловечества, важным этапом его развития. Животные знают только одинспособ создавать себе подобных; у нас же существуют глина, пластик,стекло и собственное воображение, способное назвать веник «Маней»,определить у него «голову» и «ноги» и сделатьего своим главным доверенным лицом на все дачное лето.

Для меня очень важнойявляется моя собственная убежденность в том, что наши отношения скуклами не слишком просты по сей день. Эволюция кукол видится мнеэволюцией отношений человека с окружающим миром, с собой и с понятием«человек» в целом. При всей абсолютной обыденности куколв окружающем нас мире, при всем их исключительном разнообразии мыпродолжаем видеть в кукле в первую очередь то, что видел внезапамятные времена дикарь, едва научившийся разводить огонь, но ужеспособный смастерить из веток и грязи нелепое существо с головой иногами, чтобы положить его на месте захоронения брата по племени: мывидим «персону». Это происходит вне зависимости от нашеговозраста и вне зависимости от типа куклы. Именно этим факторомпользуются детские психологи, давая ребенку куклу и наблюдая запроцессом игры; именно этим фактом пользуются художники, ставя куколпод гитлеровское приветствие или на четвереньки; и именно этимфактором пользуются создатели всех кукол мира — и особенносоздатели куклы Барби, — наделяя их индивидуальностью(тем, что на английском так удачно называется identity —уникальными качествами, свойственными только данной личности),заставляя покупателя и поклонника воспринимать двух абсолютноидентичных пластиковых кукол как двух разных персонажей: "МалибуБарби" в полосатом купальнике оказывается совсем другой куклой,нежели «Барби-Балерина» в голубой пачке. Когда на сайтахпоклонников Барби читаешь истории об отношении девочек со своимикуклами, иногда обнаруживаешь уровень такой персонализации,«одушевления» Барби, что волосы встают дыбом ("Явсегда спрашиваю у нее совета, как одеваться на то или иноемероприятие…"), пока не вспомнишь все тот же веник поимени Маня и не подумаешь, что, может, у этих девочек все не так уж иплохо с головой.

Английское слово doll, понаиболее распространенной версии, происходит от греческого eidolon —идол. Первый этап отношений человека и куклы — этап идолов.Мысль о том, чтобы завернуть ее, скажем, в половую тряпку ипопытаться сделать "кошкиной дочкой", или о том, чтобыотвертеть ей голову и посмотреть, что внутри, или о том, чтобы,скажем, сунуть ее головой в унитаз в процессе игры в русалочку,показалась бы V–VI веках до н. э. такой же кощунственной,какой кощунственной нам показалась бы мысль проделать сегодня все тоже самое с живым младенцем. Кстати, с живыми младенцами дела тогдаобстояли совершенно иначе: младенец, по большей части, создавался безумысла, ценности собой, за редким исключением, не представлял, и еговполне могли принести в жертву богам, старшим членам семьи или духамумерших предков. Кукла же делалась с умыслом и воплощала важнуюоккультную идею: в ней мог жить тот же дух умершего предка, или,наоборот, в него живой мог временно помещать свою душу, когда ейгрозила опасность — скажем, во время болезни или передвойной, — и сунуть такую куклу куда бы то ни было головойпоказалось бы, мягко говоря, жестом странным и неразумным. На этутему можно рассуждать долго, вспоминая и тех кукол, которыми злые феиподменяли украденного из колыбельки малыша, и кукол, которых татарыхоронили во время тяжелой болезни, чтобы обмануть смерть, и «колоду»— полено в женских одежках, приносимую в жертву славянскимбогам вместо живой молодицы. Идею самостоятельной воли, злого илидоброго «духа» в тельце куклы все еще воплощаютсегодняшние куклы-берегини, а способность куклы «подменять»человека мы видим в огромном количестве сохранившихся по сей деньязыческих обрядах: Дуню-Масленицу все-таки сжигают не просто так;модные же в качестве политического жеста линчевания чучелдвадцать-тридцать лет назад заставляли содрогнуться перед дикарской,языческой чистотой жеста, которой могут позавидовать самые рьяныепоследователи вуду. Да и куклы-идолы — в полном смысле слова —по-прежнему существуют, причем не где-нибудь в диких племенах, а вкаждом европейском городе, да что там — едва ли не в каждомквартале. Даже неловкое прикосновение к этим прекрасно выполненным,ярким, запоминающимся креатурам оказывается кощунством. Я говорю не окуклах, имеющих "сентиментальную ценность" для ихвладельцев, и даже не о куклах вуду — лучших напоминаниях отом, с чего начинались отношения человека с его образом и подобием,но о фигурках христианских святых. Будучи куклами по всем параметрам,они уж никоим образом не предназначены для свободного обхождения, идаже, по признанию одной моей собеседницы, "пыль с них смахиватькак-то неловко". Они — идолы, куклы, воплощающиеабстрактнейшую и сложнейшую из идей. Упростив ситуацию, можноутверждать, что мы имеем дело просто с кусочком дерева или пластика,цена которого указана на чеке, а земное происхождение подтверждаетсяфабричным клеймом на подставке. И все же мы сами, собственнымвоображением придали этой кукле сложный набор качеств, и даже еслизавернуть ее в целлофан и на десятки лет поставить в подвале церквидожидаться лучших времен, мы, сняв покровы, снова увидим перед собойне куклу, но Деву Марию. Однако попади она в руки людей, не знакомыхс символами христианства, — и через десять дней на головеу нее будет красоваться соломенная шляпка, в молитвенно сложенныхруках возникнет одуванчик, а скорбные губы будут подведены маминойпомадой — кукла как кукла. Именно эта способность наделятькуклу человеческими качествами и создает всю нашу историю отношений скуклами, более того — объясняет сам факт их существования, самустепень их значимости в нашей жизни.

Вопрос о том, когда куклыстали игрушками, продолжает оставаться спорным. Для меня, например,вообще не очевидно, что они ими стали, — ну, по крайнеймере, что они стали ими окончательно, совсем прекратили быть«идолами», существами, наделенными человеческимикачествами. Общение с взрослыми фанатами Барби и наблюдение заиграющими с тряпичными самодельными куклами маленькими деревенскимидевочками заставляет сильно усомниться в подобном тезисе. Поэтому мнекажется уместным ставить вопрос иначе: когда люди стали создаватькукол, не имея в виду изначально придать им то или иное сакральноезначение, когда кукла превратилась в «болванку», которойребенок имеет право придавать значение сам, делая ее то мамой, тоангелом, то девочкой из соседнего дома, то суперменом, то самимсобой? Шлиман, раскапывая Трою, нашел множество куколок — онилежали вперемешку с другими детскими вещами и позволяли думать, чтодействительно предназначались для игры. Считающаяся игрушкойтряпичная кукла из Британского музея датируется III веком до н. э.Самой древней куклой, обнаруженной на сегодняшний день, считаетсянайденная в гробнице маленького египетского фараона фигурка возрастом4000 лет. Но намеренное отсутствие у нее ног, чтобы кукла не убежала,и очень странно выполненная голова, напоминающая о бытовавшей умногих народов традиции делать безликих кукол, чтобы в них невселился злой дух, позволяют заподозрить, что эта антропоморфнаяфигурка предназначалась не столько для игры на том свете, сколько дляоказания каких-нибудь более сложных услуг маленькой отлетевшей душе.

Однако большинствоисточников все-таки сходится на том, что в последние три тысячи лет вцивилизованном мире куклы очень часто делались для детской забавы. Нои тут дело, по большому счету, было нечисто: например, в ДревнейГреции девочки с наступлением пубертата должны были посвящать своихкукол Венере — таким образом, очевидно, немедленно переводя ихиз категории «игрушки» в категорию символа — себя,маленькой девочки, теперь вступающей в область жизни, которой правитбогиня плодородия, размножения и любви. Потеря куклы, отдача еечужому человеку, вынос из дому, по мнению европейцев, могли накликатьнесчастье — настолько сильно кукла, пусть даже игровая,связывалась с персонами ее хозяев. Оскорбление, нанесенное кукле, унекоторых славянских народов расценивалось как оскорбление,нанесенное лично ее хозяйке.

Возможно, это было однойиз причин, по которым достоверность, реалистичность изображенияисключительно высоко ценилась в куклах. Сходство с живым человекомстарались придать вышивкой или росписью лица, имитацией человеческойфигуры, созданием подвижных конечностей. Первые куклы с руками иногами на глиняных шарнирах относятся к началу древнеримской эпохи.Некоторые из них тонкой лепкой лица, большой грудью и способностью«двигаться» даже визуально удивительно напоминают Барби.Особая тонкость ваяния часто не допускалась материалом —все-таки подавляющее большинство кукол до индустриальной революциидевочки или их матери делали вручную, из соломы, опилок, тряпок ипрочих подножных средств — и «достоверность» такойдомашней куклы восполнялась исключительной проработанностью костюма итого, что теперь называется «аксессуарами», т. е.маленьких вещичек, дополняющих образ куклы: сумок, домашней утвари,бижутерии, предметов туалета. Здесь уж предела мастерству и фантазиине было, и куклы нередко поражали полнотой имитации костюма иэлементов повседневной жизни. Например, уже в 1870-е годы французскийкукольник Фернанд Готье создавал для своих маленьких красавицудивительно «живых» собачек. Другие мастера снабжалисвоих кукол гигиеническими принадлежностями, мылом, настоящимищипчиками для завивки волос — их можно было разогреть на угляхи использовать, если ваша кукла носила парик из натуральногоматериала. Тот же Готье продавал крошечное кукольное домино, а егозаписные кокетки являлись на бал не просто разрядившись в пух и прах,но и элегантно подвязав к руке блокнотик для записи танцев; куклы отRock&Granner читали миниатюрные газеты за прекрасно накрытымзавтраком.

К сожалению, именнокостюм и аксессуары, как показывает история, всегда являлись самойхрупкой частью куклы: и без того постоянно подверженный внешнимвоздействиям костюм куклы сам по себе становился важнейшим элементомдетской игры и постоянно претерпевал изменения: его то снимали, топеределывали, чтобы лучше разыграть ту или иную ситуацию, то пыталисьнадеть на другую куклу, — и в результате от костюма частоза полгода-год оставались рожки да ножки, в то время как сама кукламогла служить девочке годами, нося тряпье либо получая время отвремени новый костюм, но чаще всего просто облекаясь в подвязанныекуски ткани вместо тщательно и продуманно сшитого изначальногонаряда. По сей день коллекционеры превыше всего ценят наличие у куклыоригинального костюма, и это, безусловно, относится к Барби с еемиллиардами переодеваний. Если бы одежды кукол всегда сохранялись,множество загадок истории — в том числе совсем не игрушечных —не были бы загадками на сегодняшний день.

Антропоморфность кукол небыла единственным объяснением этого стремления их создателей креалистичности — игрушка всегда, во все эпохи отражалаокружающую реальность. От оловянных солдатиков до «Монополии»,от Петрушки до GI Joe — все это использовалось ребенком (аиногда и играющим взрослым) для личного проживания событий,происходящих во взрослом мире, — будь то война, разводродителей, Карибский кризис или приезд "скорой помощи" всоседний дом. Это особенно заметно в последние годы, когда в планереалистичности рынок игрушек фактически раскололся пополам. С однойстороны, стоит наша девочка Барби с ее гиперимитацией современнойжизни — от костюмов Армани до настоящей электрической плитыразмером с сигаретную пачку; новейшее огнестрельное оружие в детскомбезобидном варианте; куклы-младенцы, способные есть с ложечки,кричать по часам и пачкать подгузники, плюшевые животные, пугающепохожие на настоящих, и наборы "Юный медик" с только что ненастоящими одноразовыми шприцами; с другой — бесконечныепорождения комиксов и аниме, существа, главная ценность которыхзаключается именно в их ирреальности, непохожести на что бы то нибыло живое. Даже антропоморфные красавицы с глазами в пол-лица иэльфийскими крыльями так же мало претендуют на реалистичность, как иTickle-Me-EImo — прелестный большеротый идиотик с клочковатойшерстью, гуманоид неопределимой расы, хихикающий, если почесать егобочок, и сумевший заставить пресыщенную американскую публикувыстаивать получасовые очереди в магазинах игрушек под Рождество 1998года.

Об Elmo восторженнописали, что это первая игрушка, умеющая реагировать на прикосновениеребенка: не на нажатие кнопки в животе и перекидывание туда-сюда, ана естественный жест — поглаживание, объятие. Восторгиследовало отнести за счет соответствия такого подхода современнымметодам воспитания, учащих, помимо всего прочего, давать ребенку какможно больше тактильной ласки, обеспечивать свободу физическоговыражения эмоций в объятии, в поцелуе, в том, чтобы носить ребенка наруках или держать за руку, но не с целью волочь за собой по улице, ас целью дать ощущение поддержки и опоры. Меня Elmo заставил лишнийраз вспомнить о том, насколько тесно переплетена история игрушек иистория воспитания ребенка. Лучшей иллюстрацией этой переплетенностиявляется, на мой взгляд, история игрушек в Америке со времен прибытияевропейцев на материк. Первые пуритане считали, что игра есть«бесполезное» и «непрактичное» занятие; детямбыли запрещены какие бы то ни было развлечения, и целенаправленносозданные игрушки фактически отсутствовали в этом мире. Дети самитайком создавали куколок из тряпки и веревки или мячи, набитые мелкойстружкой, — эти игрушки приходилось прятать от взрослыхпод страхом серьезного телесного наказания. Когда нравы смягчились идетям разрешили играть хотя бы по воскресеньям, существовало мнение,что игрушки должны быть «высокоморальными». Ребенку моглиподарить искусно выполненный Ноев ковчег со ста парами тварей, но замысль поиграть с этими тварями в бродячий цирк можно было схлопотатьрозгой: разрешалось только разыгрывать сцену создания ковчега ивосхождения на него. Дети считались исчадиями ада, и взрослые несомневались, что воспитывать ребенка означало выбивать из неговрожденные сатанинские наклонности, первородную греховность: любоепроявление свободы воли виделось признаком возобладания дьявола надмаленькой душой. Детские книги того времени, рассчитанные на 5 —8-летнего читателя (а скорее, слушателя), хорошо иллюстрируютситуацию: "Расплата за грехи", "Маленькиечревоугодники", "Чистое зло", "Отправка в ад"и "Опасная игра" запугивали детей до судорог, до ночныхкошмаров, в свою очередь считавшихся домогательствами со стороныдьявола и лечившихся поркой. На протяжении многих веков взрослымсовершенно не приходило в голову, что игрушки должны хоть как-тосоответствовать наклонностям ребенка: очень часто девочка получала вподарок куклу, которую ей тут же запрещалось трогать руками, чтобы неиспортить. В соответствии с тем как проходила эволюция теорийвоспитания, проходила и эволюция представлений о детской игрушке.Игрушки по-прежнему носили «воспитательный» характер, ноуже не боролись с врожденным грехом в ребенке, а защищали еговрожденную же невинность (на мой взгляд, один из самых занимательныхвывертов христианского мировоззрения) и готовили его к жизни вовзрослом мире. Но все-таки вплоть до конца пятидесятых годов (Барби,вспомним, родилась в 1959-м) ребенок фактически не имел шансовсамостоятельно выбирать игрушки себе по душе; только в начале второйполовины XX века произошла семейная революция, приведшая квозникновению ребенка-покупателя и к так называемой последующейкоммерциализации детства: у ребенка появились свои деньги. Причинтому было множество, но в качестве главной, видимо, следовало быуказать послевоенный восторг перед стабильностью 1950-х и глубокуюубежденность родителей, что как мальчики, так и девочки должны смалых лет учиться узнавать цену деньгам. родители начали выдаватьотпрыскам карманные деньги — с регулярностью крошечной зарплаты— и приучать ребенка к мысли, что за некоторые своиудовольствия он платит сам. Те из создателей игрушек, кто сумелоценить детей как новую покупательную силу, вырвались вперед намного, много лет. Среди них была и компания "Маттел".

Всю историю существованияэтой компании — и всю историю существования Барби — можноописать именно как историю изумительного рыночного чутья, гениальныхмаркетинговых стратегий и следования конъюнктуре, —следования до того бессовестного, что порой цинизм некоторых вариацийБарби заставляет разумного наблюдателя неловко поперхнуться. Еепроизводители всегда владели удивительным искусством лавировать междуреальными запросами детей и представлениями родителей о том, какимиэти запросы должны быть. Барби эволюционировала вместе спредставлениями родителей о воспитании и вместе с возникновениемкласса детей-потребителей, самостоятельно выбирающих себе развлечениявне зависимости от полезности и ценности. Сегодня эта кукла полностьювписывается в современную концепцию воспитания, в идеале готовящуюребенка к высокой социальной адаптированности, гибкости,самостоятельности, карьерных достижений, «популярности»,разыгрыванию сюжетов «успеха», и при этом вполнеявляется, по мнению многих родителей, целомудренной воспитательнойигрушкой, беспрецедентной "ролевой моделью" для маленькихдевочек. Но в то же время Барби умудряется быть для тех же девочекобъектом самых нецеломудренных проекций и самых дерзких фантазий овзрослой жизни, — фантазий, приводящих иногда кзамечательным, а иногда и ко вполне печальным последствиям. Иногдамне кажется, что эта кукла вступает с маленькими девочками — ееобладательницами — в некий сложный заговор, скрытый отвзрослых: давай отведем им глаза, пусть считают, что, купив меня вкачестве «Барби-любит-фитнес», они привьют тебе любовь кздоровому образу жизни; лишь бы они оставили нас в покое, а уж тогдамы с тобой сами решим, чем себя занять.

Глава вторая

ИГРЫ С ИСТОРИЕЙ: ПРЕДТЕЧИ БАРБИ

Такая близость Барби и еемаленьких подопечных, способность этой куклы так плотно входить в ихмир, объясняется в первую очередь умением ее создателей черпатьвдохновение в истории отношений девочек с их куклами. Само рождениеэтой куклы было результатом серьезного переосмысления того, что в50-х годах — и даже раньше — предлагал девочкамсоздаваемый взрослыми кукольный рынок, и того, что сами дети вреальности хотели бы видеть в своей искусственной компаньонке. Чтобыпонять феномен Барби нам, таким образом, придется проделать тот жесамый путь, который проделала в свое время Рут Хендлер, и понять, чтопредшествовало возникновению "пластиковой принцессы".

В попытке понять истоки ипредтечи феномена "этой сучки", глядя на историю кукол избойницы розового замка Барби, наблюдатель не перестает дивиться ужеупоминавшемуся мной факту: насколько все-таки мир Барби являетсяквинтэссенцией нескольких последних веков этой истории и как грамотнопроизводители куклы сумели отобрать все наиболее привлекательное,наиболее занятное для своей целевой аудитории, т. е. не толькодля маленьких девочек, но и для взрослых коллекционеров. Любоесерьезное явление в истории кукол, любой хоть сколько-нибудьпопулярный трюк повторен, а порой и десятикратно увеличен в миреБарби. Таким образом, попытка поиска предтеч Барби по большому счетуоборачивается бесконечной игрой в узнавание, процессом составлениядетальной картины заимствований.

В этом процессеприходится начинать с самого главного момента, а именно с того, чтоРут Хендлер — одна из первых владельцев компании, такназываемая "мама Барби", посмела придумать «взрослую»куклу и предложить ее маленьким девочкам, до сих пор в качествеобъектов игры располагавшим только пупсами и пучеглазыми малышами.Сама Хендлер повествовала о своей блестящей догадке следующимобразом: ее осенило, когда она заметила, что ее маленькая дочьБарбара (в честь которой и была названа Барби) предпочитаеткуклам-детям игру с бумажными куклами, изображающими модно одетыхдам. Барбара не просто меняла им наряды — ей нравилосьзаставлять эти фигурки играть взрослые роли, ходить на работу,принимать гостей, отправляться в путешествия и т. д. По словамХендлер, именно тогда ей и пришло в голову нарушить все правила исоздать куклу-даму (это сейчас Барби стала подростком; я еще будумного говорить об изменениях ее внешности в отдельной главе, носейчас упомяну, что первая Барби с ее очень взрослыми прической имакияжем, не говоря уже о пресловутых пропорциях фигуры, о которыхтоже пойдет речь, тянула на все тридцать). На самом же деле —что ничуть не умаляет гениального маркетингового чутья Хендлер —она осмелилась не произвести новацию, но вернуть традицию. Позже внекоторых интервью она даже признавалась, что иногда "брала то,что уже было популярным, и добавляла новое".

Испокон веков дети играли«взрослыми» куклами, т. е. куклами, изображавшимивзрослых людей, чаще женщин, чем мужчин. Причин для такой традициибыло не сколько: например, исторически сложившееся определенноебезразличие к детям, существовавшее до самого позднего Средневековья,неспособность великого множества взрослых в западных культурахвсерьез воспринимать ребенка и его мир как то, что заслуживаетвнимания и отображения. Другой причиной была причина педагогическогохарактера. Как уже упоминалось, игрушки должны были готовить ребенкак будущей жизни, иметь воспитательный характер. Казалось бы, именноэто делали куклы-дети нашего собственного детства — воспитывалив девочках "будущих матерей", как тогда любили говорить. Носледует помнить, что для маленькой девочки XVII, XVIII и даже началаXIX века (я особенно имею в виду девочек из хорошего общества, чьиродители могли в принципе позволить себе приобретение настоящихкукол, хотя и в плебейской среде дела обстояли ровно так же) задача"быть хорошей матерью" не стояла на повестке дняпрактически никогда. Едва ли не до середины XIX века рождение ребенкадля низших слоев населения было скорее обузой; задачи воспитанияфактически не стояли перед женщиной вообще; для высших же слоев детиочень часто становились придатком к собственной жизни, их воспитаниесбрасывали на нянь и гувернеров, и мать, ожидая ребенка, думала не отом, что она сможет дать ему, но о том, что ребенок сможет дать ей:любовь, внимание, привязанность, нежность, которых ей самой так нехватало в детстве, а часто и в супружеской жизни. Юную леди никоимобразом не учили быть матерью, наоборот, сама тема деторождения ивоспитания потомства была покрыта единым ханжеским флером, и молодаямать могла только полагаться на собственное сердце — далеко невсегда бывшее лучшим из советников, и на подражание поступкамсобственных родителей, так или иначе позволивших ей вырасти исоставить себе «партию». Вот что на самом деле былоглавной задачей воспитания маленькой девочки в прежние времена: ееучили не сохранять семью, а обзаводиться семьей. Как правильнозамечает Скарлет О'Хара, они не видели дальше алтаря; родители же,безусловно, старались привить своей дочери все навыки, необходимыедля того, чтобы удачно появляться в свете: умение одеваться и хорошовыглядеть, сдержанность манер и положенную по статусу галантность.Эти задачи невозможно было выполнять при помощи куклы-младенца: зачемдевочке возиться с младенцем? Даже ее собственными детьми будетзаниматься няня. Важно было предоставить ребенку куклу-ролевуюмодель, способную стать невидимым ментором: ее костюмы, выражениелица, манеры должны были превратиться в образец для подражания; с еепомощью девочка в кругу подруг разыгрывала свои будущие светскиероли. Ситуация изменилась только в середине XIX века, т. е.ровно тогда, когда женщины из обеспеченных классов стали все больше ибольше времени уделять собственным детям и все яснее видеть рольматери как достойную внимания и требующую подготовки. Девочка,нянчащаяся с куклой-ребенком, подражала бы уже не няне, чью роль ейникогда не придется играть, но собственной матери, опекающей младшихбратьев и сестер; подобная картина стала выглядеть более чем уместно.Именно тогда и стали набирать популярность куклы-дети, создав основутенденции, которая впоследствии захлестнула мир и существовала напротяжении почти ста лет. The French Bebe, производимые французскимикукольниками малыши, возникли в середине 1850-х и в ближайшиетридцать лет стали одной из самых популярных игрушек в семьяхаристократии и буржуазии. Дороже всех стоили знаменитые куклыизобретателя bebe Пьера Франко. Тогда же начали различать кукол-babyи кукол-toddler: под первыми подразумевалась имитация совсеммаленького ребенка — сходство обеспечивалось согнутыми вколенях ногами; второе означало куклу-ребенка, только что начавшегоходить, — у нее были прямые ножки, но сильно развернутыетазобедренные «суставы». В 1866 году во Франции же быласоздана первая кукла, способная пить из бутылочки, —прообраз сегодняшних пугающе реалистичных резиновых младенцев,поглощающих детское питание с ложки: жидкость поступала в тельцекуклы через трубочку и стыдливо выходила обратно через дырочку впятке. К этим куклам можно было прикупить одежек, колыбелек, пеленок— словом, всего, что окружало младенца в реальной жизни. Помере возрастания ценности семьи и значения роли женщины в еесохранении возрастала, по всей видимости, и важность игры с куклой в«дочки-матери». Попытки игры в куклы, в ходе которыхискусственным младенцам придавались взрослые роли, казалисьизвращенными и указывающими на нездоровый интерес девочки к низменнымсторонам жизни. И только к середине XX века, особенно в послевоенныепятидесятые, когда женщина снова обрела необходимость социальнойсамореализации, когда понятия профессии, работы, карьеры начализанимать в ее жизни все больше и больше места, заставляя заботы осемье потесниться, никогда не умиравший, но временно пришедший вупадок рынок «взрослых» кукол, очевидно, должен был опятьвоспрянуть и обеспечить массового потребителя новыми ролевымимоделями для будущих дам: карьерно успешными, самостоятельными,ассертивными, умеющими выйти в свет. Словом, соответствующими обликуБарби. Интересно, что первыми это почувствовали сами маленькиедевочки: матери, как я еще буду рассказывать позже, сперва по большейчасти встретили Барби в штыки; но девочки были от нее без ума: онаодевалась, как мама, ходила на работу, как мама, носила сложнуюприческу и броский макияж — словом, была идеальным объектом дляподражания. И подражание началось.

Другим изобретением,приписываем компании «Маттел», стало создание в лицеБарби куклы-потребителя, куклы-модницы, с ее огромным гардеробом иобсессивным вниманием к моде. Барби и мода — вообще огромнаятема, о ней еще пойдет речь в деталях, но говорить о новации в мирекукол тут было бы по меньшей мере наивно: скорее, наоборот, тутследует говорить о профанировании веками бытовавшей идеи fashiondoll, куклы-модницы, и низведении этой идеи до уровня детскойигрушки, существующей на широком рынке. Куклы со сменными гардеробамикак таковые существовали уже в VII веке до н. э. Тогда идеясуществовала не столько в рамках тенденции слежения за модой, скольков рамках уже упоминавшейся мной погони за реалистичностью: кукладолжна была имитировать подлинного человека и иметь, как и он,некоторое количество сменных нарядов. Но прямая связь между куклами имодой установилась в середине XVII века, когда в Париже возниклиБольшие и Маленькие Пандоры. Названные в честь принесшей человечествумного мук мифологической красавицы с полным сундучком нарядов, этикуклы рассылались из Парижа во все концы света — Лондон, Париж,Петербург (Большая Пандора, принадлежавшая императрице МарииФедоровне, хранится в Гатчинском музее), заменяя собой модные журналыи постепенно распространяя французские моды по всей Европе. БольшаяПандора демонстрировала придворные наряды (впоследствии вообщеодежды, предназначенные на выход), а Маленькая — домашнююодежду. Вслед за куклами-пандорами fashion dolls начали превращатьсяв обыденную практику: часто известные модельерши дарили восковыхкукол своим клиенткам и присылали к ним наряды, стараясь получитьзаказ. Естественно, многие матери позволяли дочерям играть с такимикуклами, но все-таки изначально они отнюдь не задумывались какпредмет для игры, а главное — были исключительно дороги.Подлинной же революцией в области fashion dolls стал ростпопулярности бумажных кукол.

Бумажные куклы (я имею ввиду плоских куколок, нарисованных на бумаге и вырезанных по контуру,чьи наряды, тоже нарисованные и вырезанные из бумаги, «надеваются»на них при помощи бумажных клапанчиков или другой близкой техники)вообще дали миру Барби больше, чем, кажется, любое другое изобретениев этой области. Тема бумажных кукол в целом огромна и заслуживаетотдельного рассмотрения, но я постараюсь дать только выжимки, так илииначе показывающие нам, откуда у Барби растут ноги на самом деле.

Сначала бумажные куклыбыли дешевы, их наряды было легко делать самим и менять сколькоугодно, добавляя любые атрибуты, характеризующие принадлежность к тойили иной профессии или свойственные тому или иному занятию. Бумажныекуклы существовали несколько сотен лет, их главным плюсом былалегкость исполнения и удивительная дешевизна игры: девочка могласколько угодно пририсовывать кукле наряды, были бы под рукой ножницыи лист бумаги. Ничто не останавливало полет фантазии — длясоздания самых невероятных нарядов не было нужды уметь шить илипокупать дорогие материалы. При этом, естественно, первые бумажныекуклы изображали взрослых и создавались для взрослых: в серединеXVIII века модные портные Европы делали таких куколок с цельюодновременно развлечь клиентов и клиенток и продемонстрировать имидеи новых костюмов. Иногда одежда для таких кукол клеилась изкусочков ткани, чтобы дать лучшее представление о планируемом наряде.Поскольку эти куклы были дешевы в исполнении, они быстро попадали вруки к детям, тем более что бумажные куклы иногда бытовали и внемодных мастерских: иногда их можно было купить за гроши у уличныхторговцев — нередко куклы изображали знатных особ вкарикатурной манере, а после «раздевания» являли собой несамое пристойное зрелище. Первой бумажной куклой, созданной фабричнымспособом и предназначенной сугубо для игры, была "МаленькаяФанни" — дитя лондонской мануфактуры S&J Fuller,родившееся почти двести лет назад, в 1810 году. Кукла шла в комплектес несколькими платьями, но юным модницам предлагалась самим создаватьдополнительные комплекты одежды. К концу XIX века множествоиздательств, больших и маленьких, выпускало брошюры с фигурками,исключительно напоминающими нынешнюю Барби и ее младших сестричек, нов двумерном исполнении: все эти Дотти Димпл, Лотти Лав и Дженни Джунпоставлялись в комплекте с бумажными одежками и аксессуарами, частоимитирующими готовность к тем или иным занятиям: походу на каток,игре в мяч, поездке верхом и т. п. С середины XIX века бумажныхкукол и наряды к ним стали публиковать дамские и детские журналы;иногда их надо было просто вырезать, иногда еще и раскрашиватьсамостоятельно. «Журнальные» куклы превратились в целуюсубкультуру, отчасти существующую и по сей день; преимуществожурнальной публикации заключалось в том, что издание нередкосопровождало новые наряды и аксессуары комиксом или короткимрассказом о жизни персонажей, что придавало игре дополнительнуюпрелесть. Кстати, уже тогда общественность нередко обвиняла этихкуколок в чрезмерном увлечении тряпками — и в качествеоправдания многие производители приписывали своим куклам профессиюмодели, одновременно легитимизируя постоянную смену костюмов изаставляя сердца маленьких девочек екать в предвкушении подобнойблестящей карьеры, что требует от нас вспомнить первое полноеназвание куклы Барби: Barbie the Teenage Model, "Юная модель".

Звездной эрой культурыбумажных кукол следует, по-видимому, считать период Великой депрессиив США: грошовые комиксы и бумажные куклы были едва ли не единственнымдоступным развлечением для огромного числа детей и взрослых; многиеизвестные бумажные куклы зародились именно как персонажи комиксов:Бренда Стар, Дик Трейси, Маленькие Катценджеммеры, Джейн Арден и др.В тот же период бумажные куклы начали появляться во многих газетныхприложениях. Многие производители бумажных кукол поступали со своимидетищами точно так же, как «Маттел» поступает с Барби,давая каждому костюму и каждой модели свое название. Тогда жевозникла традиция зачастую привлекать к созданию костюмов длябумажных кукол ведущих модных дизайнеров: Барби от Армани или отИв-Сен Лорана никоим образом не были изобретением компании. Бумажныхкукол продолжали выпускать даже во время Второй мировой войны,правда, на менее качественном материале. Очень часто авторамибумажных коллекций становились знаменитые художники, работающие вжанре Pin-Up, также переживавшем в те годы бешеный расцвет. К концу50-х годов мода пошла на убыль, но до конца не иссякла никогда;маленькая Барбара играла своими «взрослыми» бумажнымиподружками в 1957 году.

Отношения Барби и мирабумажных кукол оказываются сложными и запутанными. С одной стороны,Барби сама выросла из этого мира: и в буквальном смысле, если бы небумажные куклы ее дочери, Рут Хендлер не пришло бы в голову, по еесобственному утверждению, создать взрослую модель (Хендлер дажепризнавалась, что хотела сделать "трехмерную версию бумажныхкукол", которых так любила ее дочь), и в переносном смысле:Барби копировала основные принципы этого мира — дешевизна,бесконечная смена нарядов и многие другие элементы, о которых я ещебуду говорить. С другой стороны, саму Барби обвиняют в разрушениимира бумажных кукол, в сломе его популярности: если бы не она, умаленьких девочек еще долго не было бы альтернативы бумажным модницами связанным с ними фантазиям. Также следует помнить, что собственнобумажные куклы, изображающие саму Барби, появились в 1962 году и досих пор являются фактически самыми востребованными бумажными кукламив мире. Первыми появились Барби и ее младшая сестра Скиппер, затемпоследовал ее бойфренд Кен и лучшая подруга Барби, Мидж. В конце 80-ххудожником по этим куклам стал знаменитый Том Тирни, автор великогомножества бумажных кукол, в том числе исторических кукол, кукол,изображающих знаменитостей, и фантастических коллекций. Еще однаизвестная художница по бумажным Барби — Барб Раух —признается, что ее собственное увлечение жанром началось во время игрс Кэти Кини, одной из самых знаменитых бумажных кукол мира.

Кэти Кини, Бетси МакКолл,Кэти Лоуренс были примерами того, что невнимательные наблюдатели тожечасто приписывают производителям Барби в качестве новации, а именнокукол, ведущих активный образ жизни и способных достичь всего, что имзаблагорассудится. Они, как и Барби, были не просто модницами —они были личностями. Почти все крупные проекты, связанные с бумажнымикуклами, включали в себя костюмы и аксессуары, связанные спрофессиями, разными видами отдыха, занятиями спортом, приключениямии тому подобными вещами. Впрочем, куклы-представители разныхпрофессий существовали еще в Англии в середине XIX века —торговки, священники, клерки, пекари продавались в одеждах,подходящих для их занятий, и с соответствующими аксессуарами,например в руках торговки мог быть большой поднос или даже целыйстол, на котором располагались миниатюрные товары, выполненные изпапье-маше. Скажем, за семьдесят лет до появления Барби-учительницы(классные парты, учебные материалы, доска, мел; 1964 год)существовала немецкая кукла-учительница (классные парты, учебныематериалы, доска, мел; 1885 год). Супермаркету, в котором работаетБарби, предшествовала прекрасная, поражающая обилием мелких деталейкукольная продуктовая лавка, созданная в 1896 году компаниейBaehr&Proeschild.

Точно так же созданиесемьи и друзей Барби никоим образом не является изобретениемкомпании-производителя, но продолжением традиции: большинство серийновыпускавшихся бумажных кукол обладали разветвленным генеалогическимдревом и широким социальным кругом. У хорошенькой маленькой БетсиМакКолл были мама, папа, кузина — кстати, по имени Барбара, —собачка Нози, друг Джимми Вик, тетя, дядя — словом, около 14персонажей, каждый из которых имел свои наборы костюмов и аксессуарови занимал свое место в мире Бетси МакКолл, как Кен, Скиппер, Бекки,Мидж, Кристи, Шелли, Джаззи, Тори и другие личности занимают своеместо в мире Барби.

Еще одной составляющеймира Барби, способной поразить воображение и вызывающей множествовосторгов и нареканий, являются аксессуары и среды обитания. Я имею ввиду все эти удивительно продуманные крошечные дома с настоящимэлектричеством и работающими электроприборами размером со спичечныйкоробок, всех этих лошадок со сложной упряжью, собачек соспециальными расчесочками для шерсти, косметику, спортивные снаряды,кухонную утварь, музыкальные инструменты и прочие пуховки сосковородками. На ладони взрослой руки — да и детской, есличестно, — они смотрятся так трогательно и так нелепо, чтоволей-неволей наводят на мысль об обсессивном безумии, о не вполнездоровой потребности «заиграться» в куклы, доводявымышленный мир до пугающего уровня реалистичности. И опять жеобвинят в этом производителей Барби совершенно неуместно — какуже говорилось выше, аксессуары испокон веков были одной из главныхпривлекательных черт качественной куклы: у той же Бетси МакКолл и еекузины Барбары были автомобили, книги, собственные куклы, скакалки,посуда, украшения для рождественской елки и прочие прелести.Крошечную, прекрасно выполненную игрушечную посуду находили прираскопках Древнего Рима; русские «барыни» гуляли подзонтиками со своими собачками; французская компания «Жюмо»производила крошечных расфуфыренных пианисток, сидящих за способнымисыграть нехитрую мелодию механическими инструментами. С кукольными жедомами и утварью вообще особая история.

Как и большинство игрушекна свете, кукольные дома возникли не ради игры, а из сугубопрагматических соображений; поначалу их нельзя было даже назватькукольными — они, скорее, были игрушечными: никто непланировал, что та или иная кукла будет в них жить. По утверждениямисториков, такие дома стали возникать в XVI веке. В основном онисоздавались как копии богатых жилищ тех или иных известных семей —не ради хобби, а ради «запоминания» дома, —нечто вроде объемной фотографии размером около одного кубическогометра. впрочем, игрушечным домам случалось бывать и больше —иногда в них мог залезть маленький ребенок — и меньше. Мастеранередко пользовались этими домами так же, как портные Пандорами,чтобы продемонстрировать свой вкус и свое умение потенциальномуклиенту. Другой практической причиной для создания, а особенно дляукрашения маленьких домов служило желание многих молодых дам освоитьазы того, что мы сейчас назвали бы дизайном интерьеров: по всейЕвропе, а особенно часто в Голландии и Германии, такая ученица припомощи мастера вдохновенно развешивала крохотные портьеры ирасставляла пуфы, которые вполне подошли бы размером для современнойБарби. Подобный подход полностью соответствует сегодняшней тенденции— существует такая разновидность хобби, как создание иукрашение кукольных домов: само строение покупается готовым илиделается знакомым умельцем, а потом дом годами улучшается иобставляется: мелкие предметы интерьера, обои, картины, мебельсменяются по мере изменения моды или по мере обнаружения элементовдекора, больше соответствующих вкусу хозяйки. Одна из моих подруг —обладательница такого игрушечного дома, населенного тремя маленькимимедведями, — начала создавать это обиталище во время жизнив Голландии, где, по ее рассказам, для любителей подобных занятийсуществуют лавки и мастерские, создающие крошечную мебель, утварь иукрашения для игрушечных домов. Среди восхитивших меня предметовинтерьера в ее доме были крошечные работающие люстры, бра и торшеры(к которым подруга долго подбирала лампочки), а также множествомелких предметов, изображающих еду: от миниатюрных помидоров дофранцузских багетов, сделанных из пластмассы или из фимо. К серединеXVIII века начали появляться дома-шкатулки, а вернее —дома-сундучки: они раскрывались и обнаруживали роскошные интерьеры иразделенные перегородками комнаты; заглянуть в закрытый домик можнобыло сквозь слюдяные окна. Такое устройство позволяло даме илидевочке легко брать любимую игрушку в путешествие и носить за собой вгости с целью похвастаться перед подругами, и именно эту прекраснуюидею производители Барби использовали при создании первого "Домамечты" (название, впоследствии ставшее общим и собирательным длявсех домов Барби): он раскладывался из картонного сундучка и былобставлен картонной мебелью, среди прелестных аксессуаров былисупермодный низкий шкаф со встроенными проигрывателем и телевизором,крошечные картонные пластинки и фотография Кена на полочке.

Подлинного расцветакукольные дома достигли ближе к концу XVIII века; причина, каквсегда, была экономической: они стали дешевле. Если раньше едва ли некаждый дом делался мастером на заказ, то теперь на продажу частовыставлялись готовые домики — они были результатом работыподмастерьев, стремившихся вступить в тот или иной цех мастеров.Именно ближе к концу XVIII века установилась традиция требовать откаждого кандидата в цех демонстрации мастерства путем созданияминиатюрных реплик. Так начали появляться изумительно выполненныекрошечные, но выглядящие совершенно по-настоящему, предметы мебели,посуда, предметы туалета, музыкальные инструменты, вазы,искусственные цветы. Большинство мастеров, успешно пройдя испытания,выставляли эти вещи на продажу в специальных лавках, где их и скупалилюбители игрушечных домов.

Пожалуй, самаязнаменательная веха — до появления Барби, конечно, —в истории кукольных домов — это создание знаменитого"идеального дома" для королевы Марии. В начале 20-х годовXX века кузине короля Англии пришло в голову создать совершенноуникальный кукольный дом и подарить его королеве, большойлюбительнице миниатюр. Для работы над проектом был приглашен сирЭдвин Лютьен, один из наиболее значимых архитекторов того времени.Лютьен был изумлен предложением создать крошечный домик, но инстинктигры, свойственный большинству взрослых и вырывающийся наружу приналичии достойной цели, заставил его погрузиться в работу с головой.В одном из писем он призывал коллег: "Давайте работать и творитьна века, создавать то, что позволит будущим поколениям увидеть, какжили короли и королевы в XX веке и какие замечательные мастера,художники и авторы окружали их в их правление". Создание домаразмером 2,5 на 1,5 на 1,5 метра заняло 4 года и потребовало усилийпочти тысячи пятисот поставщиков, художников, мастеров иразработчиков. В одной из комнат стояла специально сделаннаяподлинная швейная машинка от «Зингер»; часы от «Картье»украшали гостиную; в гараже стояли подлинные «Роллс-Ройсы»,в подвале — крошечные бутылочки с настоящим «Клико»и «Мумм»; для библиотеки дома Конан Дойль самостоятельновписал в подлинную крошечную книжку специально созданный рассказ на500 слов. Сегодня дом выставлен на обозрение в доме Виндзоров ивызывает сильное чувство ирреальности: степень реалистичностиинтерьеров несколько пугает, наводя на мысли о существованииневедомой малой расы, чьи представители были лишены подлинного,весьма богатого жилища. На этом фоне даже самый роскошный "Доммечты" от «Маттел» — пластиковый, усредненный,розовый, обставленный примитивной пластиковой мебелью, —кажется полной профанацией, наследует удивительные традиции, в своевремя поднимавшие создание кукольных домов до уровня высокогоискусства.

Что еще касательноизобретений и заимствований компании «Маттел»? Одним изпредметов восхищения Барби всегда были ее сгибающиеся руки,позволявшие принимать более или менее реалистичные позы, и ноги,дающие кукле возможность сидеть; в некоторых моделях Барби можеткланяться в пояс. Даже к моменту появления Барби такие куклысуществовали на западном рынке, а в целом традиция создания кукол с«суставами» восходит к Древнему Египту: одна из глиняныхкрасавиц, обнаруженных во время раскопок, не только моглаповорачивать голову на глиняном шарнире и шевелить руками и ногами,но и внешне поразительно напоминала Барби: та же большая грудь,длинные ноги и тонкой лепки лицо. Кстати, в России была своя традициясоздания кукол с подвижными конечностями: самые дешевые куклы концаXIX века — «скелетки» — делались из лучины, аих ручки и ножки закреплялись шарнирами. Платье таких кукол клеилосьпрямо к их телу. Правда, у них не сгибались локти и колени, —но они не сгибались и у первой Барби, в то время как немецкиекукольники создавали игрушки с коленными шарнирами уже в конце XVIIIвека. Иногда для придания куклам подвижности, которую так ценятлюбители современных Барби, использовали особый способ притачиватькожаные руки и ноги к кожаному же телу куклы — и тогда,конечно, можно было сгибать и колени, и локти, и талию, и кистевые«суставы» куклы.

Другой темой, в своевремя вызвавшей много шуму, стало создание компанией кукол Барби,являющих портретное сходство с персонажами поп-культуры или политики,так называемых celebrity dolls, о которых речь зайдет в этой книгееще не раз. В некоторых сериях Барби-знаменитостей сходствооказывается очень большим, в некоторых — меньшим. Например, всериях "Непреходящие ценности" лица куклы буквальнокопируют лица Одри Хепберн и Элизабет Тейлор, в то время как в серии"Барби Голливуда" сходство кукол с Вивиен Ли, или, скажем,с Мэрилин Монро достигается в основном за счет причесок иаксессуаров. Но так или иначе эти куклы носят имя персонажей, скоторых лепится образ; Барби-Spice-Girl, Барби-Шер, Барби-СтатуяСвободы (!) легко узнаваемы и имеют идеализированные черты тех илииных знаменитостей. Когда компания только начала производить подобныхкукол, звучал гром похвал и нареканий: можно ли играть с образомреального человека? Этично ли раздевать до трусов бедную покойницуМонро или, скажем, статую Свободы? Не попахивает ли здесь вудуизмом?Компания охотно и гордо отвечала, что прививает детям что-то там —не то любовь, не то ролевые модели, не то уважение к звездам, —словом, какую-то полезную новоизобретенную муть. В действительностиже celebrity dolls от «Маттел» продолжают многовековуютрадицию создания подобных кукол: первая бумажная кукла-знаменитость— прима-балерина Мари Таглионе — была создана в 1830-хгодах; в ближайшее десятилетие появились бумажные куклы, изображающиедругих известных балерин, а также дам света и лиц королевской семьи,в частности королеву Викторию. Со временем таких кукол сталопоявляться все больше и больше, но и в мире трехмерных игрушекситуация была схожей: английские кукольники начали широкорекламировать своих «портретных» кукол в конце XVII века;так, знаменитый кукольник Уильям Хиггс прославился изготовлениемдеревянных особ царских кровей, например королевы Мэри и короляУильяма. Компания разумно не поднимала руки на политиков, но длязвезд поп-культуры именная Барби стала таким же знаком вписанности ихсобственного имени в историю, как размещение их клонов в музее МадамТюссо.

Словом, на какой аспектсуществования Барби ни обрати внимание, эта кукла везде следуетвековым законам истории игрушек, не изобретая, но выискивая иприспосабливая к запросам сегодняшнего рынка лучшие элементы традициии самые удивительные новации прошлого. В моих глазах это скорееподчеркивает, нежели роняет престиж создателей нашей девочки; мнекажется, что такое умение и такой деловой нюх и составляют тотмаркетинговый гений, который сделал феномен Барби возможным, а еесоздателей — богатыми. Я буду возвращаться к этой теме еще нераз, но сейчас, завершая этот длинный экскурс в историю, в мир,предшествовавший появлению Барби, и переходя к рассказу о мире самойБарби, я хочу лишь добавить, что если бы лично мне предложили выбратькакой-нибудь старый трюк из истории кукол и попроситькомпанию-производителя воплотить его в Барби, я попросила быБарби-марионетку. Нет, неправда, я попросила бы, конечно,Барби-неваляшку, но компания никогда не согласилась бы сделать своюкрасотку безноженькой. Впрочем, и Барби-марионетки может не быть повполне понятным причинам: уж слишком очевидной получается метафора,когда речь идет об образе девушки, постоянно обвиняемой в том, чтомужчины могут крутить ей, как хотят.

Часть вторая

МИР БАРБИ

Глава третья

ПРЕКРАСНЫЙ ЛИК И ГОЛОС ДИВНЫЙ:ИЗМЕНЕНИЯ ВНЕШНОСТИ БАРБИ

Когда мы говорим, чтоБарби является самым узнаваемым женским образом на планете,волей-неволей представляется некоторая усредненная картинка: женскаяфигурка, небольшой рост, улыбчивое лицо с чрезмерно идеальнымичертами и блондинистая сияющая копна. Между тем я имела удовольствиенаблюдать в лондонском Музее детства маленькую девочку и ее маму,внимательно разглядывающих экспонаты в витрине, отведенной под Барби.Я не помню точно, была ли там реально самая первая Барби(коллекционеры пользуются термином OSS — Original Swim Suit,Барби в ее самом первом костюмчике, знаменитом черно-белом купальникебез бретелек) или ее изображение, — тех, первых Барбиосталось совсем мало, настолько мало, что музею вполне могло недостаться. Так или иначе, стоящая впереди меня дама говорила дочкеголосом восторженного гида: "Видишь, honey, это самая перваякукла Барби!" Девочка посмотрела тяжелым взглядом сперва наэкспонат, потом на маму и сказала голосом человека, отрицающегособственную причастность к убийству: "Это не Барби". Маманахмурилась. "Honey, тут написано — самая первая Барби".Девочка посмотрела на маму и сказала вежливо и настойчиво: "Значит,тут написано неправильно".

Мне было смешно, и япозволила себе вмешаться в беседу. Видишь ли, honey, сказала я, Барбиуже очень много лет. Честно говоря, ей без малого 46. И самые первыеБарби не были похожи на сегодняшних. Лицо Барби много раз менялось,да и фигура тоже. Девочка пожевала перепачканным в чем-то синемротиком, повернулась спиной ко мне и лицом к витрине и суровоспросила: "А где же настоящая Барби?" Я почувствовала, чтодиалог не удался.

Если честно, то самаяпервая Барби — да и все модели, созданные, скажем, до 1971года, — на фоне сегодняшних нежных красавиц выглядятчудовищно. Одним из доказательств исключительной узнаваемости Барбилично для меня оказался тот факт, что при взгляде на любую модель,отличную от современных (т. е. созданных в 1998 году), янемедленно чувствую, что с ними "что-то не так". В отличиеот той маленькой девочки в лондонском музее, я не отказываюсьпризнавать в них Барби; но они определенно режут глаз. Безумноеобилие вариаций современных Барби очень быстро заставляет забытьпрежний визуальный облик куклы; видимо, именно поэтому эволюции еепластиковых мордочки и тельца не сказывались на продажах — хотякаждая модификация поначалу вызывала всплеск возмущения среди однихнаблюдателей и судороги восторга у других.

Чтобы более или менееобъяснить, почему самая первая Барби выглядела так странно, придетсяпрямо здесь раскрыть одну из самых страшных тайн Барби — тайну,которую производители куклы долгое время скрывали, тайну, котораявсплыла наружу только несколько лет назад и породила огромную волнуобвинений, пародий, спекуляций и исследований, своей серьезностью,возможно, заслуживающих более значительного объекта. Дело в том, чтонаша невинная и чистая девочка, за чью непорочность так упорноборется компания — дочь проститутки. Ее прообразом явилась ужеупомянутая мной мельком кукла Лилли — немецкая игрушка. Лиллибыла трехмерной версией одноименного персонажа популярногопослевоенного комикса, печатавшегося в таблоиде Bild Zeitung с 1952года. Лилли была проституткой с характером — разбитной, наглой,жестокой хищницей, любой ценой выуживавшей деньги из "жирныхкотов", как она называла своих клиентов. Когда в 1955 году Лиллистала трехмерной, мужчины с удовольствием покупали ее в магазинах длявзрослых (больше она нигде не продавалась) и вволю отыгрывались намаленькой шлюшке, таская ее за собой в кармане или подвешивая напереднее стекло машины, если, конечно, у них не было детей: зрелищетакой сисястой куклы в крошечном купальничке совершенно не подходилодля их глаз. Когда через четыре года ровно такая же сисястая Барби вровно таком же крошечном купальничке появилась в США в качестведетской игрушки, шок был предсказуем.

Каждый раз, когда я читаюо происхождении Барби от Лилли, я поражаюсь одному факту: никто инигде не объясняет, почему первая Лилли — а следовательно, ипервая Барби — выглядела именно так, а не иначе; по крайнеймере, мне ни разу не удалось увидеть подобное объяснение. Откуда этастранная, неестественная форма головы? Эта чрезмерно тонкая талия, закоторую создателей Барби так яростно поносят феминистки, медики ипедагоги на протяжении вот уже сорока лет, заявляя, что Барбивызывает у маленьких девочек комплекс неполноценности и неправильноевосприятие человеческого тела? Откуда эти странные, слишком туго,по-взрослому завитые волосы — у куклы, которую компанияпозиционировала как "Teenage Fashion Model"? Создаетсявпечатление, что ответа на эти вопросы не существует. А между тем,кажется мне, он существует, да еще и какой простой! Может быть, яизлишне самонадеянна, но каждый раз, когда я думаю о том, что Барбибыла фактически копией трехмерной Лилли, а Лилли была фактическикопией персонажа из комикса, мне становится ясно, почему Лиллисложена так, а не иначе. У Лилли чрезмерно узкая талия и крутая попа,у Лилли треугольная голова, у Лилли странная прическа — потомучто такой была манера изображать «дамочек» в комиксах50-х годов. Платья с высоким бюстом и широченными юбками визуальноделали талию неестественно тонкой, а попу и грудь —неестественно большой; головка изображалась так, чтобы создатькомический эффект; прическа с ловким завитком на лбу былаизобретением пародиста. Почти все это подчеркнуто-комическое,намеренно-преувеличенное великолепие по известным одной покойной РутХендлер причине было сохранено за Барби, призванной олицетворятьреалистичную модель девочки-подростка. Почему — бог весть;возможно, Хендлер стремилась сделать свою "первую взрослуюкуклу" как можно более взрослой, а возможно, такаяпреувеличенность черт просто не показалась ей чрезмерной. Так илииначе за исключением нескольких мелких деталей первая Барби оказаласьпочти точной копией Лилли.

У Лилли были бровиниточкой и губы бантиком, очень тяжелый макияж — сильноподведенные глаза и ярко-алая помада, не очень естественный, слишкомрозовый цвет лица и тела, волосы, собранные на макушке в пучок иподвернутые валиком на затылке, уже упомянутый бойкий завиток на лбу,очень длинная шея, чрезмерно узкая талия. При всей своейнепристойности Лилли, как и Барби, была лишена половых органов, нозато у нее были соски (на самом деле кончики ее грудей просто былиотносительно заострены), каковых Барби была лишена от рождения. Онасмотрела немного в сторону и вниз. Когда Хендлер привезла Лилли изпоездки в Австрию (Германию, Швейцарию — тут источникирасходятся), она попросила своих дизайнеров "сделать из Лиллитинэйджера". По утверждению производителя, этим занималсяизвестный изобретатель Джек Райан — выпускник Йельскогоуниверситета, в будущем — шестой муж актрисы За-За Габор, доприхода в компанию работавший на Пентагон и участвовавший в созданиикрылатых ракет Sparrow и Hawk. Новый, более пристойный макияж кукле,по утверждению компании, делал Бад Вестмор, "король грима"с киностудии Paramount Pictures. Между тем не так давно скульпторЭнтони Булон заявил, что подлинным создателем первой Барби был насамом деле он, и только он. На своем официальном сайте он разоблачаетбессовестных супругов Хендлер, присвоивших себе всю славу егоизобретения, подробно описывает процесс разработки и отливки форм дляпервой Барби и утверждает, что компания заплатила ему всего лишь 800долларов за все его труды, в то время как сама компания уже сорок слишним лет гребет деньги лопатой. Булон клянется, что прообразом длялица той самой Барби OSS была его собственная жена, Лилис Булон. Вцелом впечатление от сайта двойственное — кажется, что егосоздавал не вполне вменяемый человек. В то же время за сорок шестьлет многое могло измениться…

Так или иначе фигурапервой Барби осталась фактически фигурой Лилли — ей толькоудалили соски. Что же касается лица, то тут было предпринято немалоусилий: губы стали полнее и обрели более мягкие очертания, брови былиподрисованы шире, но карикатурная форма головы с чрезмерно высокимлбом сохранилась. Жесткие волосы были уложены валиком за затылке,завиток на лбу Лилли сменился кудрявой челкой, тело приобрело болееестественный оттенок. На первой Барби — их делали в Японии полицензии «Маттел» — были шлепанцы с высокимикаблуками и знаменитый полосатый купальник. Глаза с белой радужкойбыли подведены очень широкой черной линией, веки покрыты голубымитенями, губы и ногти на руках и ногах накрашены ярко-алым, в ушахпокачивались огромные цыганские серьги. Меньше всего на свете этотперсонаж походил на девочку-подростка, какой ее представлялисоздатели, и первые рецензенты, даже не зная о существовании Лилли вкачестве прототипа, недаром говорили, что кукла кажется им "пугающей,порочной и открыто предлагающей себя".

С первого же дня коллегиРут Хендлер начали уговаривать ее несколько изменить лицо Барби, ноХендлер упиралась, боясь потерять «узнаваемость» куклы,начавшей немедленно приобретать бешеную популярность у маленькихдевочек. Наконец спустя год с лишним с момента появления Барби нарынке компания внесла некоторые коррективы в ее внешность. Формаголовы осталась прежней, но изменилась раскраска: более светлые бровиобрели мягкий изгиб вместо агрессивного излома, исчезла подводканижнего века, а серьги-кольца сильно ужались в диаметре. В том жегоду был заменен тип винила, из которого изготавливалась кукла: новаясмесь не теряла цвета с годами, в то время как куклы, выпущенныераньше, страдали "зеленой болезнью", т. е. с годаминачинали идти зелеными и голубыми пятнами. И наконец, в 1961 годуБарби приобрела знаменитые голубые глаза, более мягкие волосы илегкое полое тело при тех же формах. Раньше полой была только головакуклы, что вызывало массу шуток, но зато позволяло монтировать волосытак, чтобы девочки могли их расчесывать. Впоследствии роскошныеволосы Барби стали одной из ее главных аттракций.

Следующие серьезныепластические операции последовали в 1963 году. Барби стала слегкапохожа на хомячка — у нее округлились щеки, губы стали меньше иобрели нежный, более «девичий» оттенок, а глаза сталинеестественно большими и неестественно синими. В 1964 году эти глазаначали открываться и закрываться (сейчас это качество свойственнолишь нескольким моделям Барби), но гораздо более значительнымоказалось другое событие: у куклы стали сгибаться ноги благодаря всетому же Джеку Райану, специалисту по крылатым ракетам. С этогомомента Барби получила еще одну козырную карту в рамках борьбы сконкурентами — она могла сидеть, наклоняться и приниматьнастолько естественные позы, насколько естественность вообщесвойственна формованному кусочку пластика. Однако упреки в чрезмернойвзрослости лица продолжались, и в 1967 году производители куклыпопыталась выкрутиться, создав Barbie Twist-n-Turn — первуюкуклу со сгибающейся талией и с детским личиком: у нее были длинныеторчащие ресницы, румянец во всю щеку, чистый овал лица и неброскаякосметика. Губки ее по-прежнему были сложены бантиком. В таком видеБарби просуществовала три года, вызывая меньше нареканий со стороныродителей, но в то же время и меньше восторгов со стороны девочек,привыкших видеть в Барби взрослую даму. В 1970 году возникла LivingBarbie — кукла, у которой, помимо талии, сгибались локти,колени и запястья, но ее относительная дороговизна помешала ей статьособо распространенной моделью.

Наконец, в 1972 годупроизошел подлинный и долгожданный переворот во внешности Барби —впервые со дня своего появления эта кукла начала выглядеть более илименее естественно. Дело в том, что знаменитая "Малибу Барби",чьим девизом было "Surf, Sun and Fun!", впервые посмотреламиру в глаза: до сих пор все Барби сильно косили влево. Кроме того,Барби, наконец, улыбнулась, обнажив ряд белоснежных зубов. У неепочти не было косметики, а длинные прямые волосы падали внизсовершенно естественно; калифорнийский загар дополнял обликраскованного современного подростка. Эта форма головы просуществовалааж до 1977 года, когда производители почувствовали, что мода напляжную естественность сменяется модой на гламур. Так возникла«Барби-Суперзвезда» — с более округлым лицом, носомкнопкой и взрослым взглядом. Не меняя лепки головы, компания в 1983году попыталась снова создать псевдодетский образ, но дурноватенькая,румяненькая "Барби-Ангельское-личико" не приглянуласьцелевой аудитории.

С 1977 и по 1998 год,т. е. на протяжении двадцати с лишним лет, ни тело, ни формаголовы Барби не менялись ни на йоту; у разных моделей мог быть разныймакияж, разные волосы и прически, но голова «Барби-Супер-звезды»оставалась эталоном кукольной красоты. Все это время на создателейкуклы продолжали сыпаться упреки касательно ее лица и фигуры; и в1997 году компания объявила о создании новой Барби.

У Барби — 98 грудьбыла меньше, талия — шире, а бедра — уже. Она обладаламенее рельефными ногами с плоскими ступнями, волосами болееестественного оттенка — не чисто-золотыми, а с перемежающимисясветло-коричневыми прядями, и с закрытым, хоть и по-прежнемуулыбающимся ртом. На «Маттел» обрушилась масса протестов— и поощрений. Многие любители Барби были раздражены как тем,что старые одежки начали сваливаться с новой малогабаритной грудикуклы, так и «реалистичностью» этой модели: на одном изфорумов, посвященных кукле, я прочла возмущенное высказывание: "Еслибы мне хотелось смотреть на реализм, я подошла бы к зеркалу! Не дайбог, они еще сделают Барби с пропорциями средней женщины!" Такаяопасность Барби пока не грозит: статистика показывает, что даже новыепропорции тела куклы свойственны примерно одной женщине из 100 000. Яне являюсь этой самой женщиной, но новая Барби нравится мне большепрежних: она действительно похожа на человека, пусть и идеальнокрасивого человека. Правда, модели с закрытой улыбкой выглядят неслишком симпатично; кто-то из журналистов писал, что прежняя открытаягримаска Барби сменилась "улыбкой, замешанной на «Прозаке»;но на сегодняшний день компания выпускает достаточное количествообаятельно-белозубых красавиц. Кстати, одна из них — мягкотелая(в буквальном смысле слова) «Барби-Сладкие-сны» закрываетрот, если почистить ей зубы на ночь.

Параллельно с Барбименялась старшая из ее младших сестер — юная Скиппер. Возникшаяв 1964 году, рыженькая Скип выглядела совсем ребенком, ей можно былодать лет 11–12. Она была призвана заполнить слишком большойзазор между девочкой-обладательницей куклы и взрослой Барби, статьролевой моделью пубертатного периода. У нее была плоская грудь иугловатая детская фигурка. Постепенно эта фигурка становилась менеедетской и менее угловатой. Серьезные модификации были сделаны длясерии «Малибу» — Скиппер, как и Барби, сталсмотреть прямо, а ее лицо зачем-то стало больше напоминатькругломордого пупса, в то время как остальные куклы коллекции (Кен,Мидж и Барби) как раз обрели некоторую естественность. В 1975 годупоявилась удивительная модель "Скиппер растет", о которой яеще буду говорить позже, она обладала удивительным свойством: еслиповернуть одну из кукольных ручек на 360 градусов, то Скипперстановилась выше, ее грудь — больше, а талия — тоньше(эту операцию можно было проделать несколько раз). В 1985 году грудьстановится постоянным атрибутом Скиппер: не такая огромная, как устаршей сестры, но все же достаточно заметная, чтобы носить платья сдекольте. Последние серьезные изменения произошли во внешностиСкиппер в 1997 году — фактически тогда же, когда произошлареволюция во внешности самой Барби. Скиппер стала ростом почти состаршую сестру, ее личико сделалось современнее и естественнее,фигура стала окончательно женской — правда, с менее вопиющимипропорциями, чем у Барби. Ее изначальное место — место куклы,изображающей маленькую девочку в семье Барби, — занялахорошенькая "Блондинка Стейси". Скиппер же превратилась всущество, взирающее на Барби с постоянным немым обожанием и мечтающеевырасти и быть, как она (впрочем, как и остальные младшие сестрынашей девочки), т. е. в идеальную персонификацию маленькийхозяйки всех этих кукол.

Отдельное удовольствиелично мне доставило прослеживание изменений, вносимых в фигуру ивнешность Кена. Персонаж он второстепенный, и внимания емутрадиционно уделялось и уделяется меньше, чем Барби, но и он,естественно, пережил несколько модификаций. Я много думала о том, чтоКен и Барби должны были, конечно, эволюционировать по разнымпринципам. Дело в том, что Барби создавалась и продолжает создаватьсякак воплощение мечтаний девочки о самой себе; она — идеальное«я» своей хозяйки, в то время как Кен — идеальное«он», т. е. воплощение того мужчины, которого онадолжна желать себе в качестве партнера и спутника жизни. Я твердоуверена, что Кен выглядел бы совершенно иначе, если бы его создателихоть на секунду предполагали, что он будет игрушкой для мальчиков. НоКен — игрушка для девочек, и его внешность в каждый конкретныймомент времени стремится запечатлеть образ идеального мужчины. Однакоэта идеальность — идеальность в терминах Барби; это означает,что Кен не должен быть агрессивным, брутальным, слишком маскулинным,подчеркнуто независимым. Он должен быть эдаким мальчиком-одуванчиком,тем, что называется all-American Boy, ясноглазым существом сповадками вожатого бой-скаутов, т. е. фигурой, традиционно неслишком импонирующей мужчинам, но очень импонирующей женщинам. Честноговоря, постоянные подозрения касательно гомосексуальности Кена, такчасто проявляющиеся в анекдотах об этом персонаже и в многочисленныххудожественных работах, видимо, объясняются не только фактомотсутствия у его подружки Барби сексуальной жизни (о чем позже), но иэтой его чрезмерной прилизанностыо и даже некоторой фемининностью.

Кен появился в жизнинашей девочки в 1961 году и выглядел омерзительно: прилизанныйподросток начала 60-х с литыми пластиковыми волосами, губами иподбородком слабого человека и безвольным взглядом голубых глаз. Онвыглядел совсем мальчиком, и рядом с Барби, сохранявшей на тот моментчерты опытной шлюхи, казался не то ее сыном, не то пришедшим лишатьсядевственности робким гимназистом. Тело Кена тоже было телом мальчикатринадцати-четырнадцати лет, здорового, но не слишком подвижного:гладкое, почти лишенное мышц тело с девичьи-стройными ногами.Неудивительно, что он не слишком привлекал девочек. Через пару летбыла создана новая болванка головы Кена — и все стало еще хуже:странно сплюснутая голова и приоткрытый рот явно намекали на родовуютравму. Пениса у него, конечно, по-прежнему не было, но в нижнейчасти непропорционально длинного тела наблюдался некий выступ. Этотвыступ стал значительно рельефнее к концу 60-х, когда ситуация сКеном вообще несколько улучшилась. Во-первых, он обрел некое подобиевполне мужского тела — с широкими плечами, широкой же груднойклеткой и узким тазом. Руки Кена стали сгибаться, а торс приобрелмускулатуру — не бог весть какую, но вполне пристойную длячеловека, не являющегося паралитиком от рождения. Кен держал ногинесколько расставленными, что прибавляло ему мужественности. Это былиедва ли не единственные годы в жизни Кена, when he didn't look like asissy boy. Некоторое время он напоминал заправщика с бензоколонки,вырядившегося для свадьбы своего лучшего друга: простое широкое лицои сильные густые брови наконец позволили ему выглядеть мужчиной. В1968 году он даже начал работать с гантелями: производители Барбивыпустили вариацию, у которой при сгибании руки под пластиковой кожейнадувались солидные бицепсы. Примерно в 1974 году заправщика сбензоколонки сменил безработный художник: лицо Кена вытянулось истало более утонченным, но густые брови сохранились, равно как ивыступ внизу таза. Причастность Кена к богеме также выдавали егодлинные волосы, что, впрочем, могло в те годы быть и атрибутом вполнеприличного человека. В восьмидесятые Кен — вылитый Караченцев:широкая открытая улыбка и правильное лицо выпускника юридическогофакультета. Ему по-прежнему редко достается пощеголять «настоящими»волосами — чаще всего у него на голове красуется литая прическаиз раскрашенного пластика. В девяностых Кен пережил серьезноеприобретение и тяжелую утрату. С одной стороны, у него появилисьнеплохие мускулы — в духе спасателей Малибу и героев "Дневниковкрасной туфельки"; правда, его ноги почему-то по-прежнему неотличались рельефностью. С другой стороны, он лишился своегорудиментарного выступа в нижней части таза: теперь нижние конечностистали крепиться к условным пластиковым трусам, завершающим прекрасноетело. Лицо же Кена в последние десять-двенадцать лет стало той самойсмазливой мордашкой в духе Бреда Питта, которая постоянно заставляетпредполагать, что Барби остается девственницей не в силу собственногоупрямства, а в силу альтернативности вкусов ее бойфренда. Не будь онатакой чудовищно идеальной девушкой, она бы, возможно, давно изменилаКену с кем-нибудь из его темнокожих друзей (все белые мужчины в миреБарби выглядят, по непонятной мне причине, холеными инфантильнымибюргерами). Но этого, я боюсь, мы никогда не дождемся.

Я твердо уверена, чтобыло бы неправильным считать, что Барби и ее маленькие друзья вкаждый момент своего существования воплощали соответствующий времениидеал женской или мужской красоты. Поразмыслив, нетрудно понять, чтотакая задача, даже если бы и была поставлена, оказалась бынеразрешимой.

В последние сорок шестьлет эти идеалы менялись гораздо быстрее, чем болванки кукольныхголов, производимые компанией. Мадонна начала восьмидесятых сильноотличалась от рафинированной Брук Шилдс начала девяностых, которая всвою очередь сильно отличалась от Шарон Стоун середины девяностых иот Лив Тайлер начала нового века, да и эти персонажи не былиобщепринятыми красавицами. Когда смотришь на фотографии победительницконкурса "Мисс Америка" за отчетные 46 лет или на портретысупермоделей начала и середины девяностых, когда больше всегоценилась «уникальная» (иногда совсем уж дикая) внешность,а не соответствие канонам классической красоты, понимаешь, как малолицо и фигура Барби соответствовали «современному»взгляду на красоту в каждый конкретный момент.

Другая причина, болеетонкая, заключается в том, что компания не могла позволить себепотерять узнаваемость куклы, т. е. изменить черты ее лицаслишком резко — как того, возможно, требовала бы мода. Послекаждого скачка эволюции Барби все-таки должна была выглядеть так,чтобы та самая маленькая девочка из английского музея не спрашивала:"Это кто?" Барби должна была становиться лучше, но она неимела права стать другой.

Третья причина, покоторой распространенное мнение о Барби как об эталоне красотыкажется мне неверным, заключается в том "индивидуальномхарактере", которым компания наделила свое порождение. Вспомним,что Барби всегда должна была быть невинной, ассертивной, упорной,активной, дружелюбной, спонтанной девицей, в то время как мимо еесияющего личика проходили апатичные поклонницы психоделии 60-х,депрессивные красавицы 70-х, поклонницы безумно модного стиля«порношик» 80-х, измученные стрессом яппи 90-х, панки,рокеры, готики, девушки в стиле «гранж», быстросменяющиеся модные типажи нескольких поколений, некоторые из которыхмогут показаться современному наблюдателю едва ли не отталкивающими.Барби же должна была оставаться скаутом-переростком и носитьгламурные версии модных нарядов, но не рваные кожанки с велосипеднымицепями и не красные чулки в клетку с подвязками, торчащими изглубочайших разрезов облегающих юбок.

Поэтому мне кажется болееправильным утверждать, что внешность Барби всегда представляла собойнекоторый усредненный тип: женщину, о которой при любых вкусах, прилюбых модах и при любом подходе к женской красоте назвали бы "оченьнедурной". Кто-то предпочел бы термин «красавица»,кто-то — "очень миленькая девушка", но так или иначеличико Барби устраивало бы всех. Как, собственно, и положенобестселлеру в социуме, где красота (или, по крайней мере, внешнееобаяние) воспринимается как необходимое требование, едва ли не залогдля успешной социализации. Культ внешней привлекательности, которыймы сами создаем год за годом, одновременно со стонами жалуясь на егонесправедливое и непомерное бремя, естественным образом ставит Барби,девушку с модельной внешностью, в положение всеобщей любимицы. Законыжанра требуют, чтобы ее равно обожали семья, подруги, ухажеры,соседские дети, собаки и шифоньеры. Но на самом деле семейная исоциальная жизнь Барби оказывается на поверку куда как менеерадужной, чем ее пытаются продемонстрировать гламурные фотоистории изжурнала "Barbie Bazaar".

Глава четвертая

ПОВЕЛИТЕЛЬНИЦА МУХ: ОКРУЖЕНИЕ БАРБИ

Несколько лет назад ябыла сильно изумлена, когда выяснила, что у Барби есть фамилия, и нетолько фамилия, но и второе имя. Она, оказывается, Барбара МиллисентРобертс, школьница из вымышленного производителями городка Уиллоус,штат Висконсин. Однако о людях, давших ей два имени и фамилию,неизвестно ничего. Возможно, у "этой сучки" действительно,как говорилось в эпиграфе, "есть ВСЕ", кроме родителей. Побольшому счету, у нее вообще нет семьи.

В 60-е годы компаниязаинтересовалась проблемой общества для своей девочки. Были придуманымама и папа Барби — Роберт и Маргарет Робертс, но, насколькомне известно, компания ни на секунду не рассматривала опцию созданияэтих персонажей в пластике. Вместо родителей Барби получила бойфренда— верного Кена, и подругу — простоватую девушку Мидж.Шесть лет спустя возникла кузина Френси, просуществовавшая до 1976года, а еще одна кузина, Джаззи, появилась в 1989 году. В остальномже единственные известные нам представители семьи Барби — этовыводок сестренок и братец, все мал мала меньше. Все эти годыкомпанию нашей девушке составляют подружки (общим числом тридцатьодна), немногочисленные друзья Кена (шесть штук) и целое стадомалышни — подружек младших сестер и кузин.

Традиционно считается,что причиной, по которой компания вообще начала обеспечивать Барбисемьей и друзьями, явилась необходимость создать нашей идеальнойдевушке не менее идеальную компанию. Я полагаю, что не менее большоезначение имел маркетинговый фактор: Барби распродавалась на ура, ибыло вполне очевидно, что у "сопутствующих товаров" естьнеплохие шансы на рынке. Надежды оправдались — Мидж расходиласьпрекрасно. Тщательно продуманная, эта кукла играла немаловажную роль:она была объектом для сравнения. Простенькая, курносенькая, менееэлегантная, чем наша гламурная Барби, эта кукла могла меняться с нейодеждой, как и положено хорошим подружкам, но уступала ей во всем,кроме объема груди. Мидж помогла компании четко показать место Барбив кругу ее сверстников: она — элита, прима, альфа; всеостальные созданы для того, чтобы подражать, поддерживать изавидовать. Такое позиционирование прекрасно ложилось в концепциюБарби как ролевой модели для ассертивных, целеустремленных маленькихдевочек. Уже самые первые номера журналов и книг о Барби (о них тожепойдет речь в этой книге) четко показывали, насколько Мидж находитсяна подхвате у Барби. Впоследствии то же самое стало верно для всехподружек нашей девочки: их задача — разыгрывать ситуации, вкоторых Барби может блеснуть красотой, вкусом и талантами, инаграждать победительницу восторженными аплодисментами, т. е.разыгрывать совершенно жизненную, абсолютно реалистичную ситуацию,так хорошо знакомую маленьким девочкам: королева класса (школы,двора, лагеря, "внутрирайонный гений чистой красоты")снисходит до своих подданных, демонстрируя им совершенство взамен наобожание. Из ста маленьких девочек девяносто девять в реальной жизничувствовали себя Мидж, но благодаря компании «Маттел»теперь могли ассоциировать себя с Барби. Такое соотношение сил междуБарби и ее друзьями компания сохраняет и поддерживает по сей день: влюбой компании, в любом комиксе, в любом рассказе про Барби нашадевочка оказывается определенно лучше всех: у нее самый роскошныйнаряд, самый яркий талант и самая светлая голова — о чем бы нишла речь, будь то кормление дельфинов или тренировки олимпийскойсборной. Я смеялась в голос, когда в конце маленькой книжки "Барбина выставке" выяснилось, что именно собачка Барби выигралаглавный приз в собачьем конкурсе, — ну да, не Барби, такхоть ее собачка. Впрочем, плюс ситуации заключается в том, чтодевяносто девять девочек-Мидж, вполне отдающих себе отчет в своейзаурядности и второстепенности, из соотношения сил между Барби и ееподружками могут извлечь вполне позитивную мораль: у Мидж тоже естьжизнь. Она тоже умеет хорошо одеваться, способна завести бойфренда,овладеть престижной профессией, устроить хорошую вечеринку, кататьсяна лошадке, дудеть в дудку. Правда, так или иначе созданные компаниейприхвостни нашей первой красавицы тоже оказываются too cool to betrue; всякий, кто пережил школьные годы, помнит, что подружки самойкрасивой девочки составляют своего рода элиту, в которую еще тоженадо уметь пробиться. Фактически подружки Барби — это та самаякодла, приходящая в школу в мини-юбках и имеющая привычку ходить покоридорам все сметающей шеренгой. Единственное, что обычно утешаетзавистливых наблюдательниц — это тот факт, что Барби обходитсясо своей свитой не лучше, чем ее свита обходится с ними, простымисмертными. Однако ненависть к "этим сучкам" за редчайшимиисключениями не мешает девочкам, не попавшим в число избранных,завидовать, восхищаться и мечтать оказаться на их месте, что,собственно, и обеспечивает популярность подружкам Барби, в целом неменее высокомерным, чем она сама.

Кроме базовой идеирасширения линии продуктов, производители Барби всегда использовалиее друзей и подруг для одной очень важной цели: благодаря им компанияотыгрывала вариации и изменения, вносимые самой жизнью, но совершенноне подходящие для имиджа Барби. Бекки в инвалидной коляске,чернокожая Кристи, азиатки Кира и Мико, дважды рожавшая замужняя Миджснимают с Барби бремя житейских проблем, а «Маттел»избавляют от нарицаний касательно создания слишком прилизанного,оторванного от реальности образа куклы. Забавно, что подружки Барбипри таком раскладе являются личностями в гораздо большей мере, чемона сама: ее исключительная среднестатистичность волей-неволейобращает на себя гораздо меньше внимания, чем не слишком стандартнаякрасота некоторых из ее приятельниц. "Барби-Олимпийская-чемпионка"в целом производит гораздо меньшее впечатление, чем Бекки —чемпионка олимпиады для инвалидов.

В мире Барби нет смерти;в мире Барби нет даже старения, а взросление выпадает не каждому —скажем, подросла Скиппер, скажем, сама Барби-врач и Барби-астронавтуже не маленькая девочка, да и ее подружки ходят кто в колледж, ктона работу; но все они остаются вечно молодыми и вечноподростково-дурноватыми, из чего следует один вполне странный вывод:в мире пластиковых девушек, призванных быть ролевыми моделями длянескольких поколений подростков, нет ролевых моделей. Это мир безвзрослых, остров, на котором Барби оказывается "повелительницеймух"; ей и ее друзьям не на кого ориентироваться, что, возможно,и объясняет их чудовищную инфантильность. Изредка появляющиеся вкомиксах взрослые персонажи мира Барби всегда играют по отношению кней и к ее друзьям второстепенную роль, оказываясь скорее в позициидетей, чем в позиции взрослых: Барби и команда приходят им на помощь,решают их проблемы и занимаются их делами, на время оставляя встороне катание на роликах, серфинг и уход за собачкой, чтобы потомотметить успех предприятия грандиозным праздником с демонстрациейновых нарядов. До сих пор Барби не у кого было спросить совета, ипредставления о том, что происходит, когда кончается молодость, онане имела. Сама Барби — и Барби в качестве ролевой модели —"ничего не видит дальше алтаря", как метко высказаласьМаргарет Митчелл, правда, по иному поводу.

Наконец, несколькомесяцев назад в мире Барби появились взрослые люди — и непросто взрослые люди, а старики: компания создала «бабушку»и «дедушку», членов семьи все той же Мидж. Родителей Миджобрела одновременно со вторым ребенком, что должно было явиться длянее немалым потрясением. У бабушки и дедушки седые волосы и вполнесдержанная манера одеваться: пожилая леди носит цветастую блузу иузкие брюки, а старый джентльмен одет в мягкий свитер и штаныгорчичного цвета, однако голова бабушки посажена на тело Барби, аголова дедушки держится на плечах Кена, что в целом придает старикамнеприятно молодящийся вид. Место бабушки и дедушки в счастливой семьепроизводители Барби определили раз и навсегда: они обитают на кухнесобственного дома. Мидж и ее муж Алан привозят к ним детей навыходные — видимо, для того, чтобы свободнее проводить время надискотеках с Барби и остальной компанией. Домашний пирог, жаренаяиндейка и прочие яства вполне четко задают функцию бабушки и дедушкив этом мире: они существуют в качестве безобидного обслуживающегоперсонала, призванного облегчать жизнь маме и папе крошек. Компания,естественно, не могла сделать стариков бабушкой и дедушкой самойБарби — это сразу породило бы слишком много вопросов о ее семьев целом; однако Мидж, всегда использовавшаяся компанией для созданиямодели матери семейства, вполне способна пережить появление старшихчленов семьи. Мне, кстати, не удалось найти ответ на тонкий вопрос:являются ли старики бабушкой и дедушкой самой Мидж или ее мужа, илиже они все-таки приходятся бабушкой и дедушкой их малышам? Да ивопрос о том, с чьей стороны родня, остается открытым, как остаетсяоткрытым вопрос об именах: двое новеньких — едва ли неединственные антропоморфные персонажи в мире Барби, лишенные имен исобственной легенды, что лишний раз указывает на абсолютнуювторостепенность их роли в заданном пространстве. Проще говоря, вданный момент легко представить, что Барби и ее друзья будут ходить ких дому специально, чтобы поглазеть на стариков через окошко: "Wow!Do people really get like this with time? Not us, for sure! Do youthink they can dance or maybe skate? Well, we can! Let's go party!"

Поведение Барби, еепомешанность на результате (я опять скатываюсь в грех говорения обэтой кукле как о живой персоне, но ничего не могу с собой поделать)являются, насколько мне удалось понять, вполне типичными дляобеспеченного, но заброшенного родителями ребенка: она окружает себяогромным количеством друзей, компенсируя недостаток близости, онагиперсоциальна, как человек, всю жизнь стремившийся преодолетьодиночество, она стремится к достижениям, надеясь, что очереднойполет в космос, очередная победа на Олимпиаде, еще один заработанныймиллион долларов, наконец, привлекут к ней внимание папы и мамы. Еслиже принять в расчет постоянно появляющихся в ее мире маленькихсестренок, картина начинает казаться еще более грустной: существующиеневесть где мама и папа рожают очередного ребенка и опять исчезают,чтобы жить собственной жизнью (чувствуете, как повеяло Пеннаком?).Можно представить себе еще один, параллельный мир, где Маргарет —мама Барби — и ее верный муж Роберт, окруженные пластиковымидрузьями, собачками, лошадками, домами и автомобилями, проводят времяна пляжах и дискотеках, время от времени ради чистого интересаосваивая новые прогрессивные профессии. "Эй, Бобби, Марджи,начните пользоваться контрацептивами! У вас уже шестеро детей!" —"Оставь, Джим, нам нравится большая семья, а Барби всегда радапосидеть с малышами!" (Чувствуете, как повеяло Петрушевской?)Словом, грустная какая-то картина. Более или менее объясняющая,почему их старшая дочь до сих пор оказывалась неспособной выйти замужза человека, с которым провела ни много, ни мало сорок два года.

Глава пятая

"ОН ПРОСТО КУКОЛКА!":БАРБИ И КЕН

Вплоть до марта 2004 годаимя «Барби» шло в паре с именем «Кен».Выражение "Барби и Кен" стало фактически нарицательным —им нередко описывали слащавые влюбленные пары с претензией наидеальность. Роман Барби и Кена длился сорок три года и стал таким жесоциокультурным символом, такой же данностью, как спешащие на помощьЧип и Дейл или всепобеждающий Супермен. Этот роман породил массуспекуляций, серьезных и не очень — насчет гендерных ролей этойпарочки, насчет их интимной жизни и/или ее отсутствия, насчетсексуальной ориентации Кена и их матримониального статуса и т. д.и т. п. Поэтому совершенно внезапно провозглашенныйпроизводителями разрыв отношений между Барби и Кеном стал для всех,включая преданных фанатов, казалось бы способных предсказать любыеперипетии в жизни этих кукол, громом среди ясного неба. По счастливойслучайности о «разводе» этой так никогда и непоженившейся пары было объявлено ровно тогда, когда я писала этуглаву. Это дало мне шанс попытаться увидеть игру, которую компаниявела со своими куклами на протяжении сорока с лишним лет, в некоторойзавершенной перспективе. Как это часто бывает с детскими ифинансовыми играми, ее прекращение говорит о происходящем больше, чемее ход.

Каким же был этот роман,не только во многом определивший наши собственные взгляды на образБарби но, но утверждению ряда заинтересованных сторон, задавший тон вотношениях с противоположным полом для нескольких поколений девочек,и почему он распался?

Кен появился в жизниБарби в 1961 году и сразу был позиционирован в качестве "handsomesteady" — красавчика, с которым она встречаетсяпостоянно, ее постоянного «парня». Изначально большинстворуководителей компании были против создания такой куклы — весьопыт индустрии игрушек доказывал, что куклы мужского пола невостребованы рынком и не окупаются, но необходимость создать «дружка»для Барби становилась все более и более очевидной: девочки хотелииграть в свидания и в свадьбы. Слоган рекламной кампании попромотированию Кена был совершенно очаровательным: "He's adoll!" ("Он просто куколка!"). Телереклама показываламомент знакомства Барби и Кена: действие происходило на балу, гдеБарби замечала красавчика и влюблялась в него с первого взгляда.

Это был самый стык эпох,период, когда перед глазами хороших девочек конца пятидесятыхзамаячила сравнительная свобода. Шло становление неофеминизма, уженщин умирала вера в исполнение своей личной "американскоймечты" путем заполучения богатого мужа, собственного дома,положения в местном благотворительном комитете и хорошеньких нарядов,которыми можно щеголять на его собраниях. Когда появился Кен, досистемообразующего бестселлера Бетти Фридан "Загадка женщины"оставалось два года. Этот бестселлер, ставший впоследствии библиейфеминизма, взорвет представления о «предназначении»женщины, о материалистическом рае и о необходимости отказа от иныхдостижений ради счастья домашнего очага. Но и в год появления Кена вреальности уже намечался совершенно явственный, пусть и непроговоренный еще сдвиг, хотя женские журналы продолжалипроповедовать домашние ценности. Все происходящее в этот период,естественно, сыграло огромную роль в становлении Барби в целом —например, ее исходный карьеризм, безусловно, был одним из последствийэтого фактора (я еще буду говорить об этом в третьей части книги), нов том, что касается отношений полов, общество, конечно, оставалоськонсервативнее всего. Поэтому так часто повторяемое производителямиутверждение о том, что "Барби не зависит от мужчин и ненуждается в них, чтобы хорошо проводить время", поначалусовершенно не соответствовало действительности — наоборот,Барби казалась настолько привязанной к Кену и зависимой от него, чтоее поведение нередко называли антифеминистским. В одном из комиксовБарби помогает Кену в саду; сцена завершается фразой: "Я готоваделать это когда угодно, Кен, лишь бы мы были вместе".

Отношения Барби и Кенаочень сильно эволюционировали за эти сорок три года. Забавноосознавать, что они эволюционировали фактически так же, как если быречь шла о нормальной человеческой шкале жизни — просто процессестественным образом был намного медленнее. Как и всякая едвавступившая в отношения пара, Барби и Кен были откровенно и оченьсильно влюблены друг в Друга: большой портрет Кена стоял на полочкепервого "Дома мечты" — картонной коробочки,раскладывавшейся в подобие небогатой гостиной, молодая пара записалапластинку с песнями о свой любви, компания поставляла этих голубков вподходящих друг к другу костюмчиках для вылазок на пикник или навечеринку и продавала комиксы "Барби и Кен", в которых параобщалась очень нежно и трогательно. Словом, в первые годы знакомстваотношения Барби и Кена были в чистом виде отголоском пресловутойсхемы "идеальной американской семьи" — схемы,терпевшей откровенный крах в реальном мире. И все-таки продажи Кенаникогда не отличались особой высотой. В 1968 году компания дажепрекратила выпуск Кена, никаким образом не увязывая это с легендойБарби и вообще не афишируя это событие лишний раз. Но через год Кенапришлось вернуть. В мире Барби он, как выяснилось, играл гораздоболее важную роль, чем просто сопутствующая кукла на продажу: Кенохранял исключительно сексапильную, телесно развитую исвободомыслящую барышню Барби от лишних вопросов со стороны какдетей, так и родителей. Кен был чем-то вроде фиктивного мужа длякоролевской куртизанки, персонажем, не имеющим самостоятельногозначения, но введенным в картину для того, чтобы охранить репутациюженщины.

Как и положено такомуфиктивному мужу, Кен был вынужден постоянно демонстрировать мируидиллию отношений с Барби, предоставив своей подруге заниматьсямодой, карьерой, созданием собственного имиджа и развитию отношений сдрузьями и подружками. Барби могла очень надолго забывать про Кена,Кен же не мог себе позволить забыть про Барби. Словом, период, когдаБарби и Кен выглядели идеально влюбленной парой, быстро сменилсявполне типичной картиной: по уши влюбленный и очень слабый Кенувивается за едва замечающей его красавицей Барби. Постепеннодвойственность ситуации была доведена до комичного. С одной стороны,Барби действительно стала такой, какой ее и в некоторой мере (и, покрайней мере, в этой области) хотели видеть феминистки, т. е.женщиной, абсолютно не зависящей от мужчины, не нуждающейся в егоподдержке для того, чтобы развиваться как личность, и не ждущей егопоявления для того, чтобы отправиться развлекаться в компании друзей.С другой стороны, Барби постепенно превратилась и в символ другойкрайности — в безразличную и бессовестную женщину, в грош неставящую своего любящего и внимательного партнера.

Критики опять былинедовольны, справедливо замечая, что Барби снова создает у девочекнеправильное впечатление об отношениях полов. Впрочем, это обвинениеестественным образом не слишком волновало создателей куклы. Едва лине с первого года существования Барби компания была занята ведениемдвойной игры, одной рукой подталкивая Барби к образу сильной девушки— смелой, независимой, способной добиться чего угоднокарьеристки, а другой рукой удерживая ее в рамках гипертрадиционнойпарадигмы так называемого "искусства быть женщиной", сосвойственным этой парадигме обсессивным интересом к вопросамвнешности, моды, жилища и интерьеров, заботы о младших членах семьи ивозни с комнатными собачками. Огромная сложность такой двойной игрыподразумевала, бесспорно, некоторые неизбежные перекосы. Одним из нихявилось создание системы непреклонного матриархата в отношениях Барбис Кеном. Откровенно говоря, любая другая модель отношений былапопросту невозможна. По понятным причинам ставить Кена в доминантноеположение было нельзя, а попытка создать в рамках легенды равныеотношения между любовниками, безусловно, заставила бы Барби несколькозамедлить рост собственных достижений просто для того, чтобыпроводить больше времени со своим бойфрендом. Конечно, в некоторойидеальной схеме компания могла создать из двух кукол некоторыйидеальный тандем, в рамках которого Барби и Кен ко всем своимдостижениям шли бы вместе: не «Барби-Астронавт», а 'Барбии Кен — астронавты", не «Барби-Юрист», а"Барби и Кен открывают собственную юридическую фирму". Но,конечно, на практике такое построение было невозможно, егоэлементарно не допустил бы рынок. Мужские куклы, как и во всевремена, по-прежнему не пользуются особой популярностью, особенносреди маленьких девочек. Делать Кена в пандан к каждойспециализированной Барби или каждый раз продавать двух кукол в однойупаковке было бы абсолютно немыслимо.

В результате компания всюдорогу выпускала в основном те версии Кена, которые соответствовалине занятиям и профессиям Барби, а изменениям ее жизненного стиля.Другими словами, Кен не участвовал в ее карьере, но появлялся, когдаБарби отправлялась на Малибу, или собиралась пойти потанцевать, илиначинала овладевать речью, или вносила еще какие-нибудь поправки всвою личную или социальную — но не профессиональную! —жизнь. Тогда Кен моделировался соответственно и принимал участие всобытиях по мере сил. Существовал «Кен-Свидание-мечты»,«Кен-Супертанцор», «Кен-Суперспортсмен»,«Диско-Кен», «Кен-На-пляже»,«Кен-Суперзвезда», «Кен-развлекается» и т. д.Вечное стремление избежать какой бы то ни было профессиональнойактивности и исключительная преданность Барби постепенно сформировалиобраз Кена не то как альфонса, не то как еще одного аксессуара тойсамой "сучки, у которой есть все". Он стал такой жеигрушкой Барби, таким же трогательным бессловесным компаньоном, как иее 39 домашних животных, включая львенка, панду и зебру. По большомусчету, создатели акцентировали этот факт разнообразными явными инеявными способами. Так, журнал "Играем с Барби" и книгисерии "Библиотека Барби" постоянно предлагают читателюсюжеты, благодаря которым складывается абсолютно однозначный образКена как придурковатого простачка на вторых ролях. Впрочем, этоотносится не только к Кену, а вообще ко всем мужским персонажам всозданном компанией пластиковом мире. Барби и ее подругам всегдапринадлежат все гениальные идеи и инициативы, они же выполняютосновную работу и принимают системообразующие решения. В то же времяпредставители мужского пола слушают то, что им говорят, отпускаютзабавные реплики, становятся поводом для дружеского смеха и дарятдамам дорогостоящие подарки. Вот типичный сюжет под названием"Чудесное украшение": Барби решает устроитьблаготворительную ярмарку, на которой будут продаваться украшения.Барби придумывает дизайн украшений, ее подруги подбирают названия дляколлекции. Барби и Скиппер организовывают работу; мужчинамразрешается забивать гвозди и носить стулья. "А это куда?" —спрашивает приятель Скиппер, держа в руках большую вазу, на что Барбиотвечает ему как слабоумному ребенку: "Осторожно, она оченьхрупкая!" В следующем кадре комиксов Кен держит в руках молоток.Восклицание "Ох, ушиб палец!", видимо, приглашает наспосмеяться. Барби и ее подруги развешивают украшения по деревьям,декорируют фонтан и, наконец, едут переодеваться в вечерние костюмы.Появляется Кен в такси и сообщает, что он оставил карету внеположенном месте. Дальше Барби позволяет ему отвезти себя напраздник, и мы наблюдаем, как дамы совершают покупки для своихподружек и собачек; мужчины остаются безмолвны, и только в самомконце Кену перепадает единственная реплика: он сообщает, что любимоеожерелье Барби он приобрел лично и припрятал, чтобы подарить егосвоей красавице. В манере, свойственной дешевому жиголо, он отдаетБарби розовую игрушечку и сообщает, что ожерелье принесет счастье втом случае, если хозяйка поцелует дарителя, на что Барби, получившаяиз рук дорогой аксессуар, милостиво отвечает: "Ты такой хороший,что заслужил поцелуй без всякого подарка".

В другом сюжете подружкиБарби обсуждают свои академические достижения, и одна из нихсообщает, что писала реферат на тему "Лечение пением".Барби решает запеть. Дальше дамы обсуждают новую машину одной из них,с ветерком едут на репетицию хора, Барби напропалую кокетничает схормейстером, но вот, наконец, в картине появляется Кен: мобильникБарби издает звуки "бип-бип-бип!". "Интересно, ктоэто?" — спрашивает Барби. Телефон отвечает: "Привет,это я, Кен!", на что Барби реагирует словами: "Привет,сейчас не могу говорить, я перезвоню тебе позже". В концекомикса фигурирует реплика Барби: " В следующий раз я оставлюмобильник дома". Практически для всех сюжетов, публикуемых влицензионных журналах и книгах, повторяется одна и та же история:девушки решают отправиться туда-то и туда-то, Кен "соглашаетсяих сопровождать", т. е. не только не демонстрируетинициативу, но даже не "поддерживает идею" — онсопровождает Барби и ее подружек, как их сопровождали бы грум игорничная. Барби крайне редко делает что-то для своего золотогомальчика, в то время как желание Кена угодить возлюбленной иногдапереходит все мыслимые и немыслимые границы. Например, Кен получает всвое распоряжение мотоцикл красного цвета, но если опустить его втеплую воду, он становится розовым, потому что это, по утверждениюсопровождающей рекламы, "любимый цвет Барби". Другойпример: в 1984 году компания выпускает "Барби-Секретный-шкафчик".У этой версии куклы в груди проделано отверстие в виде сердечка.Отверстие может открываться и закрываться на манер пудреницы, а ккукле прилагается три сменных блока, которые можно вставлять впрорезь: розовый блеск для губ, сухие румяна, и — вы неповерите! — фотографию Кена. Казалось бы, прекраснаядемонстрация романтического расположения. Но ее эффект полностьюсходит на нет, как только вам доведется увидеть выпущенного в панданКена — "Кен-Секретный-шкафчик". У него нетсобственной дырки в груди, но зато вместе с ним продается маленькаякоробочка в виде сердца, которая может быть поставлена внутрь"Барби-Секретный-шкафчик", — в этой коробочкенаходятся… женские духи. На этикетке написано, что у Кена естьособый подарок для Барби и ее подруг.

Совершенно естественнымобразом возникает предположение, что и сама Барби навряд ли относитсяк Кену слишком серьезно или испытывает к нему особое уважение.Анекдоты про Барби нередко изображают схему, в которой Барбиоказывается бессовестной вертихвосткой, строящей глазки направо иналево, в то время как бедный Кен, всячески заслуживающийсострадания, терпеливо ждет ее или таскается за ней, куда бы она нипошла. Лично для меня идеальным примером такого восприятия сталаизвестная реклама автомобилей компании «Ниссан». В 1999году «Ниссан» создала рекламный ролик, заставивший«Маттел» подать в суд на гиганта автомобилестроения.Главными героями ролика были куклы, одна из которых выглядела, пословам юристов компании, "исключительно похожей на GI Joe"— знаменитую американскую куклу-солдата, в какой-то мересуществующую в общественном сознании в качестве символа утрированноймускулинности (как Барби существует в качестве символа утрированнойфемининности). В ходе рекламы GI Joe вырывается из пасти динозавра ипрыгает в красный «ниссан» с открытым верхом. Онпроносится по комнатам и доезжает до девичьей спаленки, посрединекоторой стоит типичный розовый "Дом мечты" —"исключительно похожий на дом для Барби". Он сигналит удверей, и на его сигнал выглядывает кукла, "исключительнопохожая на Барби". При виде GI Joe в красной машине она сбегаетвниз и уезжает с бравым солдатом в дальние дали, в то время каккукла, "исключительно похожая на Кена", грустно смотрит наних с балкона. «Маттел» долго судилась с «Ниссан»,выдвигая множество показательных претензий. Общее утверждение онанесении вреда имиджу компании и ее товару распадалось на несколькозанимательных мелких замечаний, так, создавалось впечатление, чтобольше всего компанию не устраивало поведение псевдо-Барби: мол,достаточно побибикать ей из красивой машины, и она готова оставитьдом и любимого и броситься навстречу приключениям с неотесанныммужланом… Так или иначе Кен оставался за бортом, не вызываяничего, кроме жалости.

Другой постоянной темой,связанной с существованием Барби и Кена как влюбленной пары,становится тема сексуальной жизни. Создатели этих кукол всемивозможными способами настаивали на непорочности своей девочки, побольшому счету никогда не ставя Барби в ситуацию, подразумевающуюхоть какую-то сексуальную активность. Компания даже старалась неиспользовать в рекламах слов, которые могли бы иметь хоть какой-то«неправильный» подтекст, в частности, мне не удалосьнайти примеры реклам, где Барби называлась бы «attractive»("привлекательной") — слово с однозначнымэротическим привкусом. Обычно компания использует какие-нибудьэпитеты вроде: «adorable» и «tremendous». Вто же время Барби и Кен живут абсолютно взрослой жизнью, в которойприсутствуют работа, социальные проблемы, владение собственностью.Мало того, как уже упоминалось, у Барби и Кена есть не только женатыедрузья, но и друзья, обзаведшиеся детьми, в частности Мидж и ее муж.На этом фоне оставаться непорочной было для Барби особенно трудно, аее нежная связь с Кеном волей-неволей наводила на вопрос о том, чемдве куклы занимаются в расфуфыренных "Спальнях мечты".Компания пыталась давать ответ на этот вопрос, просто не пуская Кенав расфуфыренные "Спальни мечты": во всех сюжетах комиксов икниг он или "приходит в гости", или "забегает наминутку", или — что еще предпочтительнее —встречается с Барби где-нибудь в гостях или на вечеринках, но никогдане остается на ночь. Отсутствие у обеих кукол гениталий тоже игралонемалую роль, порождая множество спекуляций. Две популярные версии —"эта стерва Барби не дает бедному Кену" и «Кен-импотент»,но наиболее популярным из всех стало предположение о том, что насамом деле Кен — скрытый гей. Честно говоря, более или менеедостоверных доводов в пользу этой версии всегда хватало. Во-первых,многие повадки Кена копировали карикатурный тип мужскогогомосексуального поведения; в частности, Кен уделял слишком многовнимания своей внешности, безукоснительно следовал моде, никогда непосягал на девственность своей подруги, вызывающе ярко одевался, былнастораживающе неагрессивен и всегда сохранял идеальную прическу.Один их моих приятелей, узнав о разводе Барби и Кена, сказал: "Ну,теперь Кен наверняка найдет себе богатого папика".

В мультипликационномсериале «Симпсоны», знаменитом, среди прочего, остройсатирой на американский образ жизни, в какой-то момент появилсяэпизод под названием: "Лиза против Стейси Малибу". Лиза —маленькая девочка-феминистка, одна из главных героинь сериала —возмущена появлением на прилавках магазинов говорящей вариациипопулярной куклы Стейси. В эпизоде пародируется скандал вокругговорящей Барби, о котором я еще буду рассказывать подробно. В ходеистории с Малибу Стейси выясняется, что другой постоянный персонажсериала, прилизанный молодой мужчина-клерк, на самом деле —председатель Клуба Фанатов Стейси. Среди реакций на эпизод япрочитала следующее высказывание: "С этого эпизода становитсяясно, что Смитерс все-таки гей. <…> Просто потому, чтоон председатель Клуба Фанатов Стейси. Это так по-гейски! Основныеколлекционеры Барби — все геи!" Последнее утверждениесовершенно не соответствует действительности, как мы еще увидим, новысказывание в целом очень показательно.

Тема гомосексуальностиКена периодически педалируется художниками, например американцемАльбертом Крудо, создавшим серию фотографий Кена и его друзей. Средиснимков несколько так называемых "сцен из виртуальных фильмов".Одна такая сцена называется "За каждым великим мужчиной стоитдругой великий мужчина" и изображает Кена и, кажется, Аллана:обнаженные, они стоят рядом, Кен впереди, Аллан сзади. Другая сценаиз виртуального кино называется «Беседа», и на ней двеголые вариации Кена разных лет стоят очень близко, лицом к лицу, ипроникновенно смотрят друг другу в глаза.

Сальные шуткипревратились в газетные статьи в 1992 году, когда была созданавариация Кена под названием "Earring Magic Ken"("Кен-Волшебная-серьга"). У этой модификации былисключительно провокативный вид: розовые брючки, ярко-розоваярубашечка сеточкой и лиловый жилет. Этот Кен был блондином, на шее унего красовался шнурок с металлическим кольцом, а в ухе располагаласьнебольшая съемная серьга — правда, в левом ухе, а не в правом,как того бы требовала подлинная gay pride. Народ был в полномвосторге. "Earring Magic Ken" был немедленно назван "GayKen", или — в политкорректной манере — "AlternativeLifestyle Ken". Его называли "самым знаменитым Кеном ссамой дурной репутацией". Журналисты бросились рыться нафанатских сайтах и накопали достаточное количество шуток и спекуляцийна тему ориентации Кена, основанных еще на его обычной манереодеваться и на отсутствии сексуальных отношений между Кеном и Барби,и с радостью пересказали эти шутки своими словами. Компания оказаласьабсолютно не подготовленной к такой атаке, что поразительно само посебе; создателям Барби пришлось оправдываться и отбивать нападки. Вчастности, спикеры компании объясняли, что, судя по последнимопросам, таким Кена хотели видеть маленькие девочки; их же задачасостояла в том, чтобы сделать старого доброго Кена чуть более cool.Никакого Alternative Lifestile и никакой gay pride, а только волямаленьких девочек — непреложный закон для производителяигрушек.

Так или иначе врезультате как положительного, так и отрицательного пиара Кен ссерьгой в ухе был сметен с магазинных полок. Долгое времямуссировался слух, гласящий, что такую славу и такие высокие продажи"Волшебной серьге" обеспечили не кто иные, как сами геи (аотнюдь не маленькие девочки, желавшие видеть Кена "именнотаким"). Не раз и не два высказывалось предположение, чтокомпания «Маттел» создала своего «альтернативного»Кена ни много, ни мало в сознательном расчете на гей-комьюнити.Говорили, что такая популярность куклы среди сексуальных меньшинствбыла результатом продуманного маркетингового хода. В последнееверится мало, но в ретроспективе мне представляется, что истинарасполагалась где-то между двумя полюсами. Дело в том, что начало90-х было, среди всего прочего, тем самым временем, когдагей-культура начала обретать особую, не виданную доселе легитимацию,открыто проникая в мейнстрим, масс- и поп-культуру. Многие известныеперсоналии эстрадного и медийного толка начинали в те годы "выходитьиз шкафа". Новые книги и фильмы рисовали совершенно особый,невиданный доселе образ мужчины-гея, уже не слабого женоподобногоюношу, страдающего от мучительных последствий детских травм, ноуспешного, популярного, продвигающегося по службе молодого человека.Такой "новый гей" оказался человеком модным,интеллектуальным и прекрасно вписанным в общество, по крайней мере вте слои общества, которые готовы были его принимать. 1992 год —год выпуска «Кена-Серьги» — был в некоторой меретриумфальным для всей западной гей-комьюнити: вышла системообразующаякнига Эрика Маркуса "Творя историю" ("Making history")об истории гомосексуализма и гей-движения, в университете Нью-Йоркаоткрылся Центр изучения лесбийской и гей-культуры, наконец, в Лондонесостоялся первый фестиваль «Europride», ставший с тех порежегодным, — парад гордости европейских геев и лесбиянок,каждый раз собирающий более миллиона участников. Кроме того, именно в1992 году были опубликованы маркетинговые исследования, показывающие,что геи и лесбиянки в среднем тратят больше денег на развлечения, чемгетеросексуальные представители их возраста и класса. Естественнымобразом рынок развлечений начал охоту за этими деньгами; возниклонесколько культовых произведений, посвященных перипетиям жизнипредставителей сексуальных меньшинств, в частности «Адвокат»и «Out». Таким образом, скорее всего, не «Маттел»создавала своего неоднозначного Кена в расчете на то, что его будутпокупать представители меньшинств, а маленькие девочки включали впонятие cool многие гомосексуальные символы, не понимая стоящего заними смысла. Мужчины с серьгой в ухе к тому моменту стали постояннымигостями ток-шоу, розовую рубашку в сеточку носил Эдди Мерфи, журналыпестрели фотографиями поп-идолов в разноцветных одеждах нежногопокроя. Ничто не мешало считать старину Кена в этом новом облаченииabsolutely cool. Тем не менее все, кому не лень, сочувствовали беднойБарби и выражали надежду на то, что она спасется от женскойнеудовлетворенности в объятиях GI Joe. Некоторые объясняли, что бракБарби и Кена исключительно удачен в силу того, что на самом деле обекуклы имеют альтернативные сексуальные предпочтения: не только Кенаназывали геем, но и Барби, всегда исключительно нежную со своимимногочисленными подружками, изображали с вибратором или со strap-on —непременным символическим атрибутом активных лесбиянок.

Глава шестая

БРАК ПО РАСЧЕТУ: ПАРНЫЕ ОТНОШЕНИЯ ВМИРЕ БАРБИ

Лесбиянка или нет, ноБарби всегда мучительно хотела выйти замуж; какая-то трагическаяистория — "Про Барбару Робертс, которая любила, да замужне вышла". Честно говоря, она захотела замуж еще до того, какполюбила: для самой первой Барби в 1959 году среди четырех другиходежек было создано свадебное платье. Тема свадьбы в мире Барбиогромна, но при этом к слову «свадьба» активноприсоединяется слово «мечта» — Dream Wedding.Постоянно появляющиеся многочисленные вариации Барби в свадебныхплатьях — одно роскошнее другого — обязательносопровождаются сообщением, что Барби "воображает себя невестой"."Каждая девушка мечтает о свадьбе, и Барби не исключение…Когда же наступит счастливый день?" — этой подписьюсопровождается демонстрация «сезонных» свадебных платьевдля Барби в официальной "Энциклопедии моды Барби",выпущенной издательством Dorling Kindersley в сотрудничестве спроизводителями куклы. Правда, другие люди в мире Барби вполне моглисочетаться браком (что должно было значительно усиливать фрустрациюбедной девочки): так, в 1983 году поженились Трейси и Тодд, а в 1988году лучшая подруга Барби Мидж вышла замуж за друга Кена Алана —тоже одну из старейших кукол компании. Сама Барби и ее младшаясестричка Келли фигурировали в качестве подружек невесты, а младшегобрата Кена в свое время предлагали публике в хорошеньком крохотномфраке и с атласной подушечкой, на которой лежали кольца. ВпоследствииМидж и Алан стали основой проекта Happy Family, призванного защититькомпанию от нападок по поводу отказа самой Барби от семейныхценностей: супружеская пара обзавелась сперва одним, а затем и другимребенком, а еще позже — бабушкой и дедушкой.

Безусловно, в 1959 году,когда Барби только появилась, тема свадьбы была одной из самыхактуальных тем для маленькой девочки: рано или поздно ее непременнождала свадьба в белом, эта свадьба в определенной мере была смысломее жизни и ориентиром в юные годы. Позволить девочке мечтать освадьбе вместе с Барби было как нельзя более удачной идеей. Неисключено, что сейчас тема свадьбы стала менее актуальной, но роскошьсоздаваемых компанией подвенечных нарядов по-прежнему обеспечиваетБарби-невесте огромное внимание и огромные прибыли. Естественныйтренд создания свадебных нарядов для таких кукол настолькораспространен, что почти любое подражание Барби — все этиДианы, Сьюзи и Ненси — обязательно имеет в своих коллекцияххотя бы один соответствующий наряд. Более того, идея о том, чтомаленькие девочки любят играть в свадьбы, периодически порождаетсовсем уж невероятные товары. Так, несколько дней назад я наткнуласьв магазине игрушек на огромную коробку тайваньского производства.Коробка (кстати, розовая!) представляла собой игровой набор "Свадьбалошадок" ("The horsy wedding")! Стоя на ватных отужаса ногах, я разглядывала двух небольших, длиной 7–8 смпластмассовых белых лошадок, на одну из которых была нацеплена фата ичто-то вроде белой кружевной юбки, а на другую — цилиндр иподобие фрака. Лошадки при этом совершенно не были антропоморфными,стояли, как положено, на четырех ногах и имели длинные синтетическиехвосты. Среди прочих атрибутов в наборе был огромный пластмассовыйсвадебный торт кольца, которые можно одевать лошадкам на ноги,гирлянды, приглашения для гостей и букеты цветов, в частности букетневесты…

Слава Богу,матримониальная обсессия Барби еще не дошла до того, чтобы женитьсвоих бесконечных собачек и лошадок, и все же, как намекнула спикеркомпании, комментируя разрыв между Барби и Кеном, именно тема свадьбыи стала основным камнем преткновения в отношениях звездной пары.Журналистам было заявлено, что Барби "слишком навязчиво хотелазамуж", а Кен "не был готов связать себя брачными узами"— и это после 43 лет тесных отношений! Другая часть легенды оразрыве гласила, что Барби и Кен "немного устали друг от друга"и "хотят провести некоторое время (это важный момент, заметимего!) по отдельности". О том, кто стал инициатором разрыва,компания умалчивает. Спикер компании объяснила, что постояннаяпопытка Барби облачиться в подвенечные наряды "напрягает Кена"и "действует ему на нервы". "Он совершенно несобирался на ней жениться, и когда она наряжается в эти платья, онапытается выдать желаемое за действительное", —подчеркнула спикер. На самом сайте компании сообщение о разрыве Барбии Кена сопровождается рисунком — мордочки двух кукол в разбитомсердце. Бьются или не бьются пластиковые сердца — еще вопрос.Здравомыслящие люди, естественно, ищут более прагматичную причинутакому решению компании, тем более что компания уходит от ответа,избегая любых логичных и зрелых комментариев экономического илифинансового порядка и отделываясь от журналистов сентиментальнымифразами из кукольной легенды. Главная версия наблюдателей проста: Кенпродается во много раз хуже Барби, честно говоря, слабо продается. Неисключено, что создатели Барби элементарно хотят избавиться отнерентабельного довеска к своей звездной кукле. Впрочем, самакомпания такую версию отрицает: "Кен будет искать новые дороги",и "Барби и Кен навсегда останутся друзьями". Компанияутверждает, что прекращать продажи Кена или снимать его с конвейераона никоим образом не собирается. Между тем совершенно понятно, чтоновой вариации экс-бойфренда Барби мы, скорее всего, в ближайшие годыне дождемся, если дождемся вообще.

Другая версия о подлинныхпричинах разрыва Барби и Кена гласит, что компания проделала такойтрюк с целью, чтобы придать своей кукле новый статус на рынке,становящемся все более и более конкурентным. В частности, попыткаосвободить Барби от всем надоевшей романтической связи и в будущем,возможно, попытаться сделать ее личную жизнь более динамичной, далабы компании шанс вернуть себе рынок девочек-подростков старше 7 лет.Считается, что в этом возрасте интерес к игре в куклы ослабевает, и вданный момент целый ряд компаний-производителей игрушек пытаетсясоздать продукт, который соответствовал бы запросам этой болеевзрослой аудитории. В частности, главным конкурентом Барби впоследнее время стали считать компанию MGA, о которой я еще будуговорить позже. В общих чертах: MGA создала серию кукол под названием«Bratz», изображающих девочек-модниц подростковоговозраста. Эти куклы совершенно другого рисунка, нежели рафинированнаяБарби, — они урбанистичны и имеют утрированную внешностьперсонажей модных комиксов. В отличие от Барби, вторая пытается бытьролевой моделью, куклы «Bredds» в общем и целом пытаютсябыть лучшими подружками. Они не заняты карьерой, они просто учатся вшколе, ходят за покупками, интересуются мальчиками, посещаютвечеринки, меняют наряды. По большому счету, они представляют собойне ту женщину, которой ты хочешь быть в будущем, а ту девочку,которой ты хотела бы быть сейчас. На удар со стороны «Bratz»производители Барби ответили выпуском серии кукол под названием "MyScene" ("Моя сцена"), в точности копируя концепцию«Bratz». Но и на фронте Барби компания, конечно,собирается бороться до конца, поэтому очень вероятно, что разводБарби и Кена был продиктован желанием придать жизненности слишкомидеальной кукле. Кроме того, было понятно, что такое смелое решениестанет идеальным информационным поводом: Барби получит новую волнуобщественного внимания. Этот расчет полностью оправдался: по темеразвода Барби и Кена не отписался только ленивый. Стратегическиправильно выбранная дата для оглашения развода тоже способствовалаинформационному буму: Барби и Кена развели 12 февраля —фактически в канун Дня святого Валентина, когда все медиа как раззаняты разработкой романтической тематики. В дни развода Барбипоявилась на первых страницах множества изданий и сильно выросла впоказателях поисковых машин. Кроме того, ситуация сильно поднялапродажи покинутого Кена: и коллекционеры, и простые любители кукол неслишком поверили в заверения, что бывший любовник Барби не исчезнет смагазинных полок, и бросились скупать "будущий раритет". Япровела несколько дней, наблюдая реакцию, вызываемую решениемкомпании у самых разных людей. Выяснилось, что те, кто не связан стематикой Барби напрямую, по большей части обходятся типичнымиразводными шутками: так, в одной статье говорилось, что "красныйферрари перестал удовлетворять Барби как женщину", в другойавтор писал: "Я надеюсь, что у Кена есть хороший адвокат,поскольку мы все знаем, кто зарабатывал деньги в этой семье". Побольшому счету, этот анекдот повторяет давно бытовавшую шутку проразведенную Барби: человек заходит в магазин и обнаруживает, что наполках стоит «Барби-Космонавт» за 10 долларов,«Барби-Врач» за 10 долларов, «Барби-Ветеринар»за 10 долларов и "Разведенная Барби" за 200 долларов.Удивленный покупатель спрашивает у продавца, чем вызвана такаяразница в ценах. Продавец поясняет, что разведенная Барби продаетсявместе с домом Кена, машиной Кена и вещами Кена, Те же, кто пыталсяанализировать ситуацию, а не шутить, часто жаловались, что создателиБарби подали детям исключительно плохой пример. По утверждению автораодной из таких статей, "дети и так видят слишком многоразводов", а теперь, когда разошлись Барби и Кен, "у нихперед глазами вообще нет позитивной модели отношений". Статьязаканчивалась словами: "Маттел! Пусть тебе будет стыдно за то,что ты думаешь о деньгах, а не о чувствах!"

На этом надрывном фоненаиболее интересными оказались реакции тех, кто вовлечен в мир Барбибольше всего, т. е. фанатов и коллекционеров. Тематическиефорумы кипели несколько дней. Всплывали высказывания типа: "Когдая услышала эту новость, я с трудом сдержалась, чтобы не позвонить наработу и не сказать, что я больна"; "Я сидела передтелевизором и не знала, что мне делать дальше". Между фанатами втяжелые дни развода Барби произошел тихий раскол: одни полностьюподдерживали решение «Маттел», вторые считали его едва лине преступным. Первая категория объясняла, что у Барби "серьезныйкризис средних лет" и что "если она приняла решениерасстаться с Кеном, то ей это было нужно". Многие считали, чтотак Кену и надо, поскольку он до сих пор не додумался жениться наженщине своей мечты. Одна девушка писала: "Я до сих пор не могуповерить, что такая блистательная женщина, как Барби, провела сорок слишним лет с эгоистичным метросексуалом", в то время как она"лично знает несколько солдат Джо, которые были бы счастливывстречаться с Барби". Среди тех, кто противился разводу, былифанаты, признававшиеся, что печальное известие довело их до слез."Маттел, как ты могла так поступить? Это была прекраснаялюбовь!", "Не могу поверить, что мы должны забытьсловосочетание "Барби и Кен"". Наиболее интересной мнепоказалась очень распространенная реакция самоутешения: огромноеколичество фанатов заверяли друг друга, что на самом деле компанияпроделала это специально: через год Барби и Кен мирно сойдутся снова,навсегда, а компания заработает бешеные деньги, продавая свадебныенаборы. В целом может оказаться, что эта версия не так уж наивна.Здесь следует вспомнить, что представитель компании объяснял, чтоБарби и Кен решили провести по отдельности "некоторое время".

Естественно, наиболееживотрепещущим вопросом стал вопрос о том, как личная жизнь обоихперсонажей будет развиваться дальше. Компания ничего не сообщалакасательно Кена, который теперь, конечно, станет в мире Барби фигуройвторого ряда, но зато намекнула, что у Барби есть кое-кто на уме. Сэтим «кое-кем» будет встречаться готовящаяся к выходуновая версия Барби — "Cali Barbie" ("КалифорнийскаяБарби"), в легком сексапильном наряде, с крупными серьгами иглубоким загаром. А «кое-кем» оказался персонаж по имениБлейн, существующий в мире Барби с 1999 года. Блейн появился вкачестве одного из двух мужских персонажей в новой линии друзейБарби, выпущенной компанией 4 года назад. В этой линии присутствоваласама Барби — снова школьница, но на этот раз не из Виллоуз,Висконсин, а из Нью-Йорка, а также ее подружки —представительницы разных рас, общим числом — пять. В то времяБлейн был нью-йоркцем. Он фактически представлял собой копию соднажды анонсированной, но так и не выпущенной куклы по имени Зак,обещавшей стать бойфрендом одной из сестер Барби, девушке по имениСкиппер. Вся линия "Generation girls" была создана вкачестве собравшейся вокруг Барби новой музыкальной группы, третьейпо счету. Блейн был помешан на музыке, в основном на хип-хопе, и навсе вопросы в своей анкете отвечал примерно в одном и том же духе:"Лучшее занятие — расслабляться под музыку, любимоевремяпрепровождение — слушать диски с друзьями". Однако в2001 году Блейн претерпел значительные изменения. Он потеряламериканское гражданство и приобрел австралийское, у него появилсялегкий акцент, а кроме того, он забросил музыку и предался серфингу.Поэтому с "Калифорнийской Барби" им, естественно,предписано встретиться на морском берегу. Забавно, что вопрос:"Волнует ли вас тот факт, что теперь Барби планирует встречатьсяс иностранцем?" был встречен на форумах, посвященных Барби,всеобщим возмущением, и не только из соображений политкорректности.Большинство фанатов заявляло, что компания не может и не будетпредписывать им, с кем встречать их любимой кукле. Кто-то говорил,что он всегда ставил в пару Барби тех мужских персонажей, которые емунравятся, и чихал на Кена, кто-то заявлял, что его Барби ни много, нимало — лесбиянка. Одна из участниц дискуссии сказала, что Барбиее подруги регулярно встречаются с 12-дюймовыми монстрами из StarTrack. Другая считала, что лучший партнер для Барби — еелюбимый плюшевый медведь.

Меня же саму, честноговоря, больше волновал не вопрос "Кто вы, мистер Блейн?",а вопрос о том, каким вообще станет поведение Барби в отношениях спротивоположным полом. Мы все настолько привыкли видеть Барбиабсолютно моногамной, что практически воспринимаем происшедшее какзамену верного Кена Блейном — постоянным спутником, которыйпребудет рядом с Барби в ближайшие 43 года. Поверить в то, что Барбисейчас предастся бурному промискуитету, довольно сложно. «Маттел»явно намерен до конца хранить образ Барби как непорочной девы. Ивсе-таки не исключено, что отношения Барби и Блейна не будут такимиже тесными и навязчиво-романтичными, какими были отношения Барби иКена. В то же время производителям куклы совершенно необходимамужская фигура, ассоциируемая с миром Барби, хотя бы для того, чтобыфигурировать в многочисленных коллекционных наборах, где мужскую иженскую роль до сих пор играли Барби и Кен. Например, Кен как ДжеймсБонд и Барби как Бонд-girl или Кен как Рикки Рикардо и Барби как ЛюсиРикардо. Неизвестно, как компания будет решать эту проблему, —делая Блейна таким же прихвостнем Барби, каким был Кен, или меняямужских персонажей в качестве ее партнеров, или вообще выработавпринципиально новую модель работы, например, модель, в котороймужского персонажа изображает не Кен в костюме, а кукольное подобиесамого персонажа. Скажем, не "Кен как Джеймс Бонд и Барби какBond Girl", а "Джеймс Бонд и Барби как Bond Girl"…Но так или иначе, убрав из жизни Барби постоянную тень Кена, компаниярасчистила своей кукле новую площадку для игр, более либеральную иболее реалистичную.

Никоим образом непредполагая, что Барби сейчас начнет сходиться и расходиться сразными мужскими персонажами, можно помечтать о том, что создателикуклы хотя бы расскажут своей 46-летней девочке о том, откуда берутсядети. Новая «освобожденная» Барби, конечно, вряд листанет сексуальным воспитанием девочек, но она могла бы по крайнеймере косвенно беседовать со своей целевой аудиторией об интимныхсторонах жизни, например, включиться в кампанию по защите подростковот СПИДа или поддержать тенденциозные начинания Белого домакасательно пропаганды, направленной на предупреждение раннихбеременностей. Впрочем, я и сама даю себе отчет в чрезмернойрадикальности таких фантазий. Скорее всего, компания прекраснопонимает, что большинство родителей не потерпит у своих шестилетнихдочерей куклу, готовую говорить о беременности или — не дай Бог— о том, как эта беременность возникает. Печально известныйпример беременной Мидж демонстрирует нам, что никакие разговоры оважности сексуального воспитания в самом раннем возрасте не относитсяк миру идеализированных символов — кукол. Таким образом, мыобнаруживаем очередной двойной посыл: вся прогрессивность Барби насамом деле является вуалью, под которой скрывается самыйосновательный, самый матерый консерватизм. И мало что так хорошоиллюстрирует этот печальный тезис, как отношения Барби с одной изглавных составляющих ее грустной и сладкой искусственной жизни —с модой.

Глава седьмая

ТОНЕНЬКАЯ ЮБОЧКА, ЛЕНТОЧКА В КОСЕ:БАРБИ И МОДА

Создавая свою куклу в1956 году, борясь за нее с коллегами по компании на протяжении двухлет и, наконец, выпуская Барби на рынок в 1959 году Рут Хендлер, какуже говорилось, играла, вопреки бытующему мнению, отнюдь не на пустомполе. Большинство кукол действительно представляло собой младенцев,предназначенных для игры в дочки-матери. Но параллельно с нимисуществовали взрослые куклы, чей формат вполне напоминал Барби.Скажем, существовала Сисси, созданная компанией "МаdameAlexander", на тот момент самая долговечная кукла-модница вмире, существовала мисс Ревлон с ее потрясающей узнаваемостьюблагодаря бренду косметической компании и тому, что ее нарядыназывались так же, как последние косметические коллекции «Revlon».Тщательно одетые, снабженные массой костюмов, эти куклы продолжалимноговековую традицию fashion dolls. Когда Хендлер представилаширокой публике свой вариант взрослой куклы, она совершенноестественным путем заявила Барби как fashion doll; более того, онаназвала Барби "юной манекенщицей", что долгое времяоправдывало ее обсессивное увлечение тряпками в глазах наиболеенастороженных родителей и критиков. По большому счету, рыночные шансыБарби были невелики, если бы не два важных обстоятельства. Первымбыло обстоятельство цены: Барби стоила всего три доллара, в то времякак за ее альтернативы просили от 14 до 60 долларов — оченьбольшие деньги по тем временам (в старых рекламах Барби — ещерассчитанных на родителей, а не на детей — присутствовал слоган"Mattel is Right On Money!"). Но второе обстоятельствооказалось гораздо важнее. Заключалось оно в том, что Хендлер лукавилас самого начала, говоря, что ее Барби — это еще одна fashiondoll. На самом деле она стремилась создать не крошечный манекен дляидеальных платьев, чей удел — стоять на каминной полке на видуу восхищенных гостей, а куклу, чья жизнь будет протекать в детской.До этого момента ни одна кукла-модница не была игрушкой в полномсмысле слова. Хендлер же хотела, чтобы девочки не просто глядели натворение ее рук и набирались представлений о хорошем вкусе илиучились правильно одеваться при любых жизненных обстоятельствах, какзаявляли рекламы других кукол. Нет, она хотела, чтобы обладательницыБарби вовсю возились со своей игрушкой, моделируя интересующие ихситуации из взрослой жизни, не боясь переодевать, причесывать ивообще теребить куклу в свое удовольствие. Еще одно уникальноекачество подхода Хендлер заключалось в том, что она стремиласьсоздать не просто fashion doll, а буквально чуть ли не первую в мире,fashion doll с уникальной личностью и чертами характера. Она хотела,чтобы у Барби была легенда, жизнь, карьера, особый набор личныхкачеств, делающих ее ролевой моделью не только в плане пониманиямоды, но и в плане приобретения правильного мировоззрения.Предназначенная подрастающим бэби-бумерам и использующая в своемназвании только-только зародившееся слово «тинэйджер»,Барби была готова к любым подвигам: личным, социальным и карьерным.Это устремление Хендлер не только не противоречило концепции fashiondoll, но и плотнейшим образом, как мне видится, смыкалось с ней. Делов том, что кукла является идеальным воплощением принципа "встречаютпо одежке". Сама по себе кукла — это просто грубовыполненный артефакт, очертаниями напоминающий человеческую фигуру.Глядя на безглазую болванку типа «палка-палка-огуречик»,мы никаким образом не можем приписать ей тот или иной род занятий,профессию, характер, индивидуальные черты. Все эти вещи создаютсяисключительно за счет аксессуаров, элементов, добавляемых к этойболванке, — от росписи лица до укладки волос, от одежды докрошечных копий тех предметов, которыми прототипы кукол пользуются всвоей профессиональной или личной жизни. Некоторым образом при такомраскладе получается, что упорно ненавидимый педагогами консюмеризмБарби и ее помешанность на гардеробе фактически продиктованы всеми ееположительными чертами: активностью, разнообразием интересов, умениемперевоплощаться.

Таким образом, понятиемоды, как исторически, так и концептуально, оказывается по сей деньодним из ведущих понятий в мире Барби. Конечно, иногда волей-неволейзакрадываются подозрения, что девочка на самом деле поехала натряпках, например, когда ты обнаруживаешь, что одна из выпущенных«Маттел» в линии продуктов Барби плюшевых собачек —не аксессуар самой куклы, а игрушка нормальной величины — одетав розовую юбочку. Другая проблема заключается в том, что в жизниБарби были очень долгие периоды, когда ее одежда быланизкокачественной и безвкусной. Например, так было в 1970-е, когдамир Барби, казалось, в целом катится к закату (я еще буду об этомговорить). Но, по большому счету, Барби до сих пор является одной изведущих и, безусловно, самой известной и самой разнообразноодевающейся модной куклой мира; зачастую ее вкусу и стилю можнотолько позавидовать.

На протяжении всех 46 летсуществования куклы ее создатели прилагают огромные усилия дляподдержания славы Барби как ультимативного модного символа. За этигоды кукла получила больше миллиарда костюмов и столько же партуфель. На сегодняшний день компания является четвертым по масштабупроизводителем женской одежды в США. Эта цифра касается производстваодежды только для самих кукол, не считая лицензированной одежды длядевочек. Некоторым образом Барби успевает играть одновременно на двухплощадках. С одной стороны, она модница в обычном смысле слова, т. е.девушка, тщательнейшим образом перенимающая мельчайшие модныетенденции. С другой же стороны, Барби часто позиционируется какзаконодательница мод: имея в личных кутюрье несколько выдающихсядизайнеров современности, Барби вполне способна диктовать тенденциисама. Однако на деле ничего такого, увы, не происходит. Ультрамодныенаряды Барби скорее легитимизируют те или иные модные тенденции,нежели диктуют их. Условно говоря, та или иная деталь или тот илииной стиль, отраженный в работах компании «Маттел», можетсчитаться состоявшимся и устоявшимся, некоторым образом мейнстримным,т. е. узнаваемым и безо всяких возражений воспринимаемым самойширокой публикой. Если в начале 60-х Барби в точности копироваланаряды Жаклин Кеннеди до тех пор, пока она не изменила родине, выйдязамуж за Анасиса, то в 1996 году она появилась в платье-трансформере,с ярко-голубыми ногтями, а сегодня щеголяет с голым пупком и сцветными приплетами в волосах. Для законодательницы мод Барбивсе-таки слишком сильно прислушивается к общественному мнению. Болеетого, существует целый ряд примеров, иллюстрирующих склонность Барбискорее быть, выражаясь профессиональным жаргоном маркетологов,последователем, чем тренд-сеттером, т. е. человеком, задающимтон. Самым ярким примером лично для меня оказалась обнаруженная моимидрузьями в пражском музее игрушек серия кукол Барби, в свое времядоведенная «Маттел» до состояния прототипа, но так и непущенная в продажу: "Авангардная мода восьмидесятых".Отправившись в Прагу, я провела минут сорок в состоянии полногооцепенения: эти прототипы были потрясающими, невероятными — исовершенно, как я прекрасно понимала, негодными к продаже. Они былиодеты в удивительно странные платья, состоящие из каких-то шаров,пружин, больших однотонных поверхностей, сложных геометрическихконструкций и объемных каркасов. Их волосы были пышно начесаны,вызывающе-яркий макияж будил ностальгические воспоминания об аэробикеи "Грязных танцах — 1", но эта высокая моданаходилась так далеко от традиционного роскошно-рафинированного мираБарби, что рынок бы, безусловно, восьмидесятническую серию не съел.Куда как проще из года в год наряжать Барби, сделанных по мотивам"высокой моды", в тафту и кружева, варьируя только основнуюцветовую гамму и линии силуэта.

Представители компании,отвечающие за гардероб Барби, тщательно отслеживают как повседневную,так и кутюрную моду, являются постоянными гостями наиболее престижныхмодных показов и привлекают к созданию именных кукол дизайнеров самойвысокой моды. Так, в 1992 году на одном из показов представителикомпании выцепили Кристиана де Лакруа и через небольшой периодвыпустили коллекционную «Барби-де-Лакруа». Но в то жевремя ведется наблюдение и за самыми повседневными проявлениями моды,в том числе за стихийно зарождающимися в подростковой среде мелкимимодными фишками, которые, являясь, по сути, отголосками высокой моды,могут на практике видоизменяться очень сильно. Стараясь угодить своейцелевой аудитории, создатели Барби следят за этими видоизменениями сдостойным уважения постоянством. Создание одежды для кукол векамиимело свою, совершенно особую специфику, и эта специфика естественнымобразом становится особенно важна, когда речь идет не о мешковатыходежках для крупных, грубо сложенных кукол, но об идеально сидящихкостюмах для миниатюрной Барби. Эта специфика заключается не только впроработке мелких деталей, но и в особом крое, никак не подходящемдля человеческой одежды, поскольку кукла имеет совершеннонеправильную анатомию, и в том, что использоваться могут далеко нелюбые материалы. Ткани, которые кажутся тонкими применительно к нашейодежде, для кукол оказываются очень грубыми, плохо ложатся итопорщатся крупными складками. Кроме того, требуются совершенноособые решения, связанные с тем, что девочки, безусловно, будутстремиться многократно переодевать куклу, но при этом не любятсправляться (а иногда и не могут справляться) со сложными застежками,пуговицами и молниями. Кроме того, надо учитывать, что с одеждой длякуклы будут, скорее всего, обращаться не очень бережно, частонатягивая ее впопыхах и как попало. При этом все материалы должныбыть гипоаллергенными и нетоксичными. Стремясь решить эти проблемы,компания с некоторого момента начала самостоятельно производить оченьзначительное количество материалов, красок, фурнитуры, мелкихдеталей, используемых при создании костюмов для Барби —роскошь, которую может позволить себе далеко не всякий модельный дом.Кроме того, научно-технический прогресс, всегда имевший огромноезначение для индустрии игрушек, в мире Барби играет совершенно особуюроль. Производители Барби всегда старались и умели использоватьновейшие материалы, появляющиеся на рынке. Если сразу после войныБарби вовсю носила моднейший супертехнологичный нейлон и егоразличные производные, а сама была сделана из ультрапрогрессивногопластика, то в последнее время компания все чаще и чаще стала нетолько использовать последние достижения, но и заказывать собственныеразработки. Сначала речь шла только о красках и тканях, однако в 1999году по требованию компании был разработан совершенно особыйматериал, из которого стали производить самих кукол. Компания хотела,чтобы этот материал был более приятным на ощупь, более восприимчивымк цветовым оттенкам, выглядел престижнее, чем обычный пластик, изкоторого делается подавляющее большинство тиражируемых кукол в мире,и весил бы больше, чем винил, — это сделало бы доставкукукол дороже, но зато играть с ними становилось удобнее. Но одной изглавных задач, поставленных перед разработчиками новой плоти длясамого популярного идола в мире, была нетоксичность нового материала.В 2000 году компания пережила довольно шумный скандал, связанный сисследованиями, по результатам которых старые, т. е. наиболееценные, а иногда и просто бесценные, куклы, сделанные из поливинилхлорида, оказывались токсичными. На их поверхности с годами возникалалипкая пленка (так называемая "пятнистая болезнь", хорошознакомая коллекционерам Барби), которая, по словам ученых, содержалавещества, сходные с эстрогеном, и могла при попадании в желудокмаленького ребенка привести к развитию ряда патологий, в том числе кдеформации мужских половых органов. Откровенно говоря, результатыисследования имели в высшей степени теоретическую пользу: "пятнистаяболезнь" распространялась только на Барби, сделанных в самомначале шестидесятых годов; большинство из них давным-давно выброшенона помойку, а сохранившиеся ценятся на вес золота, и шансы, что ихстанет облизывать маленький ребенок, стремились к нулю. Нопрактическим результатом исследования стала сформулированнаяпроизводителями Барби задача по созданию нового материала, который непросто был бы нетоксичным в момент выхода куклы на рынок, но иоставался бы нетоксичным в течение лет.

В результатеразработчиками была создана субстанция под названием silkstone. Этотопределенный тип резины оказался приятно весомым, как фарфор, гибкими узнаваемым на ощупь, как используемый до него винил, мягким ибархатистым, как девичья кожа, и в то же время очень пластичным и всилу этого позволяющим обеспечить куклам тонкие черты лица. Надежныйи нетоксичный силкстон был использован впервые для создания одной изсамых престижных на сегодняшний день коллекционных серий Барби —официально она называется «Барби-Манекенщица» или«Барби-Модель», но обычно она именуется именно SilkstoneБарби.

Работа дизайнера тожеотличается своей спецификой. Среди прочего, например, дизайнерыодежды для кукол иногда отказываются от привычки делать эскизы,поскольку эскизы не передают того, как на миниатюрной кукле будутложиться ткани, и хорошо ли та или иная вариация будет смотреться наее непропорциональном теле. В силу этих обстоятельств дизайн одеждыдля кукол очень часто делается не с помощью эскизов, а с помощьюдрапировок на самой модели. Таким образом, дизайнеры, которыепривлекаются компанией, работают в совершенно уникальных условиях: содной стороны, они создают игрушечную моду, с другой стороны, малокакие коллекции получают известность, сравнимую с каждой новоймоделью Барби. Этим дизайнерам доступны уникальные возможности вплане аксессуаров и материалов, но в то же время они работают,условно говоря, с нечеловеческим телом, и их творения оказываютсякрайне грубыми по сравнению с моделями, рассчитанными на живых людей.И все-таки дизайнеры, работающие в компании, обычно считают себя недизайнерами кукол, а дизайнерами моды. Собственно, и сама компаниястарается привлекать к созданию коллекций для Барби не специалистовиз области создания игрушек, а известных и уважаемых модельеров.

Мода в мире Барби, как имода в мире настоящей моды, расслаивается на два уровня. В большоммире эти расслоения называются prкt-a-porter и haute couture. Первоевыражение означает дизайнерскую одежду на каждый день, второе —парадную моду, или моду как искусство, В гардеробе Барби понятиюprкt-a-porter соответствуют практически все вариации куклы,относящиеся к так называемой "игровой линии", т. е.куклы, продающиеся большими тиражами и предназначенные не дляколлекционирования, а для детских игр. Их еще называют "Pink-boxBarbies" — "Барби из розовых коробок". Концепцияже haute couture относится практически ко всем коллекционным сериям.Здесь наиболее именитые дизайнеры дают себе волю, создавая уникальныенаряды, часть из которых едва ли можно воплотить в реальной моде всилу их комплексности и крайнего неудобства в носке. Что же до«пинкбоксов», то для их создания компания привлекаетдизайнеров, способных творить много и разнообразно, переключаться содного стиля на другой и постоянно следить за модными трендами.Первым дизайнером Барби — женщиной, на чье имя до сих пормолятся коллекционеры, — была Шарлотт Джонсон. Эту вполнеизвестную в свое время кутюрье Рут Хендлер привлекла для создания ещесамой первой коллекции нарядов Барби — знаменитого черно-белогополосатого купальника, в котором Барби фигурировала в день своегодебюта, ее первого подвенечного платья, теннисного костюмчика и ещеодного набора одежды, "в котором можно было бы, скажем, сходитьна футбольный матч", как это формулировала сама Хендлер. Впоследствии Джонсон возглавила подразделение, занимающееся созданиемодежды для Барби, и оставалась во главе этого подразделения напротяжении 20 лет.

Самые первые модели Барбиносили костюмы очень высокого качества, наследуя существовавшие тогдатрадиции fashion dolls. В этих костюмах были прекрасно проработаныдетали, верхняя одежда делалась на шелковой подкладке; у Барби былотщательно продуманное белье, проработка и отшив моделей велисьисключительно аккуратно. Ранний период Барби-моды до сих порвоспринимается специалистами и коллекционерами как некий стандарткачества. Сегодня производителям куклы становится все труднее итруднее соответствовать этому стандарту — хотя бы из-зарастущих объемов производства: в первый год существования Барби былипроданы всего 35 тысяч экземпляров (по сегодняшним временам —мизерная и смешная цифра, тогда — запоминающийся рекорд), имногое в ее одежде делалось вручную. Сегодня позволить себе такуюроскошь компания может только с некоторыми коллекционными серями, чейтираж и не превышает 35 тысяч. Именно модели, сегодня так ценящиесяза высокое качество, по большей части и создавала Шарлотт Джонсон иее подчиненные. Надо отметить, что в плане работы с дизайнерамикомпания заслуживает большого уважения: многие из тех, кто приходит вкомпанию создавать одежду для Барби, остаются надолго. Например, однаиз наиболее известных дизайнеров одежды для «пинкбоксов»,Кэрол Спенсер, была привлечена в команду Джонсон в начале 60-х годови прослужила в компании целых 30 лет. Спенсер утверждает, что за этигоды она издала одежду для трехсот кукол и еще пять тысяч отдельныхкомплектов. Именно ее заслугой является исключительная узнаваемостьстиля Барби, но в то же время именно она повинна в том, что стильБарби так часто ассоциируется с китчем. Спенсер называли "королевойблесток": она обожала добавлять блестки, блеск и люрекс во все,что только можно, и постепенно создала тот самый слепящий глаза,сверкающий розовый стиль, который сегодня часто презрительно называют"стилем Барби". Спенсер также создала для Барби несколькопуделей, будучи большой любительницей этой породы, самого первоготявкающего друга Барби по имени Принц Спенсер слепила по образу иподобию собственной собаки. Впрочем, Спенсер делала не только куколигровой линии. Из ее рук вышли несколько коллекционных вариацийБарби, например "Барби-Коренная американка"("Барби-Индианка"). Ее костюм Кэрол Спенсер скопировала внатуральную величину и пошила для себя самой, чтобы щеголять в нем наодном из фанатских съездов. С другой куклы, созданной Спенсер,начиналась коллекционная серия "Дизайнеры Барби", в нейколлекционерам представляют тех, кто стоит за созданием повседневныхнарядов для куклы.

Совсем другой подходиспользуется компанией применительно к дизайну коллекционных серийБарби. Эти коллекционные серии появились только в середине 80-х,когда выяснилось, что первое поколение любителей Барби всерьезстрадает от ностальгии по маленькой подруге своего детства (мнерассказали историю о молодом мужчине, примерно год назад искавшемидеальный подарок на пятидесятилетие своей маме; в конце концов оностановил свой выбор на Барби. Мама плакала от радости, и с тех порони вместе коллекционируют Барби и вместе играют с ними). Именнотогда компания начала создавать эксклюзивных кукол, производя ихограниченным тиражом и продавая по довольно высокой цене. Кдизайнерам, работающим с коллекционными Барби, требования былисовершенно иные: они должны были не так следовать моде, как создаватьэксклюзивные фантазийные композиции, объединенные общей темой илиидеей. Одновременно дизайнеры коллекционных Барби должны былипридерживаться пусть условного, но все-таки хорошо узнаваемого стилякуклы. Знаменитые Барби-серии — «Ангелы», «Феи»,"Времена года", "Знаки зодиака", «Праздники»и многие другие — представляют собой уникальные дизайнерскиерешения. Одним из наиболее знаменитых дизайнеров таких волшебныхБарби стал кутюрье по имени Боб Мэки. Этот очень известный дизайнереще до начала сотрудничества с производителями Барби успел получитьпять наград «Emmy» и три «Оскара» в номинации"Лучшие костюмы". Он одевал для кино, бродвейскихпостановок и телепередач таких выдающихся звезд, как Шер, Брук Шилдс,Диана Росс и Кэрол Бернт. Его называли "султаном блесток"(омаж Кэрол Спенсер!) и "Раджой искусственных бриллиантов"— его переливающийся, искрящийся стиль как нельзя лучше ложилсяна общий стиль Барби. Мэки начал свое триумфальное шествие в рядахкомпании с созданной им в 1990 году "Золотой Барби" —красавицы со сверкающими волосами, одетой в роскошное парчовое платьес белой меховой отделкой. Еще три куклы такого же уровня — икомпания согласилась создать для Барби работы Боба Мэки особую формуголову, так называемую "голову Мэки". У нее утонченныечерты лица, закрытый рот с полными губами и яркий макияж. Первойкуклой, выпущенной с новым лицом, стала "Дочь Нептуна" —одна из самых дорогих Барби работы Мэки. Его невероятные креатурыстоят дорого даже по коллекционным меркам, их цена варьируется от 170до 750 долларов, но любители Барби раскупают их мигом и ценят оченьвысоко именно за способность Мэки создавать уникальные в своейгармоничности ансамбли, при этом смело выбиваясь за привычные рамкилиний и силуэтов. Усилия, затраченные на создания платьев из этих имногих других особых коллекций, можно приравнять к усилиям,затрачиваемым на создание эксклюзивной модной коллекции в большоммире.

В отличие от куколигровой линии, коллекционные Барби удовлетворяют особую аудиторию сособыми запросами: взрослые коллекционеры по большей части стремятсяне играть с куклой, а выставлять ее напоказ и переодевать из наряда внаряд, т. е. поступать с ней так, как испокон веков поступали сfashion dolls. He так давно коллекционеры сумели сформировать новый ивесьма конкретный запрос к компании: они сообщили, что хотят получитьв свое распоряжение не Барби-патриотку, Барби-космонавта илиБарби-экзотическую принцессу, а Барби в нижнем белье, и хорошо бы кней прилагалась целая куча высококачественных одежек. Компаниядовольно долгое время не могла удовлетворить это требование,осторожно пытаясь найти формат для такой коллекции. По-видимому,просто взять одну из кукол и начать отшивать ей модные одежкисправедливо казалось компании слишком скучным решением послефеерических принцесс или импрессионистских фантазий. Было сделанонесколько осторожных попыток нащупать почву. Но серия "Высокаямода XX столетия", включавшая в себя 10 кукол, каждая из которыхбыла одета в усредненном стиле той или иной декады прошлого века, неслишком соответствовала поставленному запросу, хотя и получила оченьтеплый прием у коллекционеров и сделала хорошие сборы. К сожалению,она не подразумевала сменных нарядов для кукол. Они продавались какdressed dolls, т. е. опять же как готовое решение. Неподразумевала сменных нарядов и коллекция "Fashion Savvy",состоявшая из темнокожих Барби и отражавшая модные тренды зажиточныхафроамериканок. Пожалуй, наибольшим приближением к мечтеколлекционеров о модели со сменным гардеробом оказалась коллекция"Barby Millisent Roberts", в которой Барби былапредставлена как деловая женщина. Для этой модели в продажесуществовали сменные костюмы. Но все они, во-первых, были более илименее выдержаны в одном и том же стиле, а во-вторых, коллекцияникаким образом не была эксклюзивной: она продавалась большим тиражоми соответственно качество предлагаемой одежды оставляло, по мнениюколлекционеров, желать лучшего.

Мечта собирателей Барбиначала исполняться только в 1999 году, когда производители Барби,наконец, представили миру уже упоминавшуюся коллекцию Silkstone.Качество этой коллекции было обеспечено не только уникальнымисвойствами нового материала, из которого изготавливалась сама кукла,но и успешно найденным форматом серии. К современному телу Барби былаприставлена голова, слепленная по образцу самых первых моделей куклы,тех самых, с утрированными и несколько гротескными чертами лица.Старая лепка головы была украшена новым макияжем, разным для каждойкуклы в коллекции. Это немедленно придало всей серии налет винтажнойэлитарности, приведшей в восторг коллекционеров. В качестве создателякостюмов для Silkstone Barbie компания привлекла к сотрудничествуизвестного и уважаемого дизайнера по имени Роберт Бэст.Коллекционеры, конечно, нашли, к чему придраться и в серии Silkstone:одни высказывают претензии по поводу все-таки слишком старомодноголица Барби, другие говорят о том, что эксклюзивные комплекты одеждыдля этой серии выпускаются слишком большими тиражами, третьи жалуютсяна чрезмерную сложность причесок, не позволяющих играть с волосамиSilkstone Barbies. Но все-таки большинство собирателей куклы,увлеченных именно темой моды, считают коллекцию более чем удачной.Кстати, в работе у того же Роберта Бэста сейчас находится очереднаяколлекция, напрямую связанная с темой моды в мире Барби. Этоколлекция "Model of the Moment" ("Модель сегодня").Для кукол этой линии компания создала особые тела: как и настоящиемодели, они будут худее, чем обычные куклы. Их тела в целом будутиметь иные черты — например, у этих Барби будут видны ключицы.Компания заранее предупреждает, что одежда сшитая для кукол серии"Модель сегодня", не будет налезать на всех остальныхБарби. Сейчас март, выпуск коллекции назначен на сентябрь, но можно сочень большой уверенностью предсказать, что появление этих новыхБарби на рынке вызовет крупный скандал, — маттеловскуюкрасотку уже и так годами обвиняют в попытках настроить девочек нанедостижимый идеал красоты. Противники Барби утверждают, что ееневероятные пропорции приводят к искаженному восприятию девочкамисобственного тела, а следовательно, к психологическим проблемам,анорексии и другим заболеваниям, связанным с нарушением питания. Вэтих условиях создавать еще более худых кукол — ходрискованный, но, безусловно, способный привлечь внимание прессы. Техже, на кого рассчитаны эти новые куклы, т. е. взрослыхколлекционеров, перечисленные реальные и вымышленные ужасы никогда неинтересовали. Коллекционеры как раз часто подчеркивают, что ценятБарби именно за ее недостижимую идеальность и за отсутствие всякогореализма.

Телами из серии "Modelof the Moment" будут, по утверждению производителей, обладать иследующие две Барби от великих кутюрье — "Версаче Барби"и "Версус Барби". Именно куклы такого рода стоят на самойверхней ступени модного пантеона Барби: не образцы из коллекционныхсерий, пусть даже созданных вполне известными дизайнерами, аединоразовые творения, вышедшие из рук создателя самой высокой моды.Впервые к топовому кутюрье «Маттел» обратилась в 1985году — именно тогда на "Международной выставке Барби"были представлены куклы в костюмах от Ив Сен-Лорана, Готье, Кардена иДиора. С тех пор и пошла традиция производства эксклюзивных Барби внарядах от ведущих кутюрье мира. К гардеробу куклы успели приложитьруку Армани, Делакруа, Живанши, Эскада и многие другие представителисамой высокой моды. Совсем недавно, к радости коллекционеров, впродаже появилась Барби в подвенечном наряде от Мишка. Некоторыезвездные друзья Барби, например Диор, Байрон Ларс и Лиола Вонг,отметились даже по два или три раза. А в последние три года компаниясумела привлечь на свою сторону не только создателей эксклюзивнойодежды, но и создателей драгоценностей, в частности, знаменитаяювелирная марка «Fred» создала несколько коллекций избриллиантов и белого золота под названием "Потому что вода —это жизнь". Особое ожерелье для Барби разработал японский"король жемчуга" Микимото, а недавно Барби получилаансамбль драгоценных украшений от Tiffany (часть этих украшенийвместе с куклами была продана в декабре 2003 года на аукционе, вседоходы от которого пошли на детские программы Красного Креста).Существует несколько причин, по которым самые знаменитые модные домане только охотно соглашаются на предложение компании создать именнуюБарби, но и вкладывают в ее разработку довольно большие суммы. Делоздесь, видимо, не в отчислениях с продаж, а, скорее, в том, что такаяБарби становится идеальным новостным поводом не только в мире моды,но и в прессе, рассчитанной на широкую аудиторию. Производители Барбиобъединяют свои маркетинговые усилия с хозяевами той или иной модноймарки, и в результате новая куколка получает больше внимания, чемлюбая новая модная коллекция. Кроме того, «именная» Барбиявляется ультимативной заявкой авторского стиля, его «концентратом».Она как бы увековечивает индивидуальный вкус и стиль ее создателя.Кукла от Версаче: иметь такую Барби считается престижным и модным вкругах создателей haute couture. Коллекционеры же, в свою очередь,готовы приобретать эти уникальные дизайнерские творения, выходящиекрайне ограниченным тиражом, фактически за любые деньги.

Но Барби не толькопользуется услугами модных кутюрье, — она и сама все чащеприобретает профессии, связанные с модой, Существует«Барби-Дизайнер-моды»,"Барби-Редактор-модного-раздела-в-журнале","Кен-Инсайдер-мира-моды", Компания выпускает диск спрограммным обеспечением под названием "Барби-Модный-дизайнер":софт на диске позволяет девочкам создавать аксессуары и наряды какдля Барби, так и для себя самих. Словом, Барби часто фигурирует вреальном мире не только как модель, но и как учитель моды и стиля. Вобщем сбывается обещание, которое Рут Хендлер давала встревоженнымродителям: Барби действительно в какой-то мере учит маленькую девочкухорошему вкусу и основным представлениям о моде. Она дает девочкепредставление о таких понятиях, как «коллекция» и, чтоеще важнее, «ансамбль», на интуитивном уровне разъясняетей важность аксессуаров и принципиальность правильных стилистическихи цветовых сочетаний. Она демонстрирует девочкам базовые навыки уходаза собственной внешностью, например за руками и волосами. К огромномуколичеству вариаций Барби прилагается легкая декоративная косметикадля самих девочек, аксессуары для волос, лак для ногтей. ФактическиБарби демонстрирует своим маленьким подружкам разнообразие модныхприемов — от окраски волос и мелирования (и то, и то можнопроделывать с целым рядом вариаций Барби) до накладывания макияжа,создания индивидуальных причесок, комбинирования уже имеющейся враспоряжении одежды так, чтобы получился новый модный ансамбль. Этоудается Барби лучше, чем любой модной кукле до нее, благодаря тому,что именно производители нашей девочки начали проводитьнепосредственную параллель между игрой в Барби и уходом за собой.Компания стала создавать наборы, позволяющие девочкам проделывать ссобой все те же косметические процедуры, которые они проделывали сБарби. Например, можно было красить ногти сначала ей, а потом себе;вплетать себе цветные пряди ее волос; меняться с ней маленькимисережками; носить ее браслеты в качестве своих колечек. Существовалопианино Барби, на самом деле являющееся шкатулкой, и Барби вкомплекте с десятью овальными пластиночками, которые можно былокрепить к ее платью как украшение, а можно — клеить себе вкачестве искусственных ногтей. С рыночной точки зрения ход былбеспроигрышным: в глазах девочки прилагающиеся к кукле маленькиеподарки не только являлись дополнительным стимулом для совершенияпокупки, но и служили укреплению связи между девочкой и ее куклой иусилению механизма самоидентификации с Барби.

Переодевание кукол всегдабыло и остается одним из самых важных элементов девичьей игры. Назаре 60-х, когда Барби только начала выходить в свет, этикет требовалсоблюдения дресс-кода в массе ситуаций. «Барби-идет-пить-чай»не могла носить то же, что "Барби-идет-на-загородный-пикник",которая, в свою очередь, не могла носить то, что носила"Барби-отправляющаяся-на-барбекю" или"Барби-на-вечеринке-с-друзьями". Было логично предположить,что для разыгрывания при помощи кукол той или иной ситуации девочкибудут одевать свою модницу в подходящий к случаю костюм. Сейчас связьмежду деятельностью и одеждой откровенно распадается. Названия,которые компания дает тем или иным ансамблям одежды для Барби,становятся все более и более условными:"Барби-Танцевальная-вечеринка" и"Барби-на-дне-рождения-у-друзей" уже не имеют между собойникакой концептуальной разницы. И все-таки девочки переодевают ибудут переодевать своих кукол не потому, что этого требует этикетвзрослого мира, а потому, что куклы представляют собой болванку,tabula rasa, и именно одежда создает для нее identity. Там, гдевзрослые коллекционеры больше всего ценят тщательно продуманнуюконцепцию, дети прежде всего ценят возможность приписать кукле любуюинтересующую их роль. Как бы компания не называла тот или иной набортряпочек и маленьких финтифлюшек для Барби, играющая ими девочка, какя не однажды наблюдала, сама задает соответствие между нарядом длякуклы и условиями игры. Я видела Барби в белом халате, котораяназывалась "Барби-превратилась-в-привидение", и маленькуюподдельную замарашку в дорогом костюме «Барби-Капучино» —мне объяснили, что эта Барби едет в деревню к бабушке.

Да и сама Барби вполнеможет играть роль модного аксессуара: мама одной семилетней девочкирассказала мне, что ее дочь и ее подружки наряжают своих Барби ипривешивают за шею к школьной сумке. Демонстрировать таким образомрасфуфыренную маленькую красавицу оказывается престижно и модно.Особенно когда у твоего любимого аксессуара достаточно, в своюочередь, престижных и модных аксессуаров.

Глава восьмая

КОРОБОЧКА ДЛЯ КУКОЛЬНЫХ ПЕРЧАТОК:АКСЕССУАРЫ БАРБИ

Как бы не были высокинаши помыслы и устремления, мы все-таки живем в вещном мире.Собственно, мы существуем только в нем: окружающая нас реальность припристальном взгляде на нее распадается на отдельные предметы.Просыпаясь от сна или приходя в себя после обморока, мы опознаемпространство, в котором находимся, по предметам, заполняющим его.Причем характеристику пространства и ситуации, конечно, составляют неотдельные предметы, а их сочетания в окружающем нас мире. Приходящийв себя больной за несколько секунд опознает окружающую егодействительность как больницу. Этому способствуют окружающие егопредметы, их тип, линии, расположение, цвета. Он может не знать, вкакой именно больнице находится, где стоит эта больница и как он сюдапопал, он может не понимать, сколько времени прошло с тех пор, как оноказался здесь, — но предназначение окружающегопространства становится понятным очень быстро. Точно так же быстрочеловек, проснувшийся после тяжелой пьянки, понимает, находится ли онв своей квартире, в гостях или, скажем, в вытрезвителе. Очнувшись отночного кошмара, мы за несколько секунд отличаем реальный мир от мираснов по окружающим нас объектам. Вещный мир является единственныммиром, который мы готовы называть «реальностью».Естественно, вещность мира особенно остро ощущается главнымипрагматиками человечества — детьми. Легкость ибезапелляционность, с которой ребенок вовлекает доселе незнакомые илималознакомые ему предметы в собственную практику, и свобода, скоторой он придает этим предметам новые роли, прекрасно демонстрируютнам нерушимую связь, существующую между любыми нашими действиями илипредметами вещного мира. Понаблюдайте за тем, как ребенок обставляетпроцесс игры, в ходе которой им прорабатывается та или иная жизненнаяситуация. Подобно гениальному художнику, при помощи несколькихштрихов создающему набросок портрета, ребенок при помощи аксессуаров,зачастую крайне приблизительно соответствующих тем, которые были быдействительно задействованы в реальной ситуации, моделируетузнаваемую сцену. Разлохмаченный моток шерстяных ниток становитсяпариком, кусок водопроводного шланга может играть роль стетоскопа,прозрачная пластиковая коробка превращается в космический шлем.Встретив ребенка с привязанным к груди чайным подносом и палкой отметлы в руках, можно не сомневаться, что перед нами рыцарь в латах ис копьем, если, конечно, это не джедай со световым мечом и вскафандре. Разнообразие предметов, задействованных в игре,обеспечивает ребенку не только разнообразие ситуаций, но иразнообразие практик. Считается, что в распоряжении современногоребенка из семьи среднего класса в любой момент находится от 80 до150 игрушек. Естественно, далеко не все из них задействуются в играхпостоянно. Родители часто жалуются на то, что чадо, после долгоговыпрашивания получившее заветную гоночную машину с радиоуправлением,тамагочи или Барби-балерину, через несколько дней способно полностьюпотерять интерес к новой игрушке, положив глаз на очередногофаворита. Это качество мы склонны ошибочно приписывать избалованностиребенка и его неумению сосредоточиваться на одном занятии. На самомже деле в основах такого поведения лежит, как мне видится,потребность ребенка в постоянном освоении новых практик.

Я поняла этоокончательно, когда принесла на день рождения годовалому сыну моейподруги очередную хитро устроенную погремушку. Желая порадоватьименинника, я заранее развернула игрушку. "На самом деле не надобыло ее разворачивать, — сказала моя подруга, —завернутая и развернутая игрушка — это две разных игрушки".Я поинтересовалась, почему это происходит, и подруга объяснила мне,что завернутая погремушка и развернутая погремушка позволяютпроделать с собой разные операции. Так, завернутой погремушкой можношуршать, гладкой оберточной фольгой можно ездить по столу, а ее бликипозволяют пускать солнечные зайчики по стенам, в то время какразвернутой погремушкой можно греметь, ее можно вешать на спинкустула и окунать в чашку с чаем. Пару лет спустя, ужезаинтересовавшись темой игр и игрушек, я вдруг поняла, что и длявзрослых детей каждая новая игрушка является областью для осваиванияновых практик, и особенно ярко это проявляется в мире кукол. Развиваяуже затронутую в предыдущей главе тему куклы как «персоны»,как лишенного личных качеств куска пластмассы, чья индивидуальностьсоздается только за счет натянутых на нее одежек и прибавленных к нейаксессуаров, я могу добавить, что в пластмассовом мире вещи служатдля проявления личности их обладателя еще сильнее, чем в миререальном. Тяжелый кейс из натуральной кожи, треугольная спортивнаясумка и крошечный красный ридикюль расскажут нам о своих хозяевах неменьше, чем говорит о Барби произведенная для нее в 60-х годахкровать с балдахином, расшитая бисером и стразами. Изучая вещи,принадлежащие той или иной кукле, мы строим те самые проекции,которые позволяют нам видеть в ней "персону".

Скажем, в первом "Домемечты" Барби были пластинки "Kingston Trio", низкийбуфет со встроенным проигрывателем и телевизором, трюмо с розовымпуфом и девятитомная энциклопедия. Этот набор предметов наряду смодной мебелью описывал вкус и социальное положение Барби лучше, чемэто бы сделал любой рекламный буклет. Создатели аксессуаров для Барбифактически занимаются настраиванием ассоциативных рядов. В каждомнаборе, приписывающем Барби тот или иной род занятий, должны бытьаксессуары, которые как можно четче наводят наблюдателя на мысль отой или иной конкретной ситуации, оставляя при этом как можно меньшепространства для варьирования. Здесь запускается тот же механизм,который действует при прохождении психологических тестов, когда нампредлагается описать ситуацию, изображенную на картинке. В качествеиллюстрации возьмем "Барби-Морское-путешествие" из серии"Barbara Millicent Roberts". На плече у Барби —дорожная сумка шотландской расцветки, еще одну похожую сумку ишляпную картонку она держит в руках. Кроме того, в руке у Барби синиймеждународный паспорт. Этот набор аксессуаров полностью задаетассоциацию «путешествие» в словосочетании "морскоепутешествие". Связь же этой Барби с морем разыгрываетсяследующим образом: костюм выдержан в сине-белых тонах, белые штаныдополняет темно-синий блейзер с золотыми пуговицами — несколькомилитаризированного покроя, что в совокупности вызывает однозначныеассоциации с парадной морской формой. Для укрепления связкииспользуется топ в сине-белую полоску, а чтобы не оставлять никакихсомнений, на шею Барби вешается маленький золотой якорь на толстойзолотой цепочке. На вопрос о том, чем занята эта Барби, можно датьответ, даже не читая надпись на коробке. Иногда аксессуары существуютдаже в излишке, они призваны не только однозначно очерчивать, но иусиливать ситуацию. Так, в комплекте «Барби-Хирург»присутствует медицинский диплом в рамке и тщательно надписанноеминиатюрное изображение человеческого скелета. Чем реалистичнееаксессуары, тем реалистичнее и актуальнее оказывается игра.«Барби-Педиатр» поступает в продажу в комплекте состетоскопом и завернутым в пеленки черным малышом; если приложитьстетоскоп к груди малыша, можно услышать, как бьется его сердце. Но,конечно, Барби не обвиняли бы в консюмеризме так рьяно, если бы весьнабор ее аксессуаров ограничивался приборами и инструментами, нужнымидля исполнения тех или иных профессиональных обязанностей. Критиковприводит в ярость не ноутбук деловой Барби, не полосато-розовыйамериканский флаг для Барби-астронавта, а роскошные розовые "домамечты" с действующими лифтами (в последних моделях — болеесорока предметов меблировки), водные мотоциклы и личный HarleyDavidson Барби, как минимум две собственных яхты, персональныйсамолет и явно избыточная роскошь кровати под розовым балдахином.

По большому счету,«Маттел» не случайно прибавляет к названиям этих объектовслово «мечта»: "яхта мечты", "кроватьмечты", "автомобиль мечты", с откровенным цинизмомдавая девочкам понять, что эти элементы будут существовать, в лучшемслучае, в мире их Барби, а в худшем случае, в силу немаленькойстоимости таких кyкoльныx аксессуаров, только в их собственныхмечтах. Следует полагать, что, кроме дочерей миллионеров, всеостальные девочки в большой мере компенсируют ограничения, налагаемыена их собственную жизнь уровнем достатка родителей, приобретаякитчевые, но оттого не менее симпатичные аксессуары для Барби. Оченьпоказательным примером такой подмены реального богатства кукольныммне видится история, присланная незнакомой девушкой в ответ на моеобращение в интернете с просьбой рассказывать мне истории о Барби.Моя корреспондентка описывала небогатую семью — шестилетняядевочка и 36-летняя мать-одиночка. Мать с дочерью жили вдвухкомнатной квартире, причем одна из комнат была предоставлена вполное распоряжение Барби. Там хранились сами куклы, гардеробы,аксессуары и полностью обставленный "Дом мечты". В началекаждого месяца дочь и мать планировали бюджет покупок для Барби: вэтом месяце мы приобретаем стиральную машину, в следующем —набор для верховой езды и лошадку, а к лету сможем позволить себезаменить Барби ванну. Мне видится, что вторая комната, собственно, ибыла превращена в "мир мечты". Маленькая семья былаоткровенно не способна позволить себе упражняться в верховой езде, ипаллиатив из мира Барби, безусловно, грел им душу. Но даже в техситуациях, когда с аксессуарами для Барби все обстоит проще, чем узнакомых моей корреспондентки, разнообразие вещей, производимыхкомпанией «Маттел» для своей золотой девочки, позволяетразыгрывать при помощи Барби те сцены, которые явно не происходят сбольшинством девочек в реальном мире. Например, Барби можно подаватьв постель завтрак на специальном чайном подносе — пустьчрезмерно вычурном, но зато заставленном элегантной посудой:миниатюрный чайничек, чашка, полный набор столовых приборов иблюдечко с голубой каемочкой. Собственный трехэтажный дом сдействующими лифтами и четырьмя ваннами для большинства девочекостанется мечтой до конца их дней, но зато для Барби там можноустраивать роскошные вечеринки с двадцатью гостями. Для того чтобыпоиграть в косметолога-консультанта, пришлось бы красть маминукосметику или пользоваться наслюнявленными цветными карандашами, но внаборе «Барби-Консультант» есть тюбики, пуховки, кисточкии даже комплект гипоаллергенных теней и румян. Можно годамивыпрашивать у родителей собаку, а можно за небольшие деньгиприобрести самых что ни на есть экзотических животных — правда,в миниатюрном варианте: у Барби 39 штук бессловесных питомцев, срединих — львенок, панда и зебра. Первая собачка Барби появилась всамом начале 60-х, была сшита из розового и синего фетра и напоминаламультяшную неуклюжую карикатуру. У сегодняшних питомцев Барбироскошные золотые гривы и собственные аксессуары. Этих собачек можномыть, расчесывать, завивать, выводить на прогулку на специальномошейнике, играть с ними при помощи крохотных собачьих игрушек и, еслиони хорошо проделывают свои трюки, бросать им миниатюрную розовуюкосточку. Особый шик и особую прелесть "миру мечты" придаетего реалистичность. С каждым годом «Маттел» создает всебольше так называемых "действующих аксессуаров": в "домахмечты" уже давно светятся лампочки, стиральные машины позволяютдействительно стирать вещи Барби в теплой мыльной воде, а потомсушить их в миниатюрной электрической сушилке; в настоящеммеханическом блендере можно перетирать фрукты, в специальной духовкеспециальная пластмассовaя пицца меняет цвет: «сырая», онаостается бледно-желтой, а в «готовой» пицце видна яркаязелень и кусочки помидоров. Одна из старых моделей ванны для Барбипозволяла нажать на особую ручку, и ванна взбивала мыльную пену.Крошечное электрическое пианино действительно способно издаватьзвуки, на доске, используемой Барби-учительницей, можно писатьнастоящими мелками, миниатюрный зонтик из шотландки может открыватьсяи закрываться, специальный сейф для хранения мехов и драгоценностей(у Барби есть и такой — что неудивительно, если учитывать, чтов распоряжении маленькой красавицы находится как минимум ожерелье отТиффани и жемчужный набор от Микимото) действительно требуетправильно набирать код замка.

Не так давно у Барбипоявился совершенно особый аксессуар — небольшой кулончик совстроенным инфракрасным портом, позволяющий кукле входить в интернет,и миникомпьютер, позволяющий проделывать все то же самое посредствомобычного модема. Тот же кулончик позволит Барби «общаться»с другими куклами, обмениваясь сообщениями, читать которые смогут ихмаленькие хозяйки. В интернете Барби, как предполагается, сможетскачивать рекламу новых кукол от «Маттел», новые фразы икоманды для говорящих и самообучающихся версий куклы и каталогипоступивших в продажу нарядов и аксессуаров. Пресса язвила: теперь,мол, Барби сможет сама заказывать себе одежду, но платить-тородителям все равно придется из своего кармана. Дело, как мневидится, не в том, что Барби станет "сама заказывать себеодежду" — она, скорее, будет информировать хозяйку овозможности сделать такой заказ, — но в том, что самакукла с этого момента становится рекламной площадкой для «Маттел»— ход поистине гениальный. Если раньше девочку заваливалирекламой Барби в магазинах игрушек, по телевизору, в детских журналахи в интернете, то теперь рекламу будет предлагать сама кукла, если,конечно, мы позволим ей такую роскошь.

В идеале можно считать,что многочисленные предметы, которые наполняют мир Барби, припозитивном рассмотрении выполняют роль художественных средств,помогая ребенку как можно точнее моделировать те или иные ситуации.Беда же заключается в том, что эти ситуации совершенно не моделируемыв реальной жизни девочек. Обвинения Барби в консюмеризме, на которыхя еще буду останавливаться подробно, кажутся мне не то чтобыбеспочвенными, а как бы не соответствующими своей серьезностью уровнюпроблемы. В конце концов я не вижу большой беды в том, чтобы человек,располагающий собственными средствами, — такой, какрабочая девушка Барби, — приобретал все, что емузаблагорассудится. Гораздо больше меня волнует только чтообозначенная проблема — проблема средств. Все дело в том, что вмире Барби абсолютно отсутствует тема денег. Беседы Барби и ее подруго ее новых приобретениях звучат так, как будто им есть чего стыдитьсяили как будто источник средств таков, что о нем все знают, ностараются не упоминать, как, скажем, если бы Барби была куртизанкой:"О, ты приобрела новую машину!", "Девочки, как вамнравятся мои новые сапоги?", "Bay, личный самолет! Куда жемы полетим?". Если про особо дорогие аксессуары «Маттел»время от времени еще напоминают девочкам, что они лежат в областимечты, то "денег мечты" в мире Барби нет. Точно так же вэтом мире не существует понятий «зарплата», «заем»или "кредитные карточки", хотя, казалось бы, женщина стаким солидным послужным списком не должна стыдиться своей кредитнойистории. И вот в этой точке, как мне видится, девочка получаетдействительно плохой урок: она имеет возможность наблюдатьбесконечную череду приобретений, при этом постоянно чувствуя, чтоокружающие что-то умалчивают относительно источника такого изобилия.Прекрасная почва для создания серьезного невроза.

Впрочем, в защитупрагматичных разработчиков Барби следует сказать, что они куда какменее беспечны, когда речь идет о реальных покупках и приобретениях,а не о "яхтах мечты". Например, тема денежных средствпрактически отсутствует в журналах, рассказывающих о жизни самойБарби, но косвенно присутствует в книгах советов, которые Барби даетдевочкам. Там, по крайней мере, можно найти выражения вроде:«недорогой» и "если получается, приобрети еще то-тои то-то". Правда, один пример того, что Барби все-таки способнадумать о деньгах, я нашла в четвертом номере журнала «Барби»(российское издание) за 2003 год: последний из фотокомиксов номераназывается "Большие расходы". Барби и ее подружкиотправляются на шоппинг и приобретают кучу еды, обувь, мебель,аксессуары для машины, подарок Кену, при этом все время приговаривая:"Я так много потратила!", "С завтрашнего дня начинаемэкономить!". Наконец, придя домой, Барби печально сообщает Кену:"Сегодня я потратила очень много денег и не знаю, сможем ли мывечером сходить в кафе…" (хорошо живется людям, которымне надо платить за квартиру и телефон!). И верный Кен отвечает:"Знаете что? Сегодня в кафе вас веду я!" "Ура!Спасибо!" — говорит Барби. На этом финансовыепроблемы заканчиваются. Напрашивается вывод: трать, сколько хочешь;если деньги кончатся, их даст тебе кто-нибудь другой. Не думаю, что«Маттел» имела в виду именно это, но перебить впечатлениетрудно.

Не исключено, чтосоздание в мире Барби нормальной экономической системы заставило бызамолчать целый ряд противников этой куклы: в конце концов Барби самазарабатывает себе на жизнь, почему не признаться, откуда деньги? Еслибы эта кукла давала девочкам хоть какое-то представление о том, чтовещи стоят денег и о распределении бюджетных трат, ее можно было быобвинять только в том, что ежегодно зарабатываемые этой куклоймиллионы идут на личные самолеты, а не на благотворительныеучреждения. Но, увы, "денег мечты" в мире Барби нет и покачто не предвидится.

Однако, как и положено отрождения богатой, но правильно воспитанной девушке, Барби, видимо,прекрасно понимает, что серьезный труд нужен не так для зарабатыванияденег, как для спасения души. Не исключено, что, будь у неенеобходимость добывать себе пропитание, Барби стремилась бы копределенной профессиональной стабильности и не металась бы от одногозанятия к другому; но девушка, у которой в качестве личноготранспорта не числится разве что небольшой, но прыткий истребитель,может позволить себе приобретать пять профессий в год в мучительнойпопытке разрешить сложные проблемы отнюдь не профессиональногохарактера.

Глава девятая

ДЕВУШКИ МОГУТ ВСЕ: ЗАНЯТИЯ ИПРОФЕССИИ БАРБИ

То, как Барби проводитвремя, невольно заставляет думать о серьезных психологическихпроблемах этой юной девушки, впрочем частично объясняющихсяотсутствием у нее добрых и любящих родителей. Барби испытываетмучительную потребность во внешней оценке и внешнем одобрении, чтопостоянно толкает ее на все новые и новые социальные и карьерныедостижения. Она фантастически, невыносимо экстравертна и явно неспособна хоть на пять минут остаться одна.

О времяпрепровожденииБарби мы узнаем из описания новых выходящих на рынок моделей,«Барби-книг» и посвященных этой кукле журналов.Удивительным образом бесконечная череда вечеринок, туристическихпоездок и походов в кафе с друзьями не помешала Барби освоить болеесеми десятков профессий за последние сорок шесть лет. Составитьполный список всех карьерных достижений Барби практически невозможно:довольно большое количество таких моделей было выпущено «Маттел»не для общего рынка, а для каких-нибудь крупных торговых марок илидля сетей универсальных магазинов. Например, существовала Барби —продавщица кока-колы, сделанная соответственно по заказу корпорации«Кока-Кола», и Барби — распространительницапродуктов компании Avon, сделанная по заказу Avon Cosmetics. ОсобаяБарби была произведена «Маттел» к юбилею сети игрушечныхмагазинов "Toys Are Us", специально разработанная маленькаяБарби продавалась в «Макдоналдсе» — словом,примеров хватает

Все «профессиональные»Барби принадлежат игровой линии Если я не ошибаюсь, карьерные Барбиникогда не выпускались в коллекционных сериях, кроме несколькихкуколок в серии «Silkstone», скажем,"Барби-Редактор-раздела-моды" и"Кен-Инсайдер-модной-индустрии". Помню, что мой собственныйвопрос о коллекционных Барби-"профессионалках" не вызвалэнтузиазма на форуме собирателей куклы. Я готова предположить, чтодело здесь не только в том и даже далеко не в том, что дляпрофессиональной Барби невозможно создать роскошный наряд, —в конце концов Боб Мэки наверняка прекрасно одел бы"Барби-Укротительницу-львов" или «Барби-Флориста».Просто профессиональная Барби, видимо, не очень интересует взрослыхколлекционеров, потому что им за глаза и за уши хватает собственнойпрофессиональной деятельности. Они, я полагаю, не видят особойрадости в том, чтобы тащить домой куклу-бизнесмена или куклу-врача.Но гораздо больше нам говорит тот факт, что в «профессиональных»Барби не слишком заинтересованы не только взрослые, но и дети.

Дети вообще редко играютв конкретные профессии, кроме знаменитой игры в доктора, которая, какизвестно, преследует цели, далекие от профориентации. Бывают,конечно, игры в спасателей, пожарников или милицию и воров, но издесь, как мы все понимаем, о развитии вкуса к будущей профессии речьне идет. Иногда дети играют в профессии, которыми занимаются ихродители, самым поверхностным образом имитируя известные им элементыэтих профессий с целью отыграть те или иные жизненные ситуации. Мнетрудно представить себе, что мои собственные племянники ни с того нис сего устроят серьезную и целенаправленную игру в палеонтологов илипрограммистов. Игра в ветеринара может иметь тяжелые последствия длякошки и вряд ли напрямую связана с желанием как следует понять основыэтой благородной профессии.

Девочки предаются«профессиональным» играм еще реже, чем мальчики. Я рискнупредположить, что большинство девочек предпочтет получить в подарок«Барби-Принцессу», «Барби-День-рождения»,«Барби-идет-на-пляж» или"Барби-катается-на-роликовых-коньках", а не«Барби-Дантиста» или «Барби-Бизнес-леди». Несомневаюсь, что компания «Маттел» прекрасно этопонимает, — и все-таки выпускать карьерных Барби ейприходится постоянно. Такое упорство вызвано отнюдь не запросомрынка, то есть не желанием маленьких девочек приобрести«Барби-Палеонтолога» или «Барби-Стюардессу»,а социальным давлением, постоянно оказываемым на «Маттел»со стороны прессы и родителей. Если бы Барби не занималась чем-нибудьтрудоемким и престижным для зарабатывания собственного хлеба,«Маттел» было бы гораздо труднее отражать атаки,связанные с консюмеризмом куклы и с ее навязчивой привычкой следоватьмоде; кроме того, было бы гораздо сложнее говорить о позитивномвлиянии Барби в деле воспитания молодого поколения. В целом рядеслучаев «Маттел» выдвигает эти вариации своей моднойкуколки вперед на манер щита. Одна умная, но скучно одетая Барбизащищает целую плеяду своих красивых, расфуфыренных и легкомысленныхсестер. Именно давление со стороны родителей, феминисток, педагогов ипрессы заставляет «Маттел» постоянно прилагать большиеусилия для того, чтобы взгляды Барби на работу и карьеру можно былосчитать передовыми и даже опережающими время. Любимый пример,приводимый компанией каждый раз, когда речь заходит о карьерныхдостижениях их куклы, — «Барби-Астронавт»производства 1965 года, "полетевшая в космос задолго до того,как первая женщина действительно ступила на борт космическогокорабля".

Однако других особо яркихпримеров такого рода у компании «Маттел» нет. Я с большимудовольствием потратила несколько дней, накладывая хронологиюкарьерного развития Барби на историю женского движения и вособенности на историю борьбы женщин за карьерное равноправие с 1959года — года выпуска Барби — и по сегодняшний день. Такоесравнение позволяет увидеть, что в плане карьеры Барби действуетфактически так же, как она действует в плане моды, т. е.оказывается не лидером-провозвестником новых тенденций, а ихлегитимизатором и в некоторой мере барометром происходящего. Можнобыть твердо уверенным, что если Барби начала развивать деятельностьна том или ином поприще, то поприще это уже некоторое время надежносуществует в качестве игровой площадки для женщин в реальном мире.Скажем, в 1956 году, т. е. в том году, когда Хендлер изобрелаБарби (ей, как мы помним, потребовалось три года, чтобы уговоритьсвоих партнеров начать выпускать куклу), журнал «Life»назвал "идеалом американской женщины" тридцатидвухлетнююмать четверых детей, естественно, нигде не работающую. Однако за тригода, прошедшие до выхода Барби на рынок, реальность сильноизменилась. Именно тогда, в конце 50-х, поднялась так называемая"вторая волна женского движения" (первую относят к 20—30-мгодам прошлого века). Новые борцы за права женщин требовали уже нетаких базовых вещей, как право голосования, посещения любыхобщественных заведений и осуществления финансовых операций, ноподлинного равенства женщин и мужчин в самых разных областяхдеятельности. Крах американской мечты 50-х привел к тому, что всебольше и больше женщин стали занимать рабочие места, до сих поротводившиеся в основном мужчинам. Для семьи все существеннеестановился заработок жены, превратившийся в полновесную составляющуюсемейного бюджета. К началу 60-х новые феминистки Америки смоглисоставить общее представление о ситуации с женским трудом в США.Ситуация была аховой: там, где мужчина получал за свою работу доллар,женщина получала за ту же работу 63 цента. В результате схлопываниявоенной индустрии женщины теряли места на фабриках и заводах, ачастный сектор, переставший испытывать недостаток мужских рук, всегдапредпочитал взять на вакантное место мужчину, а не женщину, —пусть мужчине и приходилось платить больше. В газетах объявленийсообщения о поиске работников были разделены на две категории:«Женщины» и «Мужчины». Только два процентапредставителей интеллектуальных профессий — врачей, адвокатов,судей, дантистов, инженеров, архитекторов — были женщинами.Подавляющее большинство престижных университетов не допускало женщинна значительную часть факультетов или имело жесткую квоту: иногда 1женщина на 50 абитуриентов.

Все эти факторыопределили направление нового витка борьбы за права женщин —это была борьба за равенство на рабочих местах. В 1959–1960годах тема "Женщины и карьера" была одной из самыхдебатируемых в прессе. Выходила масса статей «за» и«против» работающих женщин. Представительницы разныхпрофессий шумно спорили в популярных ток-шоу с мужчинами,отстаивающими семейные ценности. Именно тогда впервые проявиласьинтересная тенденция, определявшая развитие карьеры Барби в течениикак минимум трех десятилетий: ее профессиональные достижения всегдабыли связаны не так с конкретным положением дел на рынке женскоготруда и даже не так с какими-нибудь специфическими событиямипозитивного и негативного толка в этой области, как с шумихой,возникающей вокруг тех или иных аспектов темы. Скажем, в 1960 году«Маттел» выпустила Busy Girl Barbie. Считалось, что она"дизайнер моды", т. е., с одной стороны, женщина какбы работающая и как бы занимающаяся креативной профессией, но в то жевремя никоим образом не преступающая границы традиционных женскихзанятий (как известно, мужчины-кутюрье стали довольно позднимприобретением XX века). До этого момента Барби существовала в совсемнемногих вариациях: исходная Барби 1959 года была фотомоделью, у неебыл купальник, свадебное платье, костюм балерины и еще один наряд длясвободного времяпрепровождения. Однако Busy Girl сильно отличалась отпредыдущих вариаций: на ней был твидовый костюм, длинные перчатки истрогая шапочка. По большому счету девочки могли видеть в нейсобственных мам — благо работающих мам именно в конце 50-х —начале 60-х стало больше, чем когда-либо в истории. Никаких особыхаксессуаров у этой Барби не было. Если верить данным, опубликованнымНациональной организацией женщин Америки, в начале 60-х очень и оченьмногие женщины зарабатывали себе на жизнь тяжелым физическим трудом,они были механиками, электриками, водителями автобусов и дажешахтерами. Но рабочая девушка Барби, естественно, не намереваласьнадевать каску и рабочую куртку. Я не знаю, так ли одевались в тегоды дизайнеры моды, но твидовый костюм, маленькая шапочка и длинныеперчатки были фактически униформой девушек из хороших семей, желающихзаняться чем-нибудь полезным, пока им не попадется подходящийкандидат в мужья. Так могла выглядеть любая секретарша, машинистка,переписчица, в лучшем случае — учительница. Эта первая "деловаяБарби" фактически заложила основу всей будущей карьеры Барби. Идействительно, Барби всегда приобретала только профессиипредставительниц среднего класса, никогда не занималась физическимтрудом и не бралась за плохо оплачиваемые профессии. Рынок вполнеоправдывает такой подход: родители девочек из среднего класса видяттакие профессии в качестве основных, а родители девочек из болеебедных слоев населения видят в этих профессиях хорошие ориентиры.

Busy Girl Barbie сталапервой в череде бесконечных Барби — бизнес-леди, повторяющихсяиз года в год с разными аксессуарами и под разными названиями:Business Girl, Busy Woman, Business Executive, Working Girl, OfficeBarbie и т. д. Чем занимаются эти Барби, «Маттел» неуточняет, но так или иначе они демонстрируют некоторую четкуюпозицию: женщина может добиться высоких постов, а карьера — этоклассно и престижно.

Новые карьерные вариацииБарби, как уже было сказано, возникали тогда, когда общественностьначинала муссировать тему рабочего статуса женщины, и исчезали, кактолько эту тему можно было начать игнорировать. Здесь сказался одиниз главных маркетинговых талантов «Маттел» — талантиспользовать конъюнктуру, запрыгивать на волну обсуждаемой моднойтемы и соскакивать с нее, когда волна начинает идти на убыль.Профессиональная деятельность Барби развивалась ровно по тем жезаконам. В 1961 году Элеонора Рузвельт встала во главе Комиссии повопросам статуса женщин при правительстве Кеннеди. Этот факт наделалмного шума, и в том же году Барби получила профессии дипломированноймедсестры и стюардессы. В 1963 году комиссия Рузвельта после двух летисследований опубликовала доклад о дискриминации женщин на рабочихместах, породив целую волну дебатов о допустимых и недопустимыхпрофессиях для представительниц слабого пола. Публикуется Equal PayAct — речь идет о том, что мужчины и женщины, занимающие одни ите же должности, должны получать равные зарплаты. В том же году«Маттел» выпускает Business Woman Barbie (она женазывалась Career Girl Barbie). Через год к биллю о гражданскихправах добавляется Седьмой параграф — "противдискриминации при приеме на работу". Он включает в себя запретна дискриминацию по половому признаку, но ситуация остаетсядвойственной: ни билль, ни новую поправку невозможно ратифицироватьна местах, поскольку фактически отсутствует механизм контроля,заставляющий работодателя соблюдать навязанные ему правила. Женщины,борющиеся за равноправие на рабочих местах, становятся объектомпостоянных насмешек и карикатур в прессе. Таким образом, темасуществует, но однозначное отношение к ней не выработано. Врезультате в 1964 и 1965 годах Барби получает целый ряд новыхпрофессий, но все они носят очень осторожный и традиционный характер,а некоторые, по понятиям феминисток, заслуживают осуждения. Так, содной стороны, Барби оказывается космонавтом (что, скорее,объясняется бешеным интересом к теме космоса), с другой — Барбиоказывается чирлидером, мажореткой, редактором модного журнала,фотографом моды, учительницей географии и актрисой. В 1966 году онаполучает еще одну суперженскую профессию — стюардессы в«Пан-Американ». До 1972 года никаких особых крупныхсобытий в борьбе женщин за право на свободную карьеру не происходит,и — сюрприз! — «карьерные» Барбиисчезают. Но в 1972-м году все снова меняется: Конгресс утверждаетДевятый параграф Образовательного кодекса — параграф о равныхправах на образование. Кроме того, проводится запрет насегрегированные объявления о найме рабочей силы — теперь всеобъявления должны печататься без специфического указания напредназначение должности для женщин или для мужчин. Девятый параграфозначает, что учебные заведения должны отменить квоту на поступлениедля женщин и отменить запрет принимать женщин на те или иныефакультеты. Соответственно, огромное количество представительницОтныне-Сильного Пола подают заявки на изучение медицины илиюриспруденции. Опять бум в прессе, и «Маттел» выпускает«Барби-Хирурга», очередной раз продемонстрировав своепоразительное умение держать нос по ветру.

С 1973 по 1978 год, т. е.на протяжении пяти лет, Барби фактически не занимается своей карьерой— она отдает все свои силы спорту. Говоря конкретно, Барбистановится олимпийской чемпионкой: к олимпиаде 1975 года «Маттел»выпускает "Барби-Золотую-медалистку", «Барби-Лыжницу»,«Барби-Конькобежца» и «Барби-Пловчиху» —все они выходят в серии "Олимпийская Барби". Однако в 1977году тема "женщины и профессия" возвращается в большой мир:Национальная женская конференция в Техасе собирает невероятноеколичество участников — 20 тысяч. Тут же на свет появляется"Барби с утра и до вечера" (Day & Night Barbie),которую представляют как business executive — "ответственногоруководителя". Эта же модель перерождается спустя семь лет, в1985 году, в Business Executive Barbie.

С этого момента карьерныйрост Барби становится практически непрерывным. Дело в том, что 80-естали годами окончательной победы деловых женщин. Многочисленныенововведения, облегчающие уход за детьми, социальные структуры,позволяющие матерям работать полный день, нарушение семейныхсценариев, в результате которых распад брака становится обыденнойситуацией, что заставляет мать-одиночку постоянно работать с цельюобеспечить себя и своих детей, плюс плохо соблюдающаяся, но все жесуществующая правовая основа, создающая равные условия для работающихженщин и мужчин, — все это окончательно формируетситуацию, в которой работа становится совершенно неотъемлемой частьюжизни женщин. Золотая девочка компании «Маттел» тожеберется за ум. С этого момента мы получаем хотя бы одну «карьерную»Барби едва ли не каждый год. Например, для женщин все чащеоткрываются вакансии, раньше доступные только мужчинам, и в конце80-х — начале 90-х годов телевидение начинает создавать моду наженщин-военных и женщин-полицейских. Это карьерное направлениестановится постоянным в мире Барби: оно тем выгоднее для «Маттел»,что позволяет подчеркнуть патриотизм куклы. В 1989 году выпускаетсяпервая Барби в стиле милитари — так называемая Army Barbie. С1990 года ее военная и полицейская карьера обретает конкретику: мыполучаем капитана военно-воздушных сил, в 1991 году — офицерафлота, в 1993 году — одновременно военврача и полицейского, в1994 году — командира летного эскадрона. Причина: огромныйинтерес общественности к теме армии, вызванный войной в Персидскомзаливе и ее последствиями. Потом война закончилась, тема армииперестала особо интересовать публику на несколько лет, и Барбиоставила свои милитаристские замашки вплоть до 2000 года, когдаармейская тема опять оказалась у всех на устах в связи с иракскимисобытиями. «Маттел» немедленно произвела на свет«Барби-Паратрупера» в комплекте с аптечкой первой помощи(Барби и Кен — паратруперы продаются в коробках, на заднейстенке которых изображены… барханы).

Другой пример: в 1992году из-за обилия женщин, баллотирующихся на государственные посты,пресса заговорила о "годе женщин". В том же году мыполучили "Барби-Кандидата-в-президенты", чей деловой костюм"одним движением руки" превращался в вечернее платье созвездами и полосами. Нам сообщалось, что "Барби отправляется наинаугурационный бал". Подобную же оперативность «Маттел»демонстрирует в 1994 году. Тогда был принят билль о гендерномравенстве в образовании и американское правительство сформулировалопозицию, требующую поощрять в девушках интерес к разнообразию ввыборе карьеры, в частности — к математике, естественным науками тому подобным «мальчиковым» сферам деятельности.«Маттел» немедленно выпустила целых пять профессиональныхБарби: командир летного эскадрона, астронавт, педиатр, ветеринар ипожарник, профессии, по большей части традиционно занимаемыемужчинами.

И все-таки проявлениядоброй воли в чистом виде было недостаточно: существовало слишкоммного желающих обвинять Барби во всех смертных грехах и, в частности,в проблемах, связанных с социальным статусом женщины. На слишкомширокие плечи этой куклы со слишком узкой талией возлагалиответственность за неврозы, связанные с восприятием собственнойвнешности, за женский консюмеризм, одновременно за сексуальнуюраспущенность и сексуальную неудовлетворенность женщин, за то, чтомужчины видят в блондинках безмозглых бимбо, и за прочие женские бедыи напасти. После того как в 1998 году компания сделала Барби чутьболее реалистичной, несколько расширив талию и уменьшив грудь куклы,пришло время еще раз сделать заявку насчет готовности Барби учитьдевочек прогрессивным идеалам. В 1999 году «Маттел»сделала огромную кампанию за пропаганду нового имиджа куклы. Кампанияназывалась: "Be anything". «Маттел» подписалаконтракт с компанией Girls Incorporated, прежде называвшейся "GirlsClub of America" — крупнейшей организацией для девочек вСША (следом за ней по численности участниц идет — правильно! —Клуб Любительниц Барби). С этого момента, заявила «Маттел»,"все усилия будут сосредоточены не на куклах, а на самихдевочках". Рекламы демонстрировали, что девочка может статьхоккейным вратарем, игроком в теннис, астронавтом, компьютерныминженером — словом, фактически кем угодно. Разъяренныефеминистки обвинили Girls Incorporated в продажности: мол, всегдабыло известно, что Барби только притворяется карьерной куклой, а насамом деле торгует консюмеризмом и консервативностью в то время, какGirls Incorporated изначально заявляла, что намерена настраиватьдевочек на свободу выбора и на осознание своего права заниматьсялюбым делом по своему вкусу. Я помню публикации, в которых противницысоюза «Маттел» и GI с горечью писали: "Нет лучшегоспособа победить своего врага, чем подкупить его". Так или иначесоюз возник. С этого момента «Маттел» продвигала как быне кукол, а новые ценности: право мечтать о достижениях, право игратьв любые игры и побеждать. Совместно две девичьих организациипроводили акции по профессиональному ориентированию, телешоу, круглыестолы. «Маттел» выпустила новую игровую серию кукол подназванием: "I can be" — целых шесть карьерных кукол водин год. В этой серии появилась — «Барби-Пилот»,опять «Барби-Working-Woman» (с ноутбуком, мобильнымтелефоном и неопределимой сферой деятельности),"Барби-Учительница-языка-жестов" (со сгибающимисяпальчиками), «Барби-Футболистка», «Барби-Сыщик»и "Барби-Игрок-в-бейсбол-из-высшей-лиги". Правда, в этом жегоду были выпущены на заказ «Барби-Официантка» (длякомпании "Кока-Кола") и «Барби-Косметолог» (длякомпании "Эйвон"). В 2000 году серия продолжилась;появилась «Барби-Педиатр», "Барби-Учительница-вождения"и "Барби-Учительница рисования". Но самым интереснымдополнением к карьерной линии «Маттел» стала«Барби-Президент-США», если верить рекламному плакату,"готовая приступить к работе в Овальном офисе". В светеблизящихся президентских выборов кукла раскупалась на ура.

Последний на сегодняшнийдень карьерный рывок Барби совершила в 2002 году. С тех пор никакогоособого интереса в профессиональной деятельности у этой куклы ненаблюдалось. С тех пор появилась только одна Барби, которую можнобыло бы причислить к профессиональным: в 2004 году «Маттел»выпустила в серии "Happy family" Барби под названием "BabyDoctor" — короче говоря, специалист по неонатальноймедицине. Ей предстояло возиться с новорожденным младенцем подругиМидж. На официальном сайте Барби существует трудно находимый раздел"I can be", так или иначе посвященный будущим карьернымзанятиям девочек. Здесь предлагается пять вариантов профессий: врач,художник, учитель рисования, балерина и фигуристка — как видим,ничего радикального. Сторонницы билля о гендерном равенстве вобразовании имеют полное право упрекать Барби в ограниченности иконсервативности: здесь нет профессий хакера, архитектора, машинистаи финансового аналитика. Но в то же время профессии, присутствующие всписке на сайте, во-первых, требуют серьезного труда, а во-вторых,связаны с творческим самовыражением. Правда, в этом списке, как впсихометрическом тесте, вызывает подозрение слово «доктор»— оно кажется лишним в ряду и, видимо, является очереднымпримером защитного буфера. Впрочем, если смотреть на более или менееполный список профессий Барби за все годы ее существования, то вцелом невозможно упрекнуть ее в потакании сугубо женским занятиям,особенно в последнее время. Мажоретка и чирлидер могут вызватьвозмущение у тех, для кого эти занятия сами по себе ассоциируются ступоголовыми блондинками, но в целом традиционные упреки в адресБарби сейчас кажутся мне несколько необоснованными.

Если что-то и вызывает уменя неприязнь, то это, скорее, не выбор кукольных профессий кактаковой, а то, как все эти профессии подаются. Тут ситуация похожа науже рассмотренную ситуацию с деньгами: совершенно непонятно, откудачто берется. Создается такое впечатление, что Барби приобретает новыепрофессии так же, как она приобретает новые машины — по щучьемувелению, по своему хотению. Она не знает не только трудностей,связанных с получением той или иной профессии, но и трудностей,связанных с профессиональной практикой. В ее деятельности нетэлементов труда или усталости. В любом из ее занятий вообще нетотрицательных или неприятных сторон. Начинает казаться, что докторБарби никогда в жизни не видела ни крови, ни смерти, аБарби-следователь напоминает Айс Вентуру — сыщика по деламдомашних животных, а не реального следователя, постоянно имеющегодело с самыми неприглядными сторонами жизни. Когда я узнала, что«Маттел» выпустила Барби-палеонтолога, во мне затеплиласьнадежда: в конце концов, вот уж профессия, в которой основныеаксессуары — пыль да кости. Но выяснилось, что Барби в ролиисследователя прошлого выкапывает из земли не окаменелости и неостанки мертвых животных, а целых разноцветных динозавриков.

В общем, о Барби как обинструменте профессионального ориентирования не может быть и речи,что бы «Маттел» ни говорила. Нигде, никогда, никакимобразом нам не рассказывают о причинах, по которым Барби выбирает туили иную карьеру. Нам обычно не говорят о талантах или наклонностях,которыми надо обладать для выполнения тех или иных профессиональныхобязанностей, не описывают путь, который необходимо пройти дляполучения соответствующих навыков. Нам не рассказывают о том, какустроены трудовые будни того же дантиста, или палеонтолога, или дажередактора модного журнала. Типичная сцена из журнальчиков про Барби —Барби-доктор держит за ручку очередного пациента, который благодаритее не за лечение, связанное, как уже было сказано, с неприятнымипроцедурами, а за добрый совет по поводу сохранения и без тогопрекрасного здоровья. Так что о профессиональном ориентировании речьне идет — максимум речь идет о некотором условном и оченьповерхностном стимулировании интереса к той или иной профессии.

Впрочем, меня неоставляет ощущение, что и этого более чем достаточно. Все карьерныеБарби делаются, как уже говорилось, не для самих девочек, а для ихродителей. Девочки хотят играть в принцесс или в вечеринки ипереодевать своих кукол из одной одежки в другую. Если у их мам и папстановится легче на душе от присутствия в наборе некоего подобиязеленой формы хирурга или строгой полицейской униформы, «Маттел»готова производить и промотировать такие вариации куклы. Каждая изних стоит от 10 до 25 долларов, и если родители, озабоченные будущимдевочки, подарят ей на Новый год Барби-палеонтолога, это будет лучше,чем если озабоченные ее будущим родители не подарят своей дочери ниединой Барби вообще. И в этом аспекте, как и во всех остальных, мирБарби создается исключительно по запросам и требованиям мира вокругБарби.

Часть третья

МИР ВОКРУГ БАРБИ

Глава десятая

ЗЕРКАЛО КУЛЬТУРНОЙ РЕВОЛЮЦИИ: БАРБИКАК СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ СИМВОЛ

В этом году Барбиисполняется 46 лет. Нехитрые расчеты позволяют понять, что в данныймомент Барби растит четвертое поколение девочек (существует вариацияпод названием My First Barbie, специально предназначенная для детей ввозрасте от трех лет. Она меньше сгибается, ее легче одевать и с нейне поступают в продажу мелкие детали, опасные для здоровья ребенка).На форумах коллекционеров Барби можно наблюдать обсуждение таких тем,как: "Сохранили ли вы своих старых Барби?", "Разрешаетели вы своим детям играть с вашими куклами?", "Как вы делитесвоих Барби с дочерьми?", "Что значили ваши Барби для вас ичто современные Барби значат для вашей дочери?". Тот факт, чтоБарби ассоциируется с приятными переживаниями детства, как у юных,так и у немолодых потребителей, периодически эксплуатируетсярекламой, еще чаще — искусством. Так, например, ужеупоминавшаяся мной реклама открытых автомобилей «Ниссан»,в которой "кукла, похожая на GI Joe", увозит в красномкорвете "куклу, похожую на Барби", стремится вызвать именнотакие воспоминания. Кукла, изображенная в рекламе, выглядит немного«ретро», апеллируя, безусловно, не к тем, кто привык кличику и телу современных Барби, а к тем, кто помнит Барби образца«Малибу» или «Суперстар», если не болееранних Барби 60-х и 70-х с их помпезными прическами и скошеннымвзглядом.

За 46 лет своейпластиковой жизни Барби сумела стать одним из самых яркихсоциокультурных символов западной цивилизации. Ее и без тогоинтуитивно понятное значение доказано множеством внешних явлений,целым рядом вех, демонстрирующих признание Барби в качественеотъемлемой составляющей современной культуры. Для начала в 1976году Барби, существовавшая тогда всего 17 лет, была помещена средипрочих артефактов в так называемую "Американскую капсулувремени", создание которой было приурочено к празднествам поповоду двухсотлетия США. Собранные в капсуле объекты были призваны"остановить мгновение", т. е. зафиксировать все то,чем Америка 1976 года гордилась и что считала абсолютно своим. В 1984году, когда Барби исполнялось четверть века, мэр Нью-Йорка Эд Кохобъявил день рождения Барби "Днем Барби и Кена в Нью-Йорке".«Маттел», совместно с мэрией города, провела целый рядакций и мероприятий, преследуя одновременно две цели: промотированиекуклы, и в том числе роскошной вариации, специально приуроченной кдвадцатипятилетнему юбилею, и утверждение Барби и ее мира в качествесимвола преуспевания Америки и американского образа жизни. В 1993году Барби удостоилась места в парижском "Музее восковых фигур"в категории "Символы времени". Затем, в конце 90-х, вХельсинки был открыт Музей Барби. Помимо экспозиции кукол иаксессуаров, частично переданных музею компанией «Маттел»,частично пожертвованных коллекционерами и другими привлеченнымилицами, музей предоставляет посетителям возможность поучаствовать внескольких обаятельных аттракционах, например, сфотографироваться вкостюмах Барби и Кена, специально сшитых по человеческой мерке. Вконце 90-х Барби заслужила в США собственную почетную марку в рамкахакции "US Postal Service Celebrates The Century": она гордопредставлена в разделе "Символы шестидесятых". Наконец, в2003 году Барби была посвящена статья в Британской энциклопедии,обычно крайне сдержанно относящейся к идее включения информации обигрушках. На признание этими снобами Барби ушло сорок три года, но иони сдались. Наконец, к сорокапятилетней годовщине куклы один изведущих американских телеканалов приготовился снимать сериал о РутХендлер, маме Барби. Сериал будет ставиться по книге Лорда"Неофициальная биография куклы". В день рождения Барби USCensus Bureau опубликовало специальный документ, в котором Барби быланазвана "символом вечной американской юности".

Чтобы сравнить масштабпопулярности Барби и других поп-культурных персон, я попыталасьсделать интернет-поиск по именам двух других культовых персонажей —тоже популярных по сей день и тоже созданных много десятилетий назад:Микки-Мауса и Супермена. Микки Маус выдает приблизительно 1.790.000результатов, Супермен — около 3.660.000 результатов, в то времякак Барби тянет на 4,5 миллиона. Собирая для главы о Барби вискусстве песни разных исполнителей, посвященные нашей пластиковойпринцессе, я обнаружила несколько десятков таковых, естественно, я неимею в виду сборники, выпущенные "Маттел".

Исключительнаяпопулярность Барби и тот факт, что она является идеальной проективнойфигурой, постепенно сформировал в массовом сознании некий обобщенныйимидж куклы, частично идущий вразрез с тем, который предлагает видетькомпания «Маттел», частично совпадающий с ним. Зазормежду образом Барби по легенде «Маттел» и тем, какой еевидели потребители, критики и коллекционеры, существовал с самого дняпоявления Барби на свет. У меня создается впечатление, что впоследнее десятилетие трещина между этими двумя образами принялаболее или менее устоявшиеся очертания: она практически не сужается,но и не растет. «Маттел» продолжает позиционировать куклукак женщину, которая высоко ставит дружбу и семейные ценности и можетдобиться в жизни любой намеченной цели; по их версии, Барби —демократичная интернационалистка, экстраверт, опекунша всех слабых (ине только слабых) и большая интеллектуалка. Но мир продолжает видетьее совсем иначе, и, как представляется мне, для того, чтобыофициальный и неофициальный образы Барби хоть сколько-нибудьизменились, нужны очень сильные потрясения (будет, кстати, интересноузнать, оказался ли таким потрясением развод Барби с Кеном).

Попытавшись определить,символом чего — в широком понимании — является Барби, яполучила никаким образом не претендующий на полноту или универсальнуюправильность список из, условно говоря, десяти категорий. Насколько ямогу судить, только четыре из них более или менее соответствуют тому,что хотела бы внушать публике компания «Маттел»: так, унее не должно вызывать сопротивления позиционирование Барби вкачестве символа женственности, символа западной культуры и символаамериканского патриотизма. Но и эти категории более или менеесоответствуют официальному имиджу куклы только при оченьповерхностном рассмотрении. Что же касается других выделенных мнойстереотипов (стандартность, благосостояние и престиж обладателя,пустоголовость, кич, чрезмерный консюмеризм, фальшь, искусственнаяидеальность и пресловутая эксплицитная сексуальность), все ониникаким образом не вписываются в официальный имидж куклы.

Символ женственности.Говоря о Барби как о символе женственности, надо говорить о том, чтона самом деле она зачастую воспринимается как символ утрированной,чрезмерной женственности, — фемининности в ее почтикарикатурном изводе. Барби приписываются все худшие стереотипическиечерты женщин: она — идеальная Блондинка из анекдота. В то жевремя именно это представление о Барби чуть ли не как о символе"йони"1(сексуальные ассоциации тут вполне уместны), в некоторых контекстахпозволяет использовать куклу в качестве синонима понятия «женщина».Для меня очень ярким примером был рассказ моего близкого друга обобнаруженном им в одном из ресторанов Германии крайне занимательномспособе пометить двери в мужской и женской туалет: к двери первогобыло прибито игрушечное ружье, к двери второго — Барби. Ровнотоже самое уравнивание понятий «Барби» и «женщина»в определенном смысле позволило участницам демонстрации за праваженщин, прошедшей в сентябре 2003 года в одном небольшом европейскомгороде, подвесить кукол Барби на переносные виселицы. На груди у этихБарби болтались таблички: "Нас нельзя ни продать, ни взятьсилой".

Фактически вся мифологияБарби, все, что о ней говорится, все, что она символизирует собой,замешано, в первую очередь, на ее гиперженскости, сверхженственности.Вот очередной "двойной посыл" — с одной стороны, онавоплощает в себе стереотипическую «блондинку» —существо, крайне озабоченное своей внешностью, выше головы зарывшеесяв тряпки, поглощенное романтическими отношениями с мальчиками, неспособное ни дня прожить без вечеринок, обожающее младенцев,окруженное стайкой таких же лепечущих блондинок, как она сама,постоянно тусующихся в ее идеально вылизанном розовом домике средиподушечек и цветочков. Но, с другой стороны, эта идеальнаяультра-женщина конца пятидесятых (сказываются перинатальные матрицы,возникшие в 1956–1959 годах!) постоянно совершает поступки,являющиеся стереотипически-мужскими: самостоятельно распоряжаетсясобственной жизнью, осваивает неженские профессии и достигает в нихвесьма значительных высот, имеет широкий круг друзей и интересов —словом, нарушает то привычное представление о «блондинке»,которое мы охотно приписываем девушке с ее внешностью и манеройодеваться. Но при всем этом Барби, бесспорно, является символомженского мира — ультра-фемина, она вдобавок оказывается лучшейподругой подрастающих девочек, их наперсницей и примером дляподражания. Круг, таким образом, замыкается, оставляя мужчин любыхвозрастов и взглядов вовне. Это, кстати, еще одна причина, по которойотношения с мальчиками в мире Барби строятся, как уже описывалось, потакой ущемленной и дистантной схеме: матриархальная структура,естественным образом возникающая как в игрушечном, так и в реальноммире Барби, не позволяет подпустить мужчин ближе или, не дай бог,допустить их внутрь. Отчасти это делается из сострадания к ним самим:их разум и плоть не созданы для этих приталенных скафандров ссоблазнительными декольте, щебечущих бесед о последнем конкурсесупермоделей и культе младенцев, а особенно младенцев женского пола.

Символ благосостояния.Идея о том, что Барби служит символом благосостояния и престижа ееобладателя, естественным образом работает на руку компании «Маттел»,но в целом входит в диссонанс с легальным имиджем куклы. Считается,что Барби должна быть у каждой девочки (de facto: у каждойамериканской девочки есть в среднем восемь Барби на сегодняшнийдень). «Маттел» позиционирует свою куклу в качествеабсолютно доступной игрушки, в то время, как de facto даже Барбиигровой линии стоят гораздо дороже эпигонов, а цена на коллекционныемодели может доходить до девятисот долларов. В среднем «игровая»Барби стоит от 9,99 доллара до 39 долларов в американских магазинах.Разница в цене двух моделей зависит от количества аксессуаров,новизны модели и некоторых локальных факторов. Двенадцатидюймовыхкукол, сделанных "под Барби", можно купить за 1,99долларов, более качественные варианты стоят 4–5 долларов, и этопри том, как уже говорилось, что Барби в свое время завоевывалапозиции на рынке именно благодаря своей дешевизне по сравнению сдругими fashion dolls, каковая дешевизна когда-то и позволила ейстать игрушкой для каждой девочки.

До второй половины XXвека куклы всегда воспринимались как предметы роскоши, имеются ввиду, конечно, куклы, приобретенные у мастеров или в магазинах, а несделанные домашним способом. Кукол разной степени сложности еще столет назад считали хорошим подарком королевским особам и относились ктакому подарку с большим вниманием, например, в списках расходовцарского двора при Николае II числится "бобровый хвост дляпотешной куклы царевны". Таких кукол большей частью привозили изПарижа, где кукольные мастера одевали их в дорогие наряды,имитирующие реальную моду того времени. Особым престижем пользовалисьмеханические куклы: в 1509 году Леонардо да Винчи подарил Луи VIIмеханического льва, способного пройти навстречу королю по коридору и,остановившись перед ним, сделать глубокий реверанс, а в 1632 годукороль Густав Адольф получил в подарок исключительно дорогой резнойдеревянный ящик, в котором танцевали друг с другом две роскошноодетых куклы. Появление популярных и дешевых кукол было связано нетолько со становлением массового производства, но и с социальнымиизменениями: сперва с тем, что условно называется "изобретениемдетства", потом с процессом, называемым "коммерциализациядетства", о котором я еще буду говорить. Я хорошо помню сцену изкниги Александры Бурштейн "Дорога уходит вдаль": небогатый,но вполне обеспеченный врач с семьей приезжает из города отдохнуть вдеревню (речь идет о первых годах XX века). Будучи человекомлиберальным, он вполне поощряет дружбу своей дочери с местнымидетьми. В один прекрасный день в гости приезжает кто-то изродственников и привозит девочке куклу. Кукла считается роскошной: унее нарядное платье и, если я правильно помню, приклеенные волосы,которые можно расплетать и заплетать, что в то время было не слишкомчастым атрибутом, обычно волосы кукол намертво укладывали в роскошныесложные прически. Девочке разрешают играть с куклой, но, как эточасто бывало, велят обращаться с ней осторожно, поскольку кукладорогая. Девочка дразнит куклой деревенских детей, которые никогда вжизни не видели подобной красоты. Разъяренный отец в наказание отдаеткуклу этим детям; они возвращают ее в конце дня, сообщив, что передтем, как играть с красавицей, они тщательно вымыли руки. Здесь важенне столько тот факт, что кукла являлась символом роскоши длядеревенской бедноты (это как раз неудивительно), сколько тот факт,что кукла являлась безусловным символом роскоши для девочки из вполнеобеспеченной семьи. В начале века кукол у девочек было две или три,редко больше. Внимательное чтение романов вплоть до довольно позднегопериода позволяет заметить часто повторяющуюся ситуацию: у девочкиесть две куклы, одна условно называется «старой», авторая условно называется "новой".

Но и сейчас либеральнаяБарби — подруга каждой девочки — по сей день являетсясимволом благосостояния обладательницы. В России это более или менеепонятно: здесь Барби оказываются действительно дорогими в сравнении скитайскими игрушками или с игрушками отечественного производства;кроме того, они до сих пор ассоциируются с временами тяжелогодефицита (я буду говорить об этом в четвертой части книги). Вкачестве иллюстрации достаточно, как мне кажется, привести цитату изгазеты "Двинская правда": в статье, рассказывающей о жизниуважаемой, но крайне небогатой семьи, фигурирует фраза: "СейчасПросоловы живут в бывшем коровнике. Наташка родилась два года назад.Шустрая девчушка, любимые игрушки у нее — лопата, кастрюли исовки — словом, Барби не просит". Коллективным разумомБарби воспринимается как пример дорогой игрушки, не толькосимволизирующей красивую жизнь, но являющейся ее непосредственныматрибутом. В западном мире, где приобретение Барби за 10 долларов вмагазине или за 5–6 долларов на распродаже не являетсяпроблемой для большого числа семей, Барби все равно остается символомбогатства даже тогда, когда речь не идет о коллекционных куклах:девочки меряются качеством и количеством аксессуаров. Считаетсяпрестижным иметь те аксессуары, которые не продаются в наборах вместес куклой, а требуют отдельных вложений, начиная от домов мечты изаканчивая автомобилями и другими экзотическими средствамипередвижения, вроде Барби-поезда или водного мотоцикла. Наличиетакого аксессуара может служить предметом для хвастовства, а егоприобретение и вызванный им интерес подруг и одноклассниц можетвсерьез менять социальный статус девочки по крайней мере на некотороевремя. Дешевым такой способ социализации не назовешь: Barbie Play AndStore Doll House, сделанный лицензированной компанией PJ Toys стоит129,99 долларов, радиоуправляемый автомобильчик Барби стоит 30долларов, небольшие простые наборы одежды — от 10 долларов,разнообразные интерьеры для игры или для демонстрации ее на полочкекнижного шкафа (клуб, модный магазин, бутик, салон красоты) —от 20 долларов, самолет для Барби на аукционе «E-Bay»уходит за 70–90 долларов (речь идет только об игровой линии,аксессуары к коллекционным куклам стоят не в пример дороже). Кстати,появление коллекционных кукол, естественно, неплохо дополнило имиджБарби как роскошной и престижной игрушки. Особенно сильно укреплениюэтого имиджа в последние 15 лет способствовало появлениедействительно дорогих кукол от модных дизайнеров, чье имя само посебе связано с роскошью и большими деньгами. Чего стоит одна Барби отDe Beers стоимостью 50 000 евро, созданная к сорокалетию куклы: еесветло-голубое платье расшито 160 подлинными бриллиантами от DeBeers, крупнейшего гранильщика алмазов в мире.

Символ глупости. Если ороли Барби как о символе престижа еще можно спорить, то фактповсеместного восприятия Барби как существа абсолютно пустоголовогосомнений не вызывает. В качестве антинаркотического предупреждения наодном из киносайтов фигурирует фраза: "Будешь есть слишком многотаблеток — превратишься в пустоголовую пластмассовую Барби".Некоторый христианский ресурс задается вопросом: "Доколе мыбудем пудрить ребенку мозги пустоголовыми Барби и Кенами?" Нанекотором студенческом форуме присутствовала тема: "Бей Барби —спасай факультет"; где словом «Барби» автор называлплохо успевающих, но хорошеньких и всем нравящихся студенток. Оченьинтересно опубликованное на сайте компании TNT интервью с молодойактрисой Валерией Кульбида, почти целиком посвященное тому, какКульбида, природная блондинка с голубыми глазами, страдала от имиджаBarbie Girl. Когда она решила начать работать новостником,выяснилось, что от нее буквально требуют перекраситься и сменитьприческу, говоря: "Тут редакция программы «Время», ане домик для Барби". Актриса утверждает, что с ней никто даже непытался говорить серьезно, потому что она обладала всеми признакамиклассической Barbie Girl. По ее словам, актриса поняла, что если онане готова ограничивать свою карьеру выносом на сцену призов впрограмме "Поле чудес" (ей поступало и такое предложение),то "необходимо сменить имидж".

В общих чертах Барбидействительно воспринимается как пустоголовая красотка, я не разнаблюдала ситуации, в которых типовые и широко известные анекдоты проблондинок (например, анекдот про то, что ночью весь свет в квартирепрячется в холодильник), рассказывают, используя Барби в качествеглавного персонажа. Я наблюдала ситуацию, в которой об известнойактрисе девочка лет семнадцати презрительно сказала: "Она простокукла Барби. Раскрасавица, нравится мужчинам, но дура полная".

Однако при внимательномрассмотрении образ Барби — это образ девушки, выглядящей, какпустоголовая красотка, но на самом деле не являющейся таковой. Здесьмы опять натыкаемся на пресловутый "двойной посыл": с однойстороны, успешная карьера и дипломы о высшем образовании, с другой —недавний скандал с говорящими Барби, жалующимися на трудности сматематикой и предлагающими пойти устроить вечеринку. Мне иногдакажется, что Барби — своего рода idiot savant, так называемый"ученый идиот", один из тех индивидуумов, которые способныанализировать в уме системы функций комплексного переменного, но приэтом обладают интеллектуальным и эмоциональным развитием пятилетнегоребенка или тринадцатилетнего подростка.

Символ плохого вкуса.Говоря о Барби как о символе китча, мы опять натыкаемся надвойственную ситуацию. С одной стороны, всем известно, что «Маттел»старается сделать свою куклу ультимативным символом моды и ради этогоодевает ее в соответствии с последними модными тенденциями; с другой— из моды выбираются те тенденции, которые, условно говоря,имеют приторный розоватый оттенок. Одежда и аксессуары Барби вплотьдо последних лет страдали излишней красивостью и чрезмерным обилиемдеталей, работающие с ней дизайнеры явно слишком увлекались люрексоми блестками (все это неспроста — дети любят яркое и блестящее,а барочная вычурность аксессуаров и платьев ассоциируется у девочек смиром принцесс, плохо напоминающим подтянутый и спортивный мирпокойной Дианы Английской или Софи Монакской). Правда, в последниепять лет любовь маттеловских дизайнеров к розовому люрексу, кажется,идет на убыль, уже можно говорить о том, что выпускается достаточноеколичество игровых Барби, одетых вполне со вкусом, причем то же самоераспространяется на кукол-спутников, и в первую очередь на Скиппер,фактически воплощающую собой молодежную моду в ее утрированномизводе.

Одной из составляющихкитчевого имиджа Барби является знаменитый розовый цвет. «Маттел»проделала с розовым цветом совершенно поразительную вещь: в реальноммире он ассоциируется с Барби настолько прочно, что существует терминBarbie Pink для обозначения определенного оттенка розового. Этанавязчивая розовость и любовь к слишком ярким деталям постепенносделали Барби символом всего вычурного и чрезмерного. Существуетанекдот о том, что после визита американского президента в Россиюодин из новостных каналов сообщает: "Особенно президентупонравилась карета куклы Барби — простите, карета ЕкатериныII". Действительно, здесь тонко подмечена схожесть излишеств, ккоторым было склонно барокко середины XVIII века, и сегодняшнихаксессуаров куклы. В последние годы насыщенность розового цвета,которым пользуются в создании платьев и аксессуаров для куклы,несколько пошла на убыль: Барби уже не так часто носит ярко-розовое,предпочитая более бледные тона. И все-таки благодаря Барби векамисуществовавшая гендерная традиция "девочки — розовое,мальчики — голубое" (до сих пор вполне внятнопроявляющаяся, например, при создании приданого для новорожденных)активно поддерживается в нашем коллективном бессознательном. Теперьогромное количество компаний оформляет розовым любые ширпотребныетовары для девочек. Достаточно войти в любой магазин игрушек, чтобыувидеть, например, целые стеллажи косметических наборов для маленькихдевочек: эти наборы никак не связаны с Барби напрямую, но выкрашены вбеспроигрышный розовый цвет (например, косметика Fun Rise илиGirlStar). Эта тенденция проявляется не только в среде маленькихкомпаний, ищущих возможность привлечь внимание к собственным товарам,но и в среде очень крупных корпораций. Например, недавно запустившаяпроизводство игровых приставок для девочек компания Nintendo, хозяйкамарки Game boy, оформила приставки розовым. Да, собственно, и сама«Маттел», не так давно начавшая выпускать более или менеесерьезные домашние компьютеры (до этого в ее линии продуктовсуществовали только дешевые псевдо-ноутбуки с несколькими обучающимипрограммами), красит их в голубой и розовый цвета: голубой —для мальчиков, розовый — для девочек, последний, вдобавок,украшен серебряными орнаментами и лиловыми цветами. И именноблагодаря компании «Маттел» связь "розовое —значит девичье" укрепилась настолько сильно, что на английскомострове Уайт власти придумали новый способ борьбы со школьнымихулиганами: их будет доставлять в школу не обычный автобус, аавтобус, выкрашенный в унизительный для мальчиков розовый цвет. Чтопри этом происходит с девочками-правонарушителями, информационныеисточники умалчивают.

Символ консюмеризма. Этатема — давняя и наболевшая. Примеры такого видения Барбибесчисленны, — напомню хотя бы ту же рекламупотребительского общества компании «Ниссан»: в нейподразумевается, что ради поездки в красном «корвете»Барби готова бросить любимого. Не так давно Лев Пирогов писал в однойиз своих статей, посвященной в целом тихой русофильской ненависти ккукле Барби: "Главный враг демократии — это обществопотребления, и кукла Барби — пророк его". Пироговпредлагал закопать Барби у «Макдоналдса» — "пустьчерт заберет свое". Однако восприятие Барби как лишенной душипотребительницы, естественно, возникло не в России, о нем говорилиуже в самые первые годы существования куклы, когда обнаружилсядиссонанс между дешевизной и «массовостью» самой Барби итрадиционной для всех fashion dolls необходимостью постоянно покупатькукле все новые аксессуары и гардеробы. Широкий рынок не был готов кэтой идее. Родители столкнулись с принципиально новой парадигмойдетской игрушки: купив недорогую куклу, они с трудом моглипротивостоять желанию ребенка приобрести для нее что-нибудь еще. Самфакт существования куклы в распоряжении чада служил и легитимацией, ирычагом давления на родителей. Это вызывало раздражение: родителичувствовали, что «Маттел» эксплуатирует их кошельки,продав трехдолларовое существо, но не предупредив, что его надопостоянно кормить. Собственно, на волне этого раздражения и возник,как мне видится, «страх» перед консюмеризмом Барби: чтобыне выкладывать доллар за долларом, ребенку приходилось объяснять, чтовещи — не главное в жизни и Барби вполне может быть счастлива сдесятью платьями, уже имеющимися в ее распоряжении. Постепенно Барбипревратилась в родительском сознании в молоха, требующего постоянныхжертв; уже позже этот образ мутировал в опасения касательно ценностейи идеалов, которые кукла внушает ребенку. По большому счету, здеськомпании «Маттел» крыть нечем. Снова двойной сигнал: содной стороны, «Маттел» бесконечно клянется, для Барбинет ничего важнее личных достижений и свободы выбора, а с другой —в октябрьском номере за 2000 год журнала "Играем с Барби"присутствует настольная игра с кубиками, в которой буквальнофигурирует следующая фраза: "Попадаем на позицию пять — вближайшем магазине распродажа, торопись сделать три шага вперед!"

Символ западной культуры.Когда в сентябре 2003 года так называемый Саудовский КомитетДобродетели запретил продажу Барби на территории Саудовской Аравии,выпущенный этой организацией пресс-релиз буквально говорил:"Еврейские куклы Барби в своих бесстыдных одеждах и откровенныхпозах со всеми своими аксессуарами являются символом загниванияразвращенного Запада". Прямым текстом или косвенно тот же тезисвыдвигает и ряд российских публикаций. Не так давно я наткнулась наследующую очаровательную в своей простоте фразу: "Между Америкойи Барби можно поставить знак равенства". Другая цитата, пусть иперевирает истину, но демонстрирует очень характерный взгляд напроблему: "К куклам прилагается инструкция: сколько у Барбидолжно быть подруг, одежды, мебели, косметики, бойфрендов и прочего —таким образом, формируется потребность и перспектива жизни: быть какхорошая американская девочка". Эта связь понятий — "Барби= Америка" — делает нашу куклу еще одним, совершенноособым, символом для американцев — символом патриотизма. Барби,бесспорно, американка до мозга костей при всей ееинтернациональности. В изначальной легенде она фактически подаваласькомпанией как девушка из little town America, буквально "сольземли" — Барби «жила» в маленьком городкеВиллоус штата Висконсин и ходила в местную школу. Впрочем, впоследние десятилетия «Маттел» все реже вспоминает проВиллоус, Висконсин: этот вымышленный городок не предоставил бы Барбидостаточно возможностей для роскошных развлечений, столь любезныхпокупателям. Generation Barbie, выпущенная в 1999 году, поступила впродажу с совершенно новой легендой: она живет в Нью-Йорке и учится внью-йоркской школе. Все это, как известно, не мешает ей старательнозанимать все позиции, на которых в тот или иной период жизни можетоказаться успешная американская женщина. В 1964 году Барби оказаласьчирлидером — девочкой из группы поддержки, т. е.универсальным секс-символом американского кино, не говоря уже обамериканских порнофильмах. Кстати, само понятие «чирлидер»плотно ассоциируется с пустоголовой, жадной блондинкой, что не мешаетчуть ли не каждой девочке мечтать о месте в этой школьной элите изэлит. Эта мечта эксплуатировалась «Маттел» и в болеепоздние годы, когда чрезмерная приверженность Барби сугубо женскимзанятиям уже не поощрялась. Так, в специально созданной серииUniversity Barbie кукла изображала чирлидеров разных университетскихфутбольных команд (в зависимости от названия команды на ее обширнойгруди красовался тот или иной логотип), после чего Барби с легкостьюпродемонстрировала, что можно быть чирлидером, а потом статьпрезидентом. Первый раз речь зашла о месте в Овальном кабинете, когдаБарби фигурировала в качестве "кандидата в президенты": еекостюм легко превращался в вечернее платье. А в 2000 году в связи спрезидентской кампанией была выпущена Барби-президент (со слоганом"Barbie for President!"). Энциклопедия моды Барби,выпущенная издательством "Dorling Kindersley", открываетраздел, посвященный аксессуарам Барби, фразой: "Барби —воплощение американской мечты: свой дом, своя машина, своя жизнь".В той же энциклопедии показано, что Барби, отправляющаяся вмеждународное путешествие, держит в руке синий паспорт СоединенныхШтатов.

Выпущенная в 1965 годуБарби-астронавт держит в руках флаг Соединенных Штатов, явнособираясь застолбить им деляночку на далекой планете. Барби-астронавт1986 года интересовалась только собой: на врученном ей в дорогу флагебыло написано «Барби». Зато Барби-астронавт 1994 годаимеет на скафандре маленькую нашивку — американскийзвездно-полосатый флаг. Многократно становившаяся олимпийскойчемпионкой во славу своей родины, Барби в 1996 годупродемонстрировала особую прыть. Дело в том, что именно в 1996 годупроизошла нашумевшая история с Олимпийской сборной США похудожественной гимнастике: юная гимнастка Керри Страгг получилатяжелую травму ноги и, посовещавшись со своим тренером, решила неотказываться от выступления в командных соревнованиях. Нога была«заморожена», девушка выступила, получила высшие оценки ипринесла своей команде победу. Правда, с выступления тренер выносилее на руках, а во время вручения медалей Страгг стояла на костылях.Вся Америка рыдала, Страгг называли величайшей патриоткой последнегодесятилетия. «Маттел» немедленно выпустилаБарби-олимпийскую чемпионку по гимнастике, со "сверхгибкимтелом" и в бело-красно-синей полосатой одежде с символикой США,фактической копией официальных костюмов олимпийской сборной.

Как и положено настоящейпатриотке, Барби делает и военную карьеру. В коллекционной серии"Звезды и полосы" ("Stars and Stripes") собраныБарби в формате милитари. Среди них — Барби в вечерней формеженщины-офицера (оказывается, существует и такая: длинная узкая юбка,приталенный короткий жакет, золотые пуговицы и белая рубашка). Там же— «Барби-Пилот» и — характерный знаквремени! — выпущенные в 1992 году "Барби и Кен —Паратруперы", изображенные… на фоне пустыни и барханов.Единственная, выбивающаяся из общей линии кукла этой серии —«Барби-Марди-Грасс» (так называется последний день передВеликим постом. В этот день американцы как следует наедаются напереди устраивают разнообразные увеселительные мероприятия, в частности вНью-Орлеане проходит знаменитый "Карнавал Марди Грасс").Эта Барби одета в роскошное, пышное розовое платье в черный горошек:этакая веселая клуша из Нью-Орлеана.

Другая коллекционнаясерия патриотической направленности — "American Stories".В нее, среди прочих вариаций, входят две индианки (одна из них —с младенцем, привязанным за спиной), Барби-медсестра временгражданской войны (длинное белое платье, белый передник и наколка наволосах; «Маттел» удалось заставить даже эту куклувыглядеть сексапильной и кокетливой). Там же присутствуют"Колониальная Барби" и «Барби-пилигрим» (в силуограничений, волей-неволей налагаемых историей на ее костюм,выглядящая не очень роскошно, но зато невыносимо трогательно). Инаконец, в этой же серии фигурирует очень красивая, «Барби-Патриотка»созданная в 1997 году. Одетая в алое с золотом платье, синий камзол итреуголку с белым пером, Барби держит в изящной ручке золотой КолоколСвободы. Жабо и тугие локоны на манер старинного парика помогаютпонять, что эта Барби — вариация на тему солдат временамериканской революции XVIII века. Как объясняет «Маттел»в прилагающейся брошюре к этой кукле, "Барби — участницасобытий 1774 года в Филадельфии. Она рассказывает нам о своем вкладев борьбу за свободу Родины".

Даже вечная улыбка Барбив восприятии обывателей зачастую сливается с "вечнойамериканской улыбкой", которую традиционно награждают эпитетами«приклеенная», «пустая» и «фальшивая».Одно издание, посвященное воспитанию детей, рекомендует шить игрушкисамим или покупать отечественных кукол, говоря: "От вечносмеющейся куклы Барби слез не дождешься — не потому ли дорогиесовременные игрушки интересуют детей лишь короткое время? С нимистановится скучно, потому что своей застывшей улыбкой Барби сковываетфантазию ребенка". Очевидно, автор подразумевает, что у Барбисуществует только одно психоэмоциональное состояние, то самое,которое выдается постоянной улыбкой (существует даже выражение"Barbie smile" — так, мол, называется улыбкачеловека, сидящего на "прозаке"). В то же время постояннаяулыбка, идеальный внешний вид и отсутствие плохого настроения,безусловно, часть факторов, которые делают из Барби не только символЗапада и в первую очередь Америки, но и секс-символ.

Секс-символ. Очень частопубликации о Барби снабжаются подзаголовком: "Историясекс-символа", или "Тайна секс-символа", или ещечто-нибудь «секс-символа». На порносайтах масса девочекназывает себя именем Барби. Существует даже довольно известныйпорнодуэт — высокие блондинки с очень большой грудью —под названием Barbie Twins. При этом у Барби отсутствуют соски игениталии, а компания «Маттел» упорно отстаивает версию оневинности и девственности своей куклы и готова тащить в суд тех, ктозаявляет обратное. На зазоре между провокативной сексапильностьюБарби и ее заявленной невинностью строится огромное количествоспекуляций, анекдотов, произведений фанатской литературы и фанатскогоискусства и произведений литературы и искусства вообще, посколькузазор этот создает один из излюбленных образов современной культуры:образ невинной, но исключительно сексапильной юной девушки.Фактически образ Барби совпадает по некоторым параметрам с образомглавной героини, чью роль Мена Сувари играла в "Красотепо-американски": провокативная, холеная, нарочито сексуальнаяюная крошка, оказывающаяся на поверку робкой и романтичнойдевственницей. Ирландский постановщик Дженнифер Уэлш, осенью 2003года представивший на театральном фестивале в Дрездене шоу подназванием XXX Live Nude Girls, использовал двух кукол Барби вкачестве главных героинь. По его словам, "они шли к самопознаниючерез жесткий (с насилием и увечьями. — Л.Г.) секс".Уэлш с удовольствием объяснял прессе, что хотел бы показать маленькимдевочкам, что на самом деле происходит в их голове, когда они играютс Барби. Говорить о том, у кого на самом деле что происходит в голове("Доктор, это вы показываете мне какие-то грязные картинки!"),здесь, конечно, излишне. Но зазор между невинностью Барби исексуальностью Барби эта история иллюстрирует, на мой взгляд, какнельзя лучше.

К образу«Барби-супершлюха» (это цитата из стишка, к которому яеще вернусь в главе 12) немало добавило, конечно, и пресловутоевосприятие Барби как «блондинки», не перебитое целойармией брюнеток и шатенок от «Маттел»: стереотип требуетзавершенности, и раз уж Барби — белокурая красавица с макияжеми кучей шмоток, то быть шлюхой ей, по мнению коллективногобессознательного, сам Бог велел.

Символ шаблонности.Существование Барби как символа шаблонности и стандартностиобусловливается непосредственным стремлением «Маттел»позиционировать куклу в качестве ролевой модели. В результате самыеразные вариативы Барби, естественно, обладают, одним и тем жеусловным характером, наиболее усредненным мнением по любым вопросам иуже упоминавшимся стремлением следовать всем модным трендам, несоздавая индивидуального стиля и не вынося никаких особых суждений нипо какому поводу. Всегда можно предсказать, как Барби поведет себя втой или иной ситуации, что она скажет и как поступит. Если перед нейопустится тарелка с маленькими зелеными человечками, говорящими:"Take me to your leader!" — Барби расплывется вулыбке, помашет ладошкой и скажет: "Welcome to USA! We arealways happy to have guests!" Очень характерным является частоепоявление высказываний в формате: "Не какая-нибудь Барби, а…"— дальше идет перечисление свойств того или иного персонажа,делающих его уникальной личностью. Например, на форуме, гдеобсуждался некий подростковый сериал, я нашла следующий пост: "Этотсериал говорит о том, что на самом деле беспокоит старшеклассников.Мне понравилось, что выведенные в нем персонажи — это некакая-нибудь кучка Барби и Кенов, а самостоятельные личности сдостоинствами и недостатками". В одном из ранних эпизодовсериала "Beverly Hills 90210" две юные соперницы, борющиесяза внимание одного и того же парня, знакомятся друг с другом. Отходяв сторону, одна из соперниц говорит на ухо своей подруге: "Тыбыла права, она всего-навсего Барби".

Среди материалов,представленных на Международный семинар по гендерной составляющей всовременной драматургии, была исследовательская работа Анны Альчукпод названием "Синдром Барби, или Влияние образов западноймассовой культуры на постсоветское сознание". В работеприсутствовала часть, озаглавленная: "Создание усредненногоженского идеала и роль Барби в этом процессе", идеальноиллюстрирующая тезис о том, что Барби в массовом сознаниивоспринимается как шаблон и провозвестница шаблонов.

Некое издание, дающеесоветы всем желающим сделать политическую карьеру, рекомендуетчитателям не лишать себя черт индивидуальности и не старатьсяпонравиться всем: иначе, пишет автор, получается кандидат, "сильносмахивающий на пластмассовую куклу Барби. Он всех раздражает толькопотому, что в нем все подобрано таким образом, чтобы ни у кого невызывать раздражения".

Перечисленные мнойаспекты восприятия Барби и станут основной темой всей третьей частикниги. Я буду пытаться говорить о том, каким образом складывалисьрепутация и образ Барби в окружающем куклу реальном мире, о том,какую роль она играет в повседневной жизни самых разных людей, и отом, что позволило Барби занять эту роль в нашем сознании много летназад и играть ее по сей день.

Глава одиннадцатая

"БАБУШЕК ДВЕ, А ВОТ БАРБИ —ОДНА!": БАРБИ В ЖИЗНИ ДЕВОЧЕК

Существует анекдот о том,как две немолодые лесбиянки впервые встречаются для интимногосвидания в доме у одной из них. Гостья встает, чтобы взять в шкафуполотенце, и обнаруживает, что все полки шкафа заняты куклами Барби.В изумлении она спрашивает: "Ты их что, коллекционируешь?""Понимаешь, — говорит ее подруга, — мнеуже сорок с лишним, скоро я стану старой и страшной… а чего несделает для меня маленькая девочка ради куклы Барби!"

В западном мире отношениячеловека с Барби строятся с самого раннего детства, фактически лет стрех. Роль, которую Барби играет в жизни маленькой девочки,определяет то, как будут складываться их взаимоотношения по меревзросления ребенка и то, насколько преданным покупателем станетвыросшая маленькая девочка, когда обзаведется собственными детьми…Для «Маттел» маленькие девочки являются основнымиобъектами ухаживаний и основными потребителями Барби. До 1985 года,когда началось производство коллекционных Барби, этот рынок былфактически единственным, но даже сейчас все куклы игровой линиирассчитаны на девочек в возрасте от трех до двенадцати лет. Правда, иисследования показывают, что игра в куклы часто затягивается догораздо более позднего возраста, иногда до пятнадцати —шестнадцати лет. С Барби, благодаря ее «взрослости» иудобства использования этой куклы именно для подростковых проекций,часто продолжают играть в тринадцать-четырнадцать лет. Чтение статей,посвященных Барби, рассмотрение целого ряда исследований, участие вродительских форумах и других «взрослых» средах общения,так или иначе связанных с Барби, дало мне, как мне кажется, более илименее четкое представление о том, как взрослые представляют себе рольэтой куклы в жизни подрастающего поколения. Особенно интересно читатьфорумы и гостевые книги близкой тематики в России, где родители неспособны сравнить переживания своих дочерей по поводу Барби со своимисобственными: в соответствующие годы Барби просто не было в ихраспоряжении.

Но и вне зависимости отгеографических особенностей можно смело сказать, что число родителейи вообще взрослых, относящихся к Барби нейтрально, очень и оченьмало. Подавляющее большинство тех, с кем мне довелось говорить на этутему или чьи высказывания мне довелось читать, полагают, что средивсех игрушек, находящихся в распоряжении их детей или детей ихзнакомых, Барби занимает особое место в силу масштаба ее влияния наличность развивающегося ребенка. Вера взрослых в это влияние, на мойвзгляд, значительно превосходит уверенность самих девочек всуществовании такого влияния. И дело здесь не только в более развитойрефлексии у старшего поколения. Мне видится, что в большой мере делозаключается в разнице проекционных механизмов и в том, что взрослыекак наблюдатели игрового процесса и дети как непосредственные егоучастники «вчитывают» разные смыслы в игру с Барби. Еслидети исключительно свободны в выборе ролей и характеристик,присваиваемых кукле (она может быть, в зависимости от конкретногомомента, самой девочкой, ее подругой, кем-нибудь из взрослых,например: мамой, тетей, школьной учительницей, незнакомой женщиной,персонажем просмотренного фильма, принцессой из космоса и т. д.),то взрослые, гораздо более косные в своих проекциях, видят в Барбиуже описанный мной в прошлой главе монолитный образ, тяжелоподдающийся пересмотру и не слишком обаятельный. Для них Барби впервую очередь — взрослая женщина с развитыми формами, вкусом кматериальным ценностям и богатым, иногда вызывающим гардеробом. Онине учитывают широту спектра тех ролей, которые дети присваиваюткукле, и искренне переживают, что маленький ребенок может питатьпостоянную привязанность к такого рода "особе".

Еще одна причина,заставляющая взрослых опасаться Барби и приписывать ей негативноевлияние на детей, — непонимание механизма различенияправды и вымысла. В этом плане взрослые совершенно не доверяют детям.Почему-то считается, что ребенок легко путает правду и вымысел дажетам, где его собственный опыт и весь контекст указывают навымышленность ситуации. Если бы все действительно было так плохо, какмы подозреваем, то книжные иллюстрации и плюшевые игрушки внушали быдетям, что существуют розовые коты и крокодилы в полосочку, аотсутствие таких существ в реальном мире наносило бы ребенкутяжелейшую травму. Взрослые часто полагают, что ребенок способенсчитывать только самые непосредственные смыслы предлагаемых емуисторий и не способен просматривать за ними более сложные сюжетные,этические и моральные конструкции. Если бы мы оценивали волшебныесказки с такой же степенью адекватности, с какой мы оцениваем Барби,то Золушке следовало бы пенять на то, что она учит детей подчинятьсявсякому, кто ими помыкает, стыдиться своей честной рабочей одежды,считать, что работа — это позор, и отдаваться в руки первоговстречного с высоким социальным положением. Нас не передергивает отслов "прекрасная принцесса", повторяющихся из сказки всказку, мы почему-то не считаем их способными внушить девочке, чтолюбовь достается только прекрасным (а если и считаем, то не перестаемчитать ей сказки и слово «прекрасная» не опускаем). Мыискренне верим, что дети, слушающие сказку, некоторым магическимобразом различают за поверхностными атрибутами сюжета сложную«мораль», но дети, играющие с Барби, замечают тольконеправильные пропорции тела, розовые двухэтажные дома и слишком яркиекостюмы.

Барби, безусловно, можномногое поставить в вину. Но настолько серьезные попыткидемонизировать бедную куклу и одновременно инвалидизировать ребенкавидятся мне несколько нелепыми. Кроме того, не следует предполагать,что девочка, играющая с Барби, заперта в розовом замке злой колдуньи,обладающей широкой улыбкой и кучей розовых платьиц. На самом делесуществует огромное количество факторов влияния, сказывающихся наразвитии любой девочки, растущей в хоть сколько-нибудь нормальной (идаже в совершенно ненормальной) обстановке. Барби вполне может бытьодним из них, пусть даже весьма значительным, но все-таки неединственным. Жизненные уроки девочка получает не только от своихкукол. Я часто думаю о том, что если бы дело с Барби обстояло такплохо, как нам нередко рассказывают, и что если бы она действительнооказывала на развивающийся ум будущей женщины такое чудовищноевлияние, то за сорок шесть лет существования этой куклы западный мирдавно скатился бы в тартарары, и сегодня мы имели бы делоисключительно с пустоголовыми фригидными блондинками, не имеющиминикаких ценностей, кроме материальных. Благодарение Богу, ничегоподобного не происходит. Одна из прочитанных мной статей, касавшихсяБарби, называлась "Пластиковая сестра сатаны" (статья,кстати, защищала бедную куклу от нападок ранних и позднихфеминисток). Можно сколько угодно ругать Барби и предъявлять ейвполне обоснованные претензии самого разного рода. Но говоря о нейкак о "пластиковой сестре сатаны", мы обижаем и себя, исвоих детей.

Одной из составляющихмифа о значении Барби в жизни подрастающего поколения является вера висключительную преданность девочек своей кукле. Сегодня девочкиначинают знакомиться с Барби приблизительно с трех лет (специальнодля этой категории маленьких потребителей выпущена версия "Мояпервая Барби и мой первый Кен"). О популярности Барби можетговорить не только тот факт, что каждую секунду где-нибудь на земномшаре продаются две куклы, но, например, и тот факт, что "КлубБарби" является второй по величине организацией для девочек вСоединенных Штатах Америки, уступая только герлскаутам. Попоказателям торговой сети-гиганта WalMart, в 2003 году 27 %девочек приобрели костюмы Барби на Хелоуин. В массе печатныхматериалов самого разного (не рекламного) толка мы находим упоминаниеБарби в качестве универсальной мечты любой девочки и идеальногоподарка для нее. Тот факт, что Барби может осчастливить любуюмалышку, даже не поясняется, он считается совершенно очевидным.Просьба о приобретении Барби — как первой и единственной, так идвадцать пятой, но совершенно особенной — постоянно фигурируетв детских письмах к Санта-Клаусу. В свое время в сети былаопубликована подборка из десяти писем президенту Кучме, перед Новымгодом украинские дети обращались к нему как к Деду Морозу. Из десятиобращений в двух фигурировала просьба подарить Барби.

Среди многочисленныхподборок высказываний о Барби, сделанных взрослыми людьми, —история сорокалетней дамы, чье детство было исключительно бедным. Онавсегда мечтала о Барби и, наконец, эту куклу ей подарила тетя Элиса.Кукла сохранилась, и дама передала ее своей дочери, у которой,заботами мамы, Барби всегда было в избытке. Когда девочке исполнилосьчетырнадцать лет, они с мамой отобрали двенадцать Барби из почти двухдесятков имевшихся в распоряжении, привели кукол в порядок и отнеслив ближайший детский приют. "У директора приюта, —пишет дама, — на глазах выступили слезы. Он сказал, что вэто Рождество нам удалось сделать счастливыми двенадцать девочек".

Та же преданность девочекБарби часто отражается в фольклоре. Кроме вышеупомянутого анекдотапро двух лесбиянок: "Что не сделает для меня маленькая девочказа куклу Барби!" — существует, например, следующийстишок в формате детской страшилки (автор его остается мненеизвестным):

Бабушка внучку свою наказала

И в наказание Барби забрала.

В кофе мышьяк — пей, бабуля, до дна:

Бабушек две, а вот Барби одна!

Иногда тот же подтекствозникает в совершенно несмешных ситуациях. В начале года поновостным лентам прошло сообщение о самой юной наркоманке Эстонии —семилетней девочке. Эта девочка из очень бедной семьи мечтала о куклеБарби; ее мечта была известна всей школе. По утверждению новостников,в один прекрасный день девочку у выхода из школы встретила некаяженщина, сказавшая: "Я подарю тебе прекрасную куклу Барби, носначала мы поставим небольшой эксперимент…" На моментпоявления сообщения в новостях девочка находилась в наркологическомцентре. При всей утрированности этой драмы, приведенная историяпрекрасным образом демонстрирует не только любовь девочек к Барби, нои совершенно особый момент — преданность кукле девочек избедных семей. Для них Барби является символом красивой жизни —не только красивой жизни в вымышленном мире самой Барби, но и миререальном. Она сама оказывается предметом роскоши и символомблагосостояния. Я уже останавливалась на этом вопросе в предыдущейглаве, говоря, что для многих девочек обладание разнообразными Барбии дорогими аксессуарами для них является вопросом престижа. Однакосоциальное давление оказывается на девочку не только тогда, когдаречь идет о непосредственном приобретении Барби. С Барби важноиграть, в мир Барби важно быть посвященной. Игра с самой куклой,чтение соответствующих журналов, отслеживание новинок в мире Барбисоциализуют девочку, они ставят ее в некий общий контекст, помогаюториентироваться в дискурсе, принятом в среде сверстниц. Не так давнопрекрасный эссеист Панюшкин опубликовал в Газете. Ру текст о детскихигрушках. В этом тексте он буквально говорит следующее: "Я дажедумаю, что многие девочки любят драконов, червяков и змей, но беда втом, что никто не дарит девочкам змей, а все норовят подарить куклуБарби. Я думаю, получив в подарок десятую Барби подряд, многиедевочки смиряются с тем, что змею им никто никогда не подарит, иначинают любить, что подарили, — то есть куклу Барби".Великий Панюшкин прав, но это давление осуществляется, конечно, нетолько взрослыми, но и сверстниками. Выяснить, что предшествует чему,означало бы, как мне кажется, решить проблему яйца и курицы.

Такая преданность девочекБарби в сочетании с масштабами популярности этой куклы естественнымобразом оправдывает вопрос о влиянии Барби на подрастающее поколение.Выпуская куклу на рынок, Рут Хендлер обещала, что она станетидеальной ролевой моделью для девочек, — правда, тогдаречь шла только о том, что Барби превратит своих обладательниц в"благовоспитанных юных леди". За прошедшие 46 лет этазадача сохранилась, но переформулировалась: на каждом этапе времени«Маттел» старалась гарантировать, что Барби будетспособствовать превращению девочки в благовоспитанную илинеблаговоспитанную, но именно ту юную леди, которую в данный моментхочет видеть социум. Здесь, кстати, тоже возникает интереснаяпроблема. Девочка играет с Барби в пять, шесть, восемь лет; эта Барбивоплощает текущий "идеал женщины" по меркам социума. Но кмоменту, когда девочка, собственно, входит в возрастпятнадцати-шестнадцати лет, этот идеал оказывается абсолютно иным, астарые ценности зачастую неуместны. Вот самый простой пример: те,кому в 1959 году было 16 лет, т. е. те "благовоспитанныеюные леди", которых хотело видеть общество и которым со временемпредстояло стать первыми десятилетними обладательницами Барби, былипоследним поколением "благовоспитанных юных леди" в США.Самим же первым потребительницам Барби суждено было достигнутьвозраста 16 лет в 1964 году: холодная война, убийство Кеннеди,посттравматическая Америка — никаких платьев на воздушнойподушке и никакой "влюбленности в любовь", столь модной вконце 1950-х, на излете Эры Американской Мечты. В I960 годусуществовало платье для Барби под названием "Кофе подан"; в1970-м, когда девочки, надевавшие на куклу это платье, подросли,такое название могло считаться разве что карикатурным. Будучивзрослой куклой, Барби, в силу возрастного зазора между ней ииграющими в нее девочками, делает указанный разрыв непреодолимым.

Таким образом, de factoБарби демонстрируют девочке не то, какой она должна быть, когдавырастет (об этом у компании «Маттел», как и у всехпрочих смертных, нет ни малейшего представления). Барби, скорее,является примером для немедленного подражания. А уж экстраполяцияэтого примера по шкале внешних ценностей позволяет девочке воображатьсебе будущее, точно так же, как это происходит, когда девочкаговорит: "Когда я вырасту, я хочу быть как мама". Вот одиниз серьезных плюсов Барби: что бы ни говорила компания «Маттел»,Барби на самом деле ориентирует девочку не так на будущее, как нанастоящее. Барби, как и маме, необходимо подражать немедленно, в томчисле во всех ее положительных чертах: ассертивности, терпимости,готовности к обучению, карьерной ориентированности.

Интересно, что в самомначале существования Барби — на излете 1950-х и в ранних 1960-х— была для многих маленьких девочек едва ли не единственныммедийным окном в жизнь подростков. В то время не было молодежныхсериалов в их современном понимании, не существовало такого изобилияподростковых журналов, по которым современные девочки 11–12 летпредставляют себе жизнь 14 — 16-летних подростков. Мейнстримнаярепрезентация подростка в масс-культуре рисовала идеализированнуюжизнь, не вызывающую особенного доверия. Печальный пример тому —первое американское реалити-шоу. Это шоу слежения называлось AmericanFamily и должно было превращать в сериал подлинную жизнь обыкновеннойамериканской семьи с двумя детьми-подростками. Через несколько недельпосле начала показа шоу пришлось прекратить: выяснилось, что семья, ив том числе дети, сталкиваются с совершенно не подходящими дляидеализированного телевизионного эфира явлениями — сексом,наркотиками, семейными ссорами и тому подобными неприглядными вещами.Позже, в поздние 60-е и в 70-е годы, когда масс-культура,ориентированная на подростков, уже процветала, Барби представляласобой альтернативу реальным подросткам, курившим грасс, тусовавшимсяна Вудстоке, убегавшим из дому, сжигавшим лифчики на площадях изанимавшихся, не приведи господь, сексом. По большому счету, родителив те годы должны были молиться на чистенькую, аккуратную Барби, стольдалекую от всех этих реалий и предпочитающую хорошему косяку вечер ссестричками, поход на танцы в приличный клуб и крайне умереннуюмузыку. Единственная «Барби-Хиппи» появилась в конце70-х, когда представляемая ей культура фактически отмирала.

На всем протяжениисуществования Барби «Маттел» утверждала, что их куклаявляется воплощением детских фантазий о будущем и идеальной ролевоймоделью для девочки. Нередко это заявление прямым текстом пишется врекламных материалах, рассчитанных не только на родителей, но и насамих девочек. Так, в упомянутой мной энциклопедии Барби, например,говорится: "Барби вживается в новые образы и роли, воплощаядетские мечты и фантазии". В той же энциклопедии, представляякуклу Бекки в инвалидной коляске, авторы сообщают: "Бекки —ролевая модель для всех девочек с физическими проблемами". Слова"ролевая модель", скорее, рассчитаны на родителей, чем нанепосредственных обладательниц куклы, и в какой-то мере делают своедело (хотя появление, скажем, той же Бекки не обошлось без скандала,о котором я еще расскажу). Но объективно судить о том, насколькоуспешной ролевой моделью является Барби, т. е. насколько сильносценарии, воплощаемые девочками в будущую взрослую жизнь, зависят отих детских игр с этой куклой, было бы возможно только на основаниитщательно проведенных исследований, желательно охватывающих весьмазначительное число участников из разных социальных слоев, а повозможности и из разных поколений. Следов исследований подобного родамне, увы, обнаружить не удалось. Большинство виденных мнойрассуждений по этому поводу являются такими же спекулятивными, как имои собственные.

Однако вера взрослых взависимость девочек от Барби все-таки поразительна. Например, в 1999году, когда была выпущена серия «Generation» —набор новых подруг Барби, у одной из них, Челси, в носу былочаровательный блестящий гвоздик, столь модный у подростков тех лет.Этот факт вызвал бурю эмоций: родители не сомневались, что теперь вседевочки начнут требовать разрешения сделать пирсинг. Компаниипришлось изъять гвоздик у Челси из носа… Другой частоупоминающийся скандал — скандал с беременной куклой Мидж. Когдавыяснилось, что подруга Барби — лучшая подруга, одна изстарейших кукол серии! — беременна, родители устроилискандал: считалось, что девочки немедленно воспримут это какразрешение заниматься сексом и — чего доброго — заводитьдетей. Множество магазинов убрало спорную куклу с полок, но дажетогда, насколько мне удается судить, не было опубликовано ни односерьезное исследование, способное показать, как девочки на самом делевоспринимают беременную Мидж. На одном из форумов, где родителибеседовали о влиянии Барби на их дочерей, я спросила, почему они небоятся, что, например, их собственная вторая или третья беременностьбудет воспринята девочками как пример подражания. Мне в ответ быловыдвинуто вполне понятное утверждение: дети считают, что Барбиделаются специально для них, они воспринимают исходящий от нее сигналкак личное послание в отличие от многих сигналов реального мира. Нопри этом наличие у Барби самолетов не заставляет девочек требоватьсамолет у родителей, а тот факт, что Барби способна менять цветволос, не подвигает 10 — 12-летних девочек на еженедельноемелирование… Словом, ответа на вопрос о том, насколькосерьезной ролевой моделью является Барби, мы не получим до тех пор,пока спекулятивные культурологические рассуждения вроде моих не будутзаменены хорошей статистической основой.

Постоянные усилия,затрачиваемые «Маттел» на коррелирование образа Барби, допоследних лет имели дело фактически с непрямым сигналом: Барбиоставалась куклой, и о ней, как о сказочном персонаже, можно былотолько судить по контексту, в который ее ставил производитель. Однаков последние пять лет Барби стала «оживать», о чем я будурассказывать в отдельной главе: с ней уже можно поговорить потелефону, у нее можно попросить совета, она общается с девочкамичерез биллборды, на которых изображена не кукла, а их собственныесверстницы, как это было в огромной рекламной кампании "GirlsCan Do Anything", о которой я говорила в главе о профессиях.Образ Барби давно вышел из под контроля «Маттел»; сейчасон задается не столько усилиями производителя, сколько тем, чтовчитываем в эту куклу мы сами. В 1984 году культуролог Уильям Шапиросформулировал так называемые Life Lessons From Barbie ("Жизненныенаставления Барби"), т. е. ряд постулатов, которые, по егомнению, соответствовали message, диктуемому этой куклой. За 20 лет,прошедших с момента публикации работы Шапиро, часть этих постулатовне изменилась, в то время как другая часть утратила свою актуальностьи преобразовалась самым серьезным образом. Установки Шапиро былитаковы:

1. Семья — этоглавное.

2. Многих девочекзовут одинаково, но ты по-прежнему можешь быть уникальной.

3. Нехватка мужчинне испортит вечеринки: у женщин есть свой социальный этикет, и важноемероприятие необязательно требует присутствия мужчины.

4. Альтернативныйобраз жизни имеет право на существование.

5. Иметь несколькокарьер — это классно.

6. Можно совмещатьлюбовь и работу.

7. Болезни итрудности — часть жизни.

8. Война — этоад.

9. Все бездомныедолжны получить убежище.

10. Моногамияработает.

Сегодня мне трудносудить, насколько все это в действительности соответствоваловосприятию Барби в 1984 году, но сегодня Барби, так и не вышедшаязамуж в свои 46 лет и только-только разошедшаяся с Кеном, не оченьсоответствует принципу "Семья — это главное". Об«уникальности», как уже упоминалось, говорить неприходится. Безусловно, остается справедливым восприятие Барби какдевушки, не считающей общество мужчин необходимым для того, чтобыхорошо проводить время, хотя ее неспособность поддерживать отношенияс представителями противоположного пола начинает казаться признакомсерьезного невроза. О существовании альтернативных образов жизнирассуждать в контексте Барби просто наивно: альтернатива в мире Барби— это альтернатива между поп-музыкой и хип-хопом, при том, чтохип-хопперы и представители попсы с одинаковым энтузиазмом говорят:"Ты молодец, Скиппи, что слушаешься старших!" и долгоизвиняются за случайный зевок. В мире Барби по-прежнему нет нипредставителей сексуальных меньшинств, ни лесбиянок, ни людей,принадлежащих к бедным слоям населения, ни пресловутых бездомных, нипредставителей каких бы то ни было религий, ни каких бы то ни былодругих представителей подлинно альтернативных образов жизни. Что еще?Множество карьер — это по-прежнему классно: здесь не поспоришь.А вот способность совмещать любовь и работу в жизни Барби никакимобразом не наблюдается — скорее можно сочетать работу иразнообразные социальные функции. Никаким образом я не вижу, почемуболезнь и страдания являются частью мира Барби, и не вижу, какимобразом они могли являться частью мира Барби в 1984 году, когда речьеще не шла даже о подружках-инвалидах. Забавно наблюдать в спискеШапиро пункт "Война — это ад": в 1984 году это,возможно, еще имело отношение к делу, а вот в 1985-м «Маттел»уже полным ходом выпускала серию "Stars and Stripes" —Барби в армейской униформе. О необходимости дать приют всем бездомнымговорить сложно, — в мире Барби таковых не наблюдается.Барби, конечно, учит помогать окружающим по мере сил, но ни сбездомными, ни с тяжелобольными, ни с другими "неприятнымиличностями" Барби никогда дела не имела, и улыбающаяся"Бекки-Чемпионка-Олимпиады-для-инвалидов" является вопиющимисключением, чем-то вроде "своего еврея", способом компании«Маттел» прикрываться от обвинений. О том, работает лимоногамия, мы узнаем только теперь, когда Барби рассталась с Кеном иначала встречаться с Блейном. 45 лет — неплохой срок для однихотношений, да и брак Алана с Мидж тоже длится уже более трех десятковлет, но, может быть, теперь, когда Барби стала свободной женщиной,она начнет менять мужчин чаще?

Я попыталасьсформулировать, какие «наставления» можно получить отБарби сегодня, в 2004 году. Мой список почти нигде не совпадает сосписком Шапиро буквально, но явно коррелирует с ним в некоторыхглобальных вещах. Мой список оказался таким:

1. Свои — этосвятое. Барби абсолютно предана своим подругам и всегда защищает ихинтересы. Иногда эти подруги растворяются в небытии, но этосвойственно и людям в реальном мире, а вот ссор и скандалов в жизниБарби не наблюдается — если сор и существует, то его никогда невыносят из избы. Все мелкие трения должны разрешаться на месте припомощи дружеской шутки и удачно найденного компромисса.

2. Идеалы существуют— и Барби дает понять, что эти идеалы достижимы.

3. "Это никогдане случится с нами". Боль и страдания на сегодняшний день вкакой-то мере действительно являются частью мира Барби. Дело нетолько в подруге-инвалиде, но и в том, что люди, появляющиеся всюжетах о Барби, могут страдать и переживать, правда, причины почтивсегда оказываются какими-то кукольными, благо в мире Барби несуществует смерти, тяжелых заболеваний, насилия и других элементоввитальной опасности. Однако люди в мире Барби могут беспокоиться покарьерным причинам, жалеть о потерянных предметах, переживать из-зассор с друзьями или страдать из-за социальной неустроенностиокружающего мира. Но все-таки никакие тяжелые события никогда непроисходят с самой Барби и фактически никогда с ее друзьями. Барбибуквальным образом демонстрирует, что неприятности, конечно, могутслучаться, но уж, конечно, не с нами и не с нашими близкими.Прекрасная экзистенциальная защита, если ее действительно удаетсяпринять.

4. Социум —это бог. Самое ценное в мире Барби — это успешность исоциальная адаптированность. Человеку можно простить мелкие ошибки инарушения этикета, но нежелание тусоваться с друзьями, ходить навечеринки и в туристические походы или петь караоке воспринимаетсякак социальное преступление. С таким человеком что-то не так.

5. Терпимость делаеттебя лучше. Я буду много говорить об этом позже, но у меня, в целом,создается впечатление, что Барби не так терпима, как политкорректна.Единственные меньшинства, с которыми она имеет дело, — этоэтнические меньшинства, представители которых при этом принадлежат ктой же классовой прослойке, что и сама Барби. Таким образом, мневидится, что Барби воспитывает в девочке не интернационалистку и нечеловека, терпимого к уже упомянутым альтернативным образам жизни, а,скорее, человека тактичного в тех ситуациях, когда речь идет окачествах, отличных от твоих собственных, если, конечно, эти качестване заслуживают немедленного порицания.

6. Успевай все, будьвсем. Если по какой-то причине твоя жизнь ограничена только работой,только карьерой, только семьей или только общением с друзьями, тынеполноценен. В мире Барби никто не имеет права уклоняться от техзанятий, которые считаются полезными и здоровыми. Если ты чего-нибудьне успеваешь, значит, с тобой что-то не в порядке.

7. Твой народ всегдаправ. Исключительный патриотизм Барби в современном глобализированноммире выглядит странно. Такое впечатление, что французская Барби невступила бы в Евросоюз. Масштаб патриотизма этой куклы таков, чтолюбое достижение нации вызывает у нее экстатический восторг.

8. Дружба заменяетлюбовь. Барби всегда была холодновата с Кеном, но ее отношения сподругами, очевидно, давали и дают ей эмоциональный необходимыйfeedback. Недостаток мужчин действительно не портит вечеринку, ноотсутствие вечеринки является настоящей трагедией, сравнимой только сотсутствием любви у людей другого склада.

9. Ты — этото, что на тебе надето. Занятия — это одежда, образ жизни —это одежда. Внешний облик равняется identity. He исключено, что Барби— последний в мире человек, готовый с удовольствиемпереодеваться к файф-о-клоку каждый божий день. Невозможнопредставить себе, что Барби отправится на работу в том же костюме, вкотором она идет за покупками или поедет навещать родственников,внезапно попавших в больницу, прямо в чем стояла. В плане сложностиэтикета в одежде Барби может сравниться только с девушкой из хорошейвикторианской семьи или с южанкой времен Скарлетт О'Хара.

10. Вещи для жизни,а не жизнь для вещей. При всех обвинениях Барби в излишнемконсюмеризме можно заметить, что она никогда не приобретает ничегобесполезного. Барби не покупает стеклянных зверушек и при всей своейлюбви к красивой жизни не набивает "Дом мечты" предметами,которые нельзя использовать по назначению. У нее две сотни сумок, нокаждую она носила хотя бы по разу.

11. Дети тоже люди.Отношения Барби с ее многочисленными сестрами и их друзьямидемонстрируют крайнее уважение к младшим и к их интересам, равно каки готовность беседовать с ними на равных, — качество,которому мог бы поучиться любой реальный тинэйджер.

12. Здоровый образжизни необходим. Можно долго говорить о том, какой должна быть диета,чтобы иметь фигуру, как у Барби, но де факто «Маттел» неограничивает свою куклу в пирожных, не утверждает, что она живет наодних лишь листьях салата, и не заставляет ее бегать по 5 кмкаждое утро, а приверженности Барби разнообразным видам спорта можнотолько позавидовать.

Конечно, этимипостулатами (даже если считать их верными) "жизненные уроки"от Барби не исчерпываются. Влияние Барби на девочек, конечно, никоимобразом не следует преуменьшать. Меня настораживает, скорее, таузость, с которой обычно оценивается это влияние. Как ни крути, асуществует по крайней мере одна установка, которую Барбипропагандирует уже сорок шесть лет и которая остается совершенноактуальной при любых социальных и политических обстоятельствах: "Еслиприложить достаточно усилий, жизнь твоя может стать вполнепрекрасной". Мне кажется, такой подход в воспитании дорогогостоит, даже если некоторые аспекты этого воспитания вызываютнескончаемые яростные споры только усиливающиеся с выходом каждойновой более или менее значимой модели куклы. И одной из главных темдля таких споров была и остается тема сексуального гендерноговоспитания.

Глава двенадцатая

ДУСЯ-АГРЕГАТ: БАРБИ И ГЕНДЕРНОЕВОСПИТАНИЕ

Во время последнейпоездки в Болонью я болела гриппом и при этом была вынуждена оченьмного работать. Возвращаясь с очередной деловой встречи стемпературой эдак за 39, я, волоча ноги к очередной стоянке такси,увидела автомобиль, настолько не вписывающийся в мои представления обавтомобилях вообще, что с тоской подумала: "Наконец допрыгаласьдо бреда". Передо мной был Фольксваген-"жук",покрашенный в ярко-розовый цвет. На боку удивительного автомобилябледно-розовыми корявыми буквами был выписан логотип Барби, надвыхлопной трубой был нарисован бантик. Когда я обошла машину спереди,я обнаружила, что ее фары обведены густой черной каймой и к нимпририсованы длинные густые ресницы. Автомобиль оказался не плодоммоего больного воображения, а вполне реальным: через пару дней, придяв себя, я увидела его на том же самом месте. В тот момент Барби ещене слишком интересовала меня, и мне не пришло в голову подойти ипоговорить с хозяевами машины. Но так или иначе, это был самыйженственный автомобиль, который я когда бы то ни было видела.

Одна из наиболее частообсуждаемых тем, всплывающих, когда речь заходит о роли Барби в жизнидевочки, — это тема сексуального и гендерного воспитания.Основная масса претензий к этой кукле и похвал в ее адрес касаетсяименно данной области. Среди наиболее муссируемых вопросов —вопрос о том, внушает ли кукла девочке искусственно созданныегендерные стереотипы, феминизирует ли она играющих с Барби внезависимости от их пола, готовит ли кукла девочек к здоровомуматеринству, является ли Барби сексуальным объектом, развивает лиБарби здоровую (или нездоровую) сексуальность ребенка и создает лиона у девочек искаженный образ женского тела, который впоследствиимучительно отравляет им жизнь.

Существует мнение, что ниодна область индустрии не навязывает потребителям гендерныестереотипы так жестко, как это делает индустрия игрушек, —не только в силу того, что дети легко поддаются внушению, но и в силутого, что в этой области сегментация рынка, т. е. разделениетоваров по принципу соответствия той или иной целевой аудитории, даетисключительно удачные результаты, в сравнение можно привести развечто индустрию производства одежды и косметики. Видимо, этообъясняется тем, что абсолютно подавляющее большинство родителейочень заботится о воспитании в детях «правильных»представлений о гендерных ролях, т. е. стремится научить девочекбыть «женственными», а мальчиков — «мужественными»,что бы эти понятия ни означали. Практика показывает, что некоторыеигрушки оказываются вполне ходовым товаром даже в формате «унисекс»,например "Tickle me Elmo", но в то же время попыткинарушать гендерные стереотипы, предписывая куклам качества, несвойственные в рамках существующего стереотипа соответствующему полу,обрекают товар на немедленный провал. В качестве примера можнопривести, скажем, куклу GI Jane — женскую инкарнацию куклы GIJoe. Первая «женская» кукла этой серии была выпущена в1967 году, она называлась GI Nurse ("Военная медсестра") исовершенно не пользовалась успехом. В 1997 году компания решилапонадеяться на происшедшие за истекшие 30 лет социальные изменения ивыпустила девушку-пилота армейского вертолета — GI Jane. Но иэта кукла не заинтересовала покупателей: девочки изначальноравнодушны к куклам из серии «GI», ровно потому, что онииспокон веков позиционировались как игрушки для мальчиков, а мальчикине видели никакого повода втягивать бабу в серьезное военное дело. Врезультате GI Joe остается идеальным стереотипом маскулинности, аБарби — идеальным стереотипом фемининности.

Реклама как товаров,связанных с Барби, так и самих кукол демонстрирует, как мне видится,абсолютную приверженность компании «Маттел» самым коснымпредставлениям о женственности. Розовый цвет, мягкая музыка, игры, входе которых все участники пребывают в состоянии полного согласиядруг с другом, упор на внешние атрибуты игрушек и разнообразиеаксессуаров — словом, "женский мир" в формате кружкашитья для вдов и сирот. В то время как в рекламах GI Joe звуковоесопровождение оказывается агрессивным, визуальный ряд —жестким, и основная ставка делается не на вид, а на характерперсонажей: их мужество, армейские навыки и исключительныйпатриотизм.

Тот факт, что Барбивнушает девочкам, какой должна быть настоящая женщина в самомконсервативном смысле этого слова, кажется настолько очевидным, чтоприходится часто натыкаться на следующее широко бытующее мнение: еслимальчик играет с Барби, он вырастет фемининным и, скорее всего, будетгеем. В последнее время под эту городскую легенду начали подводитьсерьезную теоретическую базу. Так, в конце прошлого года журнал "TheEconomist" опубликовал результаты некоего психологическогоисследования, показывающего, что у каждого пятого гея любимойигрушкой в детстве была кукла Барби, а, по крайней мере, двое из пятигеев играли с ней от случая к случаю. Если мне не изменяет память, товзрослый мужчина-гей, коллекционирующий Барби, фигурировал вкомическом сериале "Уилл и Грейс". Мне попадалась на глазаистория о том, как знаменитый актер Руперт Эверетт снимался в незаконченном по сей день "Тихом Доне" Бондарчука. СейчасЭверетт, сыгравший Мелехова, давно "вышел из чулана" и нескрывает, что он гей, но в те годы сексуальная ориентация актераоставалась тайной. По словам Бондарчука, он раскрыл тайну следующимобразом: придя без предупреждения к Эверетту по какому-то неотложномуделу, он обнаружил, что вся квартира завалена куклами Барби, которыесобирал и которыми играл любовник знаменитого актера. Бондарчук, пословам свидетелей, был в шоке.

Сами геи относятся кБарби вполне лояльно. Я не нашла никаких свидетельств тому, что Барбиявляется особой иконой или идолом в гей-среде, но, например,известный гей-курорт "Farma de Amuedo" его обитатели изавсегдатаи называют «Barbieland», поясняя, что словом«Барби» называют обеспеченного, стройного и ухоженногомужчину (любопытно, что здесь фактически переносят на другой полосновные элементы имиджа Барби как обеспеченной, стройной и ухоженнойженщины). Вообще мальчик, заинтересованный в игре с Барби, —не такая уж редкость. Одна моя знакомая, любезно согласившаясяподелиться со мной историями о Барби, когда узнала, что я пишу книгу,рассказала о своей подруге. Когда в России появилась Барби, подругакупила себе эту куклу. Она мечтала о ней все детство. Ее сыну тогдабыло 5 лет. Он немедленно отобрал куклу и заставлял маму шить на нееодежки и помогать ему переодевать Барби. Я ничего не знаю одальнейшей судьбе мальчика, но почему-то сомневаюсь, что онобязательно вырос геем по этой причине. Интересно, что когда речь вбеседах родителей идет о желании мальчиков играть с куклами, обычныеманьки или пупсы вызывают у родителей гораздо меньше паники, чемБарби. Объясняется это, надо полагать, ровно тем фактом, что Барби,согласно общему мнению, "воспитывает женственность".Гораздо реже встречаешь родителей, полагающих, что Барби является длямальчика не ролевой моделью, какой она, возможно, является длядевочки, а обыкновенной сексуальной игрушкой: он видит в ней небудущего себя, а просто женщину… Впрочем, об этом позже.

Другой аспект восприятияБарби создается совокупностью ее ультраженственности и идеи о том,что девушка может всего добиться сама и прожить прекрасную жизнь безмужчины, довольствуясь окружением подружек. Благодаря этим факторамуже саму Барби, а не играющих с ней мальчиков нередко подозревают внестандартной сексуальной ориентации. Художник Альберт Крудонесколько раз изображал Барби во время сексуальных игр с подругами,эта серия фотографий называлась "Фантазии Кена". Масла вогонь в свое время подлила скандальная и весьма показательная историяс фильмом "Барби тоже плачет". Кукольный фильм изображалБарби и ее подружку в качестве участниц лесбийской эротическойистории о несчастной любви (по требованию компании «Маттел»фильм был запрещен к показу на мексиканском фестивалекороткометражных фильмов в 2001 году). Новый виток темы "Барби —лесбиянка" возник буквально несколько месяцев назад, когдаразрешилась в пользу истца нашумевшая "История про девочку вфутболке". Речь идет об американской старшекласснице-лесбиянке,явившейся в школу в футболке с надписью "Barbie is lesbian".Демарш был сочтен неуместным, девочку отстранили от учебы, она подалана школу в суд и выиграла дело: суд счел надпись на футболке вполнеполиткорректной в рамках защиты gay pride. Среди аргументов,используемых обвинением, фигурировало утверждение, что Барби —обычная женщина, точно такая же, как сама истица, а поэтому заявление"Барби — лесбиянка" подчеркивает право любой женщиныбыть лесбиянкой. Суд счел этот и другие аргументыудовлетворительными.

Значение Барби всовременном мире и вера родителей в ее влияние на девочек так велики,что любой шаг этой куклы немедленно оказывается поводом для бурныхспоров. Часто тех, кто приходит в ярость от маркетинговых ходов«Маттел», легко понять. Так, последний такой спор на моейпамяти возник буквально год назад, когда выяснилось, что «Маттел»начала выпускать компьютеры для детей: розовые, с логотипом «Barbie»— для девочек, голубые, с логотипом HotWheels (бренд, подкоторым «Маттел», условно говоря, выпускает паровозики имашинки) — для мальчиков. Так вот: на мальчиковыхкомпьютерах были военные игры и программы, обучающие естественнымнаукам, а на девичьих — тренажер для развития навыков печати ипрограмма, помогающая писать рассказы… Уж почто я далека отвоинственного феминизма, но от такого расклада сделалось нехорошодаже мне.

В то время как одниругают Барби за навязывание девочкам гендерных стереотипов в области,скажем, выбора карьеры, другие, наоборот, беспокоятся о том, чтокарьеристка Барби совершенно не учит девочек быть хорошими матерями.«Маттел» действительно никогда не делала Барби матерью,как, собственно, и замужней женщиной, но при этом Барби очень многовозится с маленькими детьми: не говоря уже о многочисленныхБарби-учительницах, Барби-сестра постоянно заботится о своих младшихсестренках: от подрастающей Скиппер, которую надо учить вести себя смальчиками, до малышки Кристи, поступившей в продажу в 1999 году и,по всей видимости, специально созданной для игры в «дочки-матери»,хотя официально ничего подобного «Маттел» не заявляла.Кристи — крошечный пупс, которого Барби с наслаждением возит вколяске: "Барби гуляет с крошкой-сестрой". Рут Хендлерсчитала, что материнство "помешает Барби быть свободнойженщиной", поэтому тема материнства была более или менееотыграна в рамках уже описанной мной истории лучшей подруги Барби,Мидж. В пластиковом животе Мидж находится младенец, которого куклавпоследствии может качать на руках (в последней вариации беременнойМидж пол ребенка остается неизвестным покупателю до тех пор, пока онне вскроет коробку. Хороший рекламный трюк, но забавная инициативадля западного мира, где почти каждая будущая мама знает пол своегоребенка с начала второго триместра). В доме Барби есть всенеобходимое для маленьких детей, но опять же считается, что все этопредназначено сестренкам: от качелей на веранде до колясок, отдетских стульчиков до лошадок-качалок. Если вдуматься, messageполучается странный: любить детей можно сколько угодно, но своихзаводить не рекомендуется. Будь Барби живым человеком, она оказаласьбы идеальной кандидаткой на роль богатой незамужней крестной. Ивсе-таки один раз Барби была матерью, правда, об этом мало комуизвестно. Дело в том, что существовала вариация под названием "GoingHome" ("Домой"): блондинка-Барби держит на рукахчерноволосого китайского младенца. Она была выпущена отделениемкомпании «Маттел» в Гонг-Конге и никогда не продавалась вмагазинах: ее раздавали останавливавшимся в гостиницах "Белыйлебедь" и "Джуан Джоу" — точках, где собираютсяродители, приехавшие усыновлять китайских детей. Когда этот фактраскопали коллекционеры Барби и сообщили о нем на одном изофициальных форумов, история вызвала подлинный фурор. Одна женщинанаписала, что дорого дала бы за возможность приобрести такую куклу залюбые деньги: она хотела бы подарить ее своим друзьям, "которыепослезавтра отправляются в Китай именно за этой надобностью!".Большинство участников дискуссии одобрило эту темноволосую инкарнациюБарби; говорилось, что "в роли матери она выглядит исключительнотрогательной и нежной". И все-таки почти все сходились вомнении, что видеть Барби в роли матери — крайне странно, дажеесли она никогда не рожала этого ребенка.

Одной из причин, покоторой Барби никогда не рожала ребенка, а также одной из причин,из-за которой разгорелся скандал вокруг беременной Мидж, был вечныйвопрос о сексуальной жизни Барби. Дискурс "Барби и секс"присутствует в масс-культуре в огромном объеме. Постоянно муссируетсямнение о том, что Барби воспитывает в детях так называемую раннююсексуальность, — что бы ни означал этот вполнебессмысленный термин, — и вообще наводит детей на нечистыемысли. Моя ныне 25-летняя знакомая рассказывает, что когда Барбивпервые появились в России, она получила такую куклу в подарок. Наследующий день бабушка выкинула Барби в мусорное ведро, сказав, чтонеприлично держать в доме "куклу с грудями". Российскаяпресса в какой-то момент с удовольствием обсуждала сообщение ожелании Министерства образования запретить продажу Барби в России,поскольку она "вызывает у детей чрезмерную сексуальность",что бы ни значила эта антинаучная абракадабра.

Глава тринадцатая

СУПЕРШЛЮХА: БАРБИ И СЕКС

Но для того чтобыговорить о способности Барби воспитывать в детях "чрезмернуюсексуальность" или вообще хоть как-то влиять на детскуюсексуальность, хорошо бы сперва разобраться, что происходит ссексуальной жизнью самой Барби и с восприятием этой жизни нами, т. е.теми, кто видит в пластиковой красавице не то секс-символ, не тосекс-монстра.

С одной стороны, Барбиприсущи сексапильность и женственность, она явно делает все, чтобывыглядеть как можно привлекательнее; с другой — компания«Маттел» с завидным упорством отстаивает невинность куклыи делает целенаправленные попытки пресечь распространение любогодругого мнения. Постоянно транслируемый Барби двойной сигнал делаетее образ особо провокативным. Она оказывается очень сексуальной исексапильной, развратной по своему поведению и сознающей собственнуюпривлекательность девочкой-подростком, но при этом абсолютно невиннойи неискушенной, не имеющей в реальности никакого сексуального опыта,т. е. транслирует образ, появляющийся, если верить статистике, вфантазиях чуть ли не 80 % мужчин. Пресловутый двойной сигналобусловливается, помимо прочего, манерой Барби одеваться.Коллекционные куклы, обычно выставляемые там же, где и куклы игровойлинии, т. е. постоянно попадающие в поле зрения детей, иногдамогут выглядеть весьма провокативно. Например, платье выпущенное в2000 году "Барби-Вечерняя-иллюзия" имеет абсолютнопрозрачный лиф сеточкой, да и куклы игровой линии часто одеты вкрошечные маечки, обтягивающие шорты или платья с глубоким декольте.Недавно случился скандал совершенно особого рода: в серии Silkstone,предназначенной для коллекционеров, были выпущены несколько Барби вочень сексуальном нижнем белье. До сих пор белье для Барби всегдапродавалось отдельными комплектами, но эти куклы выставлялись прямона магазинных полках в черных кружевных чулках с подвязками, в белыхкружевных комбинациях и в прозрачных роскошных пеньюарах. Ихпоявление оказалось прекрасным новостным поводом: почти все СМИнаписали о падении последнего бастиона невинности. «Маттел»отнекивалась, объясняя, что она уступила просьбам коллекционеровсоздать куклу в нижнем белье, на которую можно будет примерять другиенаряды. Кроме того, компания настаивала, что эта кукла никогда непопадет в руки детям и предназначена для взрослых коллекционеров (наделе ничего подобного, конечно, нельзя было ни гарантировать, ниотследить). В какой-то мере происшедшее действительно видится мне какпадение последнего бастиона невинности: в последние годы компании«Маттел» стало абсолютно ясно, что попытки защищать честьпоследней девственницы Америки в суде, борясь с художниками ипоэтами, выставляющими Барби в качестве сексуального объекта,обречены на провал. Зазор между декларируемым и реальным имиджамикуклы, и без того весьма солидный, грозил стать катастрофическим. Ясовершенно не исключаю возможности, что, создавая Lingerie Barbie,«Маттел», среди прочего, пыталась угнаться за собственнымпаровозом, т. е. несколько сократить этот зазор, действительносоздав вполне сексуальную Барби, но как бы предназначая ее взрослойаудитории. В то же время не исключено, что эти «бельевые»Барби действительно не попадут к детям: у них подчеркнутостаромодные, утрированные черты лица, считающиеся, по результатамопросов, крайне непривлекательными для современных девочек, привыкшихк куклам с вполне реалистичной внешностью. Таким образом,провокативные Барби вполне способны и в самом деле оттолкнутьмаленьких покупательниц.

Барби, с ее пышнойфигурой и невинным личиком, оказывается прекрасным объектом длясексуальных проекций. Взрослые постоянно подозревают ее если не вналичии сексуальной жизни, то, по крайне мере, в наличии сексуальныхжеланий. Имя Барби часто является псевдонимом на порносайтах и всекс-чатах. Существуют две довольно известные эротические модели,называющие себя Barbie Twins (во избежание проблем с копирайтом этиразумные дамы пишут слово «Barbi» без конечного "е").Именно такое восприятие демонстрирует нам, например, стишокнеизвестного автора:

Даже дети уже знают,

Барби разные бывают:

Топ-модели, и врачихи,

И невесты, и пловчихи.

Говорят, а может шутки, —

Барби есть и проститутки.

Другой стишок подназванием "Барби-супершлюха!" не заслуживает цитирования,но в целом сводится к декларации постулата, заявленного в названии.

Желая понять, насколькодалеко заходят такие представления о Барби у взрослых и как сильноони распространены, я поставила небольшой эксперимент.Зарегистрировавшись на официальном сайте коллекционеров Барби вкачестве новичка, я задала на форуме вопрос: "Как вы думаете,занимается ли Барби сексом?" У меня совершенно не было желаниябросить бомбу в толпу: я подробно объяснила, что пишу книгу, чтовопрос мой носит исследовательский характер и что я очень, оченьпрошу всех не воспринимать его негативно. Полтора года внимательногочтения сообщений на этом форуме убедили меня, что коллекционерыБарби, о которых я еще много буду говорить, бывают очень разнымилюдьми: разного уровня, разного статуса, разного класса, но все ониболее или менее адекватны и вполне способны приходить к компромиссу вдискуссиях на самые разные темы. Даже понимая некоторуюпровокативность собственного вопроса, я была потрясена силойнегативной реакции на него. Мне фактически намекали, что хорошо бы яубралась с форума навсегда. За несколько часов мой пост собрал более50 комментариев — невероятный рейтинг для этого форума.Вмешались даже модераторы форума — официальные представителикомпании «Маттел», сообщившие, что они "не видят ввопросе ничего оскорбительного", но все-таки просят всехучастников дискуссии реагировать сдержанно и не переходить наличности. Просьба эта не слишком помогла: некоторые комментарии былисделаны в таком тоне, что модераторы прикрыли тему от греха подальше.Из 50 полученных мной комментариев только 4 напрямую говорили о том,воспринимают ли они транслируемый Барби сигнал как эротический, —я была, например, очень благодарна даме, рассказавшей, что у разныхкукол, присутствующих в ее коллекции, разные отношения с темой сексаи по-разному устроенная сексуальность. "Например, —написала она, — мои Барби из серии Silkstone —женщины-вамп. Они доводят мужчину до состояния, когда он валяется уих ног, а потом ничего ему не дав, разворачиваются и уходят".Некоторое количество ответов сводилось к тому, что в бытность своюдетьми обладательницы Барби "разыгрывали с ней сексуальныесцены" (что никаким образом не подразумевалось в моем вопросе!),но сейчас — в качестве взрослых людей — "они даже недумают о таких глупостях". Довольно большое число участниковдискуссии было оскорблено предположением, что Барби недостаточноневинна. На протяжении нескольких часов этой напряженной беседы я изовсех сил старалась сбить волну народного гнева, подробно и смаксимальными экивоками рассказывая, зачем мне понадобилось задаватьтакой сложный вопрос. Я давала указания на другие исследовательскиематериалы, приводила примеры высказываний о Барби как о секс-символе,цитировала статьи и получала в ответ заявления, что люди, способныевидеть в кукле секс-символ, "должны бы были обратиться кпсихиатру". Вместо психиатра я обратилась на другой форум —форум, где обсуждалась история с художником Томом Форсайтом,изображавшим Барби в разнообразных сексуальных позах и недавновыигравшим иск у «Маттел», пытавшейся защитить честькуклы. В этой среде, совсем не обожествляющей компанию «Маттел»,в отличие от членов официального Клуба коллекционеров, я задала тотже вопрос и получила совершенно другие ответы. Барби называли шлюхойи потаскушкой, объясняя, что она-то, может, и хотела бы бытьневинной, но, как выразился один из участников дискуссии, "тот,кто покупает ей одежду, должен запретить ей выходить на улицу поздновечером, а то проститутки забьют ее в рамках борьбы с конкуренцией".В этом разговоре поднялась еще одна тема, постоянно возникающая,когда речь идет о сексуальности Барби: тема сострадания беднойдевочке, которая хотела бы потрахаться, но не с кем и нечем. Мне далиссылку на карикатуру, изображавшую Барби и Кена, скинувших с себяодежды и в недоумении рассматривающих собственные тела, —намеренно или бессознательно художник создал образ, коннотирующий собразом Адама и Евы, "узревших, что наги". Правда, вотличие от Адама и Евы, Барби и Кен приходят в ужас по совершеннодругой причине: у Барби, естественно, обнаруживается гладкое местовместо гениталий, а у Кена — его знаменитые вделанные в телопластиковые трусы. Надпись под картинкой гласит: "Барби и Кенобнаружили, что секс — это действительно проблема".

То же сострадание,выраженное куда как более непосредственно, демонстрируется автором поимени Ив на сайте Стихи. Ру:

Барби носят колготки,

Юбочки и трусы,

Барби просто красотки,

Одна лишь беда — без пизды.

С ними гуляют Кены —

В смокингах джентельмены,

Их торсы, как у спортсменов,

Одна вот беда — нет членов.

Я в Барби дыр насверлю,

Кену приделаю хуй.

Им счастье любви подарю,

Давай, не стесняйся, суй!

Отдельной причиной длянародного сострадания в адрес Барби являются уже упоминавшиеся мнойподозрения, что Кен на самом деле — гей и интересуется толькосвоим другом Стивом, а бедную Барби не отпускают в общество другихмальчиков. Впрочем, не исключено, что теперь, с появлением в ее жизниБлейна, дело пойдет лучше.

Особенно наглядно тему"Барби как сексуальный объект" развивают разнообразныепроизведения современного искусства. Приведу один пример: не такдавно «Маттел» проиграла еще одно дело против художников.Скульптор Сьюзи Пит, хозяйка ныне не функционирующего сайтаdungeondolls.com, создала ряд кукол в садомазохистском стиле. Телокукол было вылеплено ей самой, видимо, для того, чтобы придать грудии гениталиям куклы более реалистичный вид. А вот что до головы, тоПит использовала голову от оригинальной маттеловской Барби моделиSuperstar. Несмотря на то что куклы Пит были предназначены на продажуи, таким образом, являлись коммерческим продуктом, суд счел ихпародийными произведениями искусства.

Дети, однако, обычно незадаются вопросом о том, занимается ли Барби сексом, все ли у нее впорядке с гениталиями и не надо ли ей помочь с этим делом. Детиобладают волшебной способностью приписывать кукле те качества,которые считают нужными — вне зависимости от реалий. Помиморассказов о детских играх "в секс" с Барби и Кеном,существуют истории другого рода: в них демонстрируется детскоевосприятие Барби как женщины вообще, т. е. как объекта,обладающего характеристикой «пол». Одна из моихкорреспонденток прислала мне прекрасную историю о двух мальчиках.История начинается с того, что автор письма перехватывает у одного изиграющих мальчиков взгляд, по ее словам, "преисполненный нехилымблеском и такой же долей охотничьего азарта — такой, бывает,видишь в баре, где ты единственная женщина, а все остальные —мужики". "Мальчик с нехилым блеском" в глазахспрашивает у своего товарища по играм: "Ты когда-нибудь голуюбабу видел?" — "Что — совсем-совсем,просто абсолютно, даже без трусов?" — «Да».Собеседник, обреченно и отчаянно: "Нет!" Провокатор: "Ахочешь посмотреть? У нее даже ноги раздвинуты и все видно".Собеседник: "Да!" Далее мальчики отправляются к кукольнойкроватке, на которой лежит покинутая девочками Барби. На нейдействительно нет трусов, и у нее действительно раздвинуты ноги.Некоторое время мальчики с восторгом рассматривают куклу. На вопросрассказчицы: "Что это вы тут делаете?" — онаполучает в ответ: "Вы тоже так можете?" Другая ситуациябыла описана на сайте Анекдот. Ру в разделе читательских историй:маленькая девочка собирает на пляже сигаретные окурки и вытаскиваетиз них фитиль. На вопрос мамы, зачем она берет в руки эту гадость,девочка отвечает: "Мама, ты не понимаешь: это тампаксы дляБарби!" Девочке шесть лет, и тампаксы и потребность в нихассоциируются у нее именно со взрослыми женщинами. То же восприятиеБарби как взрослой и сексуально зрелой женщины демонстрирует ужецитировавшийся мной фанфик Майи Сесиашвили под названием: "Еепоследняя Барби". Именно там описывается сцена, в которойдевочка Нина торопится раздеть вымечтанную и наконец полученную куклуБарби: "Нина ахнула: у ее обожаемой "Барби-Роскошная-гибкость"с безупречным маникюром не было письки — ни в каком, даженарисованном, виде. Для Нины это было неожиданностью. При такихбольших, красивых сиськах не иметь даже самую маленькую писечку —это не укладывалось в головку маленькой девочки". Дальше Нинапроверяет, так ли обстоят дела у других Барби, и успокаивается,узнав, что ее кукла пусть и несчастный инвалид, но не выродок в своемроде. Физические изъяны Барби начинают вызывать у Нины уже неизумление, а, скорее, сожаление. Цитата: "Все больше детскоевосхищение куклой уступало место искреннему сочувствию" —тому самому сочувствию, о котором уже шла речь применительно квзрослым.

И все-таки в планегендерного воспитания только одна тема способна вызвать большеспоров, чем предполагаемая сексуальность Барби и ее способностьвнушать маленьким мальчикам и девочкам нечистые мысли. Это тема того,как Барби влияет на восприятие девочками женского тела и женскойкрасоты. Главное обвинение звучит так: фигура Барби чудовищнонереалистична. Если бы Барби была настоящей женщиной, ее мерки, еслимне не изменяет память, были бы 102—64–98. При такихпропорциях Барби не могла бы стоять прямо и была бы вынуждена ходитьна четвереньках, что тоже оказалось бы нереальным из-запреувеличенной длины ног. Чрезмерно вытянутая шея не позволяла быБарби держать голову прямо и создавала бы постоянные проблемы спозвоночником. Словом, считают обвинители Барби, нереалистичность еепропорций формирует у маленьких девочек превратное представление отом, какой должна быть их собственная фигура, когда они вырастут;Барби вселяет в девочек подспудно недовольство своим телом на всюжизнь. Другая составляющая той же претензии: если бы даже Барби имелафигуру 90–60—90, с которой, понятное дело, вполне можноходить на двух ногах, — она все равно была бы исчадьемада, возможно, даже худшим, чем сейчас: ведь женщины с такой фигуройдействительно существуют, но важно ли это? Барби внушает девочкаммысль о внешней привлекательности как главной составляющей успеха; пословам обвинителей, она декларирует, что любовь, богатство, дружба,популярность и все прочие радости жизни положены только оченькрасивым, хорошо одетым девочкам с идеальной фигурой.

Здесь мы тоже, как мнекажется, имеем дело не с реальной проблемой, стоящей перед ребенком,а со взрослой проекцией, основанной на взрослом опыте. Хорошаявнешность, как ни крути, действительно является большим социальнымпреимуществом, неплохим подспорьем на пути к личному ипрофессиональному успеху. Можно сколько угодно бороться с обществом,в котором существует такое положение вещей, но обвинять в нем однулишь Барби было бы по меньшей мере несправедливо. Одна мама нафоруме, посвященном отношениям детей с куклой Барби, пишет: "Да,Золушка тоже красавица, но сказка о Золушке учит, что человек можетбыть одет в лохмотья, но если он добрый, то достигнет успеха. Менягораздо больше волнует кукла Барби и то, что она учит девочек бытьочень стройными и пользоваться косметикой". Чрезмерность такихобвинений вполне демонстрируется тем фактом, что среди черт, неустраивающих воинственных родителей, — слишком маленькиеножки Барби с оттянутыми носками, чтобы на куклу можно было надеватьтуфли на высоких каблуках. Видимо, возмущение этим свойством куклыизначально вызвано опасением, что девочка будет травмирована, если еесобственная нога окажется большой, но иногда мне начинает казаться,что люди, высказывающие свое недовольство острыми ножками Барби,всерьез опасаются, что девочку может травмировать собственнаянеспособность всегда ходить на цыпочках. Вера во влияние Барби набудущую внешность девочек или на требования, предъявляемые к этойвнешности ими самими, настолько велика, что по этому поводусуществует немало анекдотов. Один из самых обаятельных, на мойвзгляд, — анекдот о Бабе-яге, удрученно стоящей передзеркалом. В зеркале отражается высокая грудь, тонкая талия, длинныеноги, белая кожа, золотистые волосы и алые губы. "Эх, —говорит Баба-яга с тоской, — предупреждали меня: не ешьстолько Барби!"

Впрочем, иногда кажется,что «Маттел» чуть ли не нарывается на обвинения такогорода. Например, в 60-х существовала Барби под названием "Прекраснаяфигура". Энциклопедия Барби комментирует изображение этой куклытак: "Барби сжигает лишние килограммы под кассеты Джейн Фонда".Не сомневаюсь, что если бы кому-нибудь пришло в голову придраться кэтой фразе, он мог бы выйти из себя: а не внушает ли она девочкам,что даже при нынешних пропорциях у Барби есть "лишниекилограммы", а значит, ее обладательницам надо быть еще худей,чем их кукла! Другая страница энциклопедии — та, где речь идето купальниках, — заявляет: "У Барби прекраснаяфигура, на ней отлично сидят как закрытые купальники, так и бикини".Еще более скандальной была существовавшая в свое время кукла подназванием "Скиппер растет": маленькой Скиппер надо быловыкрутить руку, и тогда ее грудь становилась больше, талия тоньше, асама кукла немного подрастала в высоту. "Скиппер растет"оказалась рыночным провалом — родители просто отказывалисьдарить ее дочкам. В последние годы «Маттел» осторожнееотносится к высказываниям подобного рода, сегодня уже не 70-е и дажене 80-е годы. При знаменитом мэйковере 2000 года Барби, как ужеупоминалось, даже приобрела более широкую талию, не такую выдающуюсягрудь, менее рельефные лодыжки и более плоские ступни (этимобъясняется тот факт, что обувь для Барби в последние четыре годавыпускается почти исключительно на платформе, иначе к ней невозможноприделать высокий каблук). Кстати, считается, что Барби вызываетнеправильное представление о женской красоте не только у самихженщин, но и у мужчин. Предположение звучит разумно: в противномслучае система оказывалась бы замкнутой на себя. Мне рассказалианекдот о том, что в продажу поступили кривоногие куклы Барби, —так мальчиков готовят к реальной жизни.

Как на самом делемаленькие девочки воспринимают внешность Барби? Считают ли они, чтонеобходимо иметь фигуру с пропорциями 102—64–98? Личномне не удалось найти никаких доказательств этого факта. Наоборот, прилюбой моей попытке выяснить, как девочки воспринимают внешностьБарби, мне рассказывали истории следующего рода: молодая матьспрашивает свою 5-летнюю дочь, хочет ли она, когда вырастет,выглядеть, как Барби, в ответ на что девочка, по словам матери,смотрит на нее, "как на полного придурка", и с расстановкойговорит: "Мама, Барби — это кукла…" Другаядевочка, девяти лет, заявляет, что самая первая Барби была самойуродливой куклой, которую она когда-либо видела (в музее. —Л.), а современная Барби "лучше, но все равно не похожа нанастоящих людей". Мальчик, расспрошенный мной в магазине игрушекна тему того, красива или некрасива Барби и похожа ли она нанастоящих женщин, объяснял мне, что Барби устроена как в мультиках:"Мы же не ждем, — говорил мне он, — что улюдей будут волосы «лесенкой», большая голова и рот навсе лицо!" Очень сильное впечатление произвел на меня тот факт,что единственными обнаруженными мною людьми, заявляющими: "Барбистала причиной моих проблем с собственным телом", оказалисьвзрослые, откровенно и явно ищущие виноватого в своей излишнейполноте, или в непрестанной борьбе с излишней полнотой, или внедовольстве тем, как они выглядят, или в чем-нибудь подобном.Обвинять же в этом куклу Барби сегодня так же модно, как модно было впервой половине XX века обвинять во всех своих проблемахподсмотренный половой акт родителей. Например, Шеридан Шеффер, бывшая"Миссис USA", публикует статью под названием "Борьба соковами" ("Fighting the Barbie Bondage"). В этойстатье она признается, что, "как и миллионы", по ее словам,"женщин и девочек в Америке, она всю жизнь боролась с оковами,надетыми на нее куклой Барби". На протяжении всей статьи Шефферобвиняет именно Барби в непрерывном голодании (позволившем ей,кстати, создать ту самую фигуру, благодаря которой она выиграла рядпрестижных конкурсов красоты), в страданиях по поводу своейнеудовлетворенности собственным внешним видом и в страхе, чтонедостаточная красота помешает ее личному успеху. При этом Шефферполностью игнорирует упомянутый ей в той же статье факт отношения ктеме внешности ее собственных родителей. Она рассказывает, что "матьбыла настоящей калифорнийской красавицей, а отец был очень хорошсобой и исключительно популярен в кругу своих друзей", и ониявно выражали свое разочарование недостаточной популярностью своейдочери. Вербализовав этот факт, Шеффер тут же возлагаетответственность за свои проблемы на… Барби.

Другое свидетельство —описание домашней работы студентки Стэнфорда, изучающейкультурологию. Она рассказывает, что ее преподаватели организовалиакцию под названием "Барби, какой мы хотели бы ее видеть",предложив всем студентам приобрести кукол Барби и изменить их так,как они считают нужным, дабы приблизить образ Барби к образу реальнойженщины. Девушка пишет, что в школе, особенно в старших классах, "ейбыло трудно смириться с собственными полными ногами, плоской грудью,слишком большой попой и животиком, за который ее поддразнивали".В тот момент, по признанию самой девушки, Барби ее совсем неинтересовала. Но дальше, в типичной современной манере psychobabble,студентка сообщает, что "заданные Барби представления о красотепрочно засели в ее сознании, в ее мозгу". Дальше она беретсяутверждать, что с 8 класса она начала "бессознательно пытатьсясоответствовать имиджу Барби": отращивать длинные волосы иносить лифчик с поролоновыми вкладышами. Дальше идет подробныйрассказ о том, что теперь она — "взрослый человек,решивший свои проблемы, несмотря на некоторую сохранившуюсянеуверенность в себе по поводу собственного тела". В качестведомашнего задания она проделала со специально приобретенной Барбиследующие манипуляции: используя глину для моделирования, увеличилаБарби попу, ножницами отрезала у нее по кусочку от слишком длинныхног, отстригла роскошные волосы, но при этом надела на нее —угадайте с трех раз — да, лифчик с поролоновыми вкладышами.Девушка утверждает, что эта реконструированная Барби помогла ей"справиться со своей неуверенностью, а не продолжать прятать ееглубоко внутри"…

Таких свидетельств «вины»Барби существует предостаточно, и их убедительность оставляет желатьлучшего. Валить вину на Барби модно. Я еще не видела ни одноговысказывания вроде: "Народные сказки о прекрасных принцессахбессознательно въелись в мой мозг и навсегда разрушили моюуверенность в собственной внешности". В одной из песенок группы"Мэйр Вэйкфилд" поется: "На самом деле никто невыглядит как Барби. Пытаясь стать такой, ты себя доконаешь, поэтомулучше перестань пытаться. Около миллиона девочек умирает, так что,детка, садись к столу и ешь" (фраза "садись к столу и ешь"повторяется рефреном на протяжении всей песни). Обсуждение темы"хорошо бы «Маттел» когда-нибудь выпустила полнуюБарби, похожую на настоящую женщину", стала абсолютно общимместом, однако практика показывает, что, как это часто бывает, всеготовы ратовать за благодетель, но не готовы ее поддерживать. Попыткивыпускать полных fashion dolls, способных конкурировать с Барби,провалились, как провалились попытки продавать GI Jane. Сочетатьгламур, делающий куклу привлекательной как для маленьких девочек, таки для коллекционеров, с не слишком идеальными пропорциями фигуры насегодняшний день невозможно: это противоречит понятиям о женскойкрасоте, диктуемым не Барби, но медиа. Невозможно требовать от кукол,чтобы они были одновременно ролевыми моделями и толстушками, покакаждый биллборд, наблюдаемый нами на улице, демонстрирует связьсчастья и любви с параметрами 90–60—90. Даже когда Барбитолько появилась на свет, существовала кукла Тэмми — тожеfashion doll, но с куда как более скромной фигурой. Онавоспринималась потенциальными маленькими обладательницами не вкачестве объекта для подражания — сверхпопулярной, бойкойдевицы, знающей, как добиться любви и внимания к себе, а в качествеgirl-next-door, и поэтому вызывала скуку. Менять на ней роскошныенаряды было все равно, что наряжать в них пупса.

Целенаправленная попыткасоздать полную куклу уже в наши дни не только не принесла особенногорыночного успеха, но и сама породила вполне спорный образ. РобертТоннер, хозяин компании Tonner Dolls, в начале 90-х выпустил на рынок16-дюймовую куклу по имени «Эмми». Эмми была обаятельнойдевушкой с фигурой примерно 48 размера. Пресса полюбила ее: о новойкукле писали с восхищением, a "People Magazine" триждывносил Эмми в ежегодный список 50 самых красивых людей Америки.Журнал «Glamour» назвал ее "женщиной года","Lady's Home Journal" избрал Эмми в качестве "самойпотрясающей женщины года" в 1997 году и в качестве "однойиз самых значительных женщин Америки" в 1999-м. В 1998 годукомпания Revlon сделала Эмми одной из своих «селебрити-спикеров».Но вся эта красота никаким образом не повлияла на рынок. Успех Эмминесравним с успехом Барби — и не только среди маленькихдевочек, но и среди коллекционеров. Причины? Одной из наиболееразумных мне показалась версия об исходящем от Эмми противоречивомсигнале (где-то мы уже сталкивались с такой ситуацией, правда?). Содной стороны, она призвана изображать женщину, гордящуюся красотойсвоего полного тела. Но в то же время создатели Эмми одевают ее потем канонам, по каким полные женщины одеваются в нашем обществе,рассчитанном на успех худых: она носит так называемые "маскировочныекостюмы", — большей частью темных тонов, с широкимсилуэтом, прячущим бедра и скрывающим живот. Как было правильнозамечено автором высказывания, "что может заставить детейувидеть ролевую модель, т. е. человека, которым они хотят статьв будущем, в женщине, больше всего напоминающей стыдящуюся своих формнемолодую мамашу?".

Однажды и сама компания«Маттел» выпустила полную Барби, вернее, не совсем Барби,а одну из как-бы-Барби, имеющих черты лица известных женщин. На этотраз стратегически выбранной фигурой оказалась комическая актриса РозиО'Доннел. О'Доннел действительно очень полная женщина, и сделаннаяякобы по ее образу и подобию кукла худее своего прототипа чуть ли нев два раза. Несколькими годами позже тело "Барби О'Доннел"было использовано для создания бабушки Мидж. О том, что это одно и тоже тело, я узнала от коллекционеров — сама компания нигде этотфакт не афишировала. Для этих кукол не выпускают сменную одежду, аобычные одежки Барби на них, естественно, не налезают… В ответна вопрос журналистов о том, почему в мире худых красавиц,олицетворяемых Барби и ее подружками, единственной полной женщинойоказывается старуха, спикер «Маттел» начала защищаться:"Мы совсем не хотели сказать, что «полный» означает«старый», — мы просто хотели создать явнуюразницу между этой куклой и Барби. Девочки любят, чтобы разница былаявной". Ничего не скажешь — для проявления этой разницыбыл выбран интересный параметр. Не так давно на форуме коллекционеровкто-то предложил обсудить вопрос о том, стоит ли компании «Маттел»выпустить, наконец, полную Барби. Обсуждение свелось к скучнымполиткорректным рассуждениям: полная Барби, возможно, "подавалабы правильный сигнал" и т. п. Но при этом ни один изучастников беседы не заявил о собственном желании приобрести полнуюкуклу. Объясняли это следующим образом: "Мы все понимаем, чтоБарби — это плод фантазии ее создателей и воплощение нашихсобственных фантазий; в этом качестве она должна быть очень красивойи совершенно не обязана быть реалистичной". Как сказала однаучастница дискуссии, "чтобы получить толстую Барби, мнедостаточно натянуть на себя розовый сарафанчик". Кроме того,было замечено, что, появись на прилавках полная Барби, это, не дайБог, дало бы девочкам легитимацию перестать следить за собственнымвесом, "что не так некрасиво, как, безусловно, вредно дляздоровья". Эта реплика еще раз показывает, что Барби будетвызывать нападки и порицания, каким бы изменениям ее не подверглипроизводители: такова плата за славу.

Проблема, возможно,частично решилась бы, если бы существовали Барби с разными фигурами,не просто «полные» и «худые» — каксуществуют Барби с разным цветом кожи, а не просто «белые»и «черные». Эта идея абсолютно не поддается воплощению:рыночно решить такую задачу почти невозможно. Кроме того, никто нехочет видеть реальную женщину в качестве объекта для воплощениясобственных фантазий: и дети, и взрослые коллекционеры предпочитаютобладать прекрасной принцессой.

Реальных любителейподражать Барби, т. е. тех, кто демонстрирует серьезнуюпатологию, сознательно пытаясь вписаться в конкретные параметры,заданные куклой, не так уж много. Самым знаменитым случаем, пожалуй,является случай Синди Джексон. Эта дама, периодически выступающая насцене и изредка фигурирующая в роли модели, зарабатывает на жизнь вкачестве консультанта по пластической хирургии и авторапопуляризаторских книг о пластической хирургии и прочих способахизменения внешности. Джексон имеет полное право рассуждать науказанную тему: она сама пережила несколько десятков пластическихопераций в рамках того, что она сама называет "экспериментом попревращению в Барби". Среди операций — удаление несколькихребер, изменение формы нижней челюсти, многочисленные липосакции,изменение формы глаз и ушей, силикон в губах, размещенные,извлеченные и снова размещенные в груди импланты и много другихпрекрасных, занимательных процедур. В своей биографии Джексонбуквально заявляет, что в возрасте шести лет она получила Барби вподарок от родителей и эта кукла "позволила ей мечтать об инойреальности". Правда, другие версии биографии, куда как менеегламурные, утверждают, что Джексон впервые легла под нож, потому чтоее любовник предпочитал сексу с ней игры с куклой Барби. На обложкесвоей книге Джексон появляется одетой в то самое вечернее платье,какое было на Барби, подаренной ей в возрасте 6 лет. Джексон играетроль жупела, по которому бьют все любители обвинять Барби в доведениимолодых умов до помешательства на почве собственной внешности. Другойизвестный персонаж такого рода — удивительное существо по имениАнжелина. Анжелина — знаменитость особого типа. Дело в том, чтоона никто. Эта женщина с большой искусственной грудью, одетая во всерозовое и постоянно носящая одежду и украшения в стиле «Барби-китч»,называет себя "живой Барби", Несколько лет назад любовникАнжелины оплатил достаточно большое количество биллбордов, на которыхкроме, собственно, слова «Анжелина» располагался портерсветловолосой красавицы в вычурных солнцезащитных очках, позирующейна фоне ярко-розового «корвета». С этого момента Анжелинастала знаменитостью и сегодня зарабатывает себе на жизнь, продаваяфутболки и мелкую дребедень с собственным изображением. Последнейэскападой Анжелины была попытка баллотироваться в мэры Голливуда впозапрошлом году. В одном интервью по этому поводу Анжелина заявила,"что воплощает собой мечту всех американских девочек". "Насамом деле Барби хочет быть настоящим человеком, —доверительно сообщила миру Анжелина, — когда она вырастет,она будет мной".

Еще одним примером "живойБарби" можно считать Памелу Ли. Не так давно актриса, которуюуже много лет сравнивали с этой куклой, заявила, что ей нравится бытьБарби и что одежда в стиле Барби составляет половину ее гардероба. Пословам Памелы Ли, менять свой облик она не собирается, несмотря навозраст. Существует и живой Кен — человек по имени МайлзКенделл. 33-летний спившийся красавец вдохновился телешоу, в которомпоказывали Синди Джексон. Он списался с Джексон, и Джексон, считающаясвоим долгом вдохновлять всех, кого можно, на преобразованиясобственного облика, страстно поддержала желание Кенделла стать новымчеловеком. Кенделл прошел несколько десятков пластических операций ив данный момент, по слухам, пишет книгу о собственном опыте. СиндиДжексон была и остается его гуру и идолом.

Все эти случаи, кстати,демонстрируют забавную тенденцию: «живые» Барби и Кены,взрослые люди за 25, а то и за 30, фактически незаконно используютбренд Барби для достижения собственного коммерческого успеха, Скореевсего, с юридической точки зрения тут не к чему прицепиться. ЧтоСинди Джексон, что Анжелина, что Кенделл, что Памела Ли — всеиспользуют «узнаваемость» образов Барби и Кена в своихинтересах. Заявка "Я хочу быть как Барби" или "Я хочубыть как Кен" звучит куда скандальнее и промотирует желающегокуда лучше, чем заявление "Я делаю 23-ю пластическую операциювместо того, чтобы обратиться к психотерапевту". Именнозаявление на тему "Барби — мой идеал" приводит этихлюдей в студии популярных телешоу и делает их ньюзмейкерами — вотличие от тысяч других несчастных, страдающих такой же чудовищнойдисморфофобией, но не додумавшихся прилепить к своей проблеме хорошоузнаваемый бренд.

Перечисленных имен вполнедостаточно, чтобы все желающие обвинить Барби в трагедиях, связанныхс восприятием собственного тела, принялись тыкать пальцами иразмахивать черными флагами. Но даже и в этой ситуации «Маттел»продолжает делать то, что считает нужным. Следующий скандал случилсяосенью 2004 года, когда на прилавках магазинов появилась новаяколлекционная серия Барби "Model of the moment" (всвободном переводе — "Модели сегодня"). Эти Барби,тоже рассчитанные на взрослых коллекционеров, стали еще худее, чемстандартная кукла от «Маттел». Компания предупреждает,что одежда для этих Барби не налезает на остальных кукол. Врачи,педагоги, культурологи и феминистки проклинают «Маттел» ижелают дизайнерам компании гореть в аду. И все-таки допустить мысль,что «Маттел» тривиальным образом пытается создатьинформационный повод, довольно сложно. "Model of the Moment" —новая коллекция, и она позволяет создать новые наборы одежды, которыетребуется покупать отдельно. К созданию этой одежды, как и самихкукол привлечены лучшие дизайнеры; и куклы, и их одежда, продаваемаяв отдельных наборах, весьма дороги. Таким образом, речь опять идет нео навязывании гендерных стереотипов и не о попытках изменить взгляддевочек на жизнь, успех, собственное тело и идеалы человеческойкрасоты, а о рынке — как и положено в любом коммерческомпроекте.

Любые попытки обвинитьпроизводителя игрушек в навязывании детям гендерных стереотипов также наивны, как и попытка уверенно заявлять, что яйцо появилось насвет раньше курицы. На самом деле мы имеем дело со своего родаperpetuum mobile: производитель создает игрушки в соответствии ссуществующим стереотипом ради того, чтобы продукция продавалась какможно лучше; сама продукция, в свою очередь, оказывает влияние натех, кто ей пользуется, таким образом поддерживая стереотипы, которымсама и отвечает. В рамках этой концепции требовать гендернойреволюции от производителя по меньшей мере наивно: с какой статикомпания «Маттел» вместо увеличения своей прибыли должназаниматься спасением человечества? У нее и так уходит довольно многосил на поддержание "хорошей мины" при не слишком хорошейигре путем создания «карьерных» Барби, разработкипозитивного имиджа куклы, производства этнических кукол и т. д.Попытки обвинить производителя игрушек в детских проблемах так женаивны и бессмысленны, как и попытки бывшей "Миссис USA"обвинить Барби в том, за что стоило бы наказать ее родителей.

Глава четырнадцатая

УБИТЬ ПЕРЕСМЕШНИЦУ: НАРОД ПРОТИВКУКЛЫ БАРБИ

Но на пластиковуюкрасавицу от «Маттел», естественно, катят бочку не толькожертвы недовольства собственной внешностью. Как и любая знаменитостьмирового масштаба, Барби расплачивается за свою популярностьнеприязнью со стороны целого ряда культурных групп. За 46 лет еесуществования нелюбовь к Барби, негативные высказывания в адрес самойкуклы и ее производителей стали таким же общим местом, как идифирамбы ее вечной молодости и неувядающей красоте. Винтернет-рубрикаторе Yahoo, одном из крупнейших англоязычныхрубрикаторов мира, в категории «Barbie» существуетотдельная подкатегория — «Anti-Barbie». В нейфигурируют полтора десятка наиболее известных сайтов, систематичноклеймящих и поносящих пластиковую принцессу Америки. Помиморубрикатора, мне удалось обнаружить еще как минимум два десятка болеемелких «антибарбианских» сайтов. Все они имеют разныймасштаб и разный уровень качества. Одни ограничиваются перечеркнутымикартинками, изображающими Барби, и несколькими лозунгами, написаннымикрупными черными буквами на розовом фоне, в то время как другиедемонстрируют посетителю довольно большой выбор авторских материалов,статей, исторических документов и ссылок, касающихся Барби и еесмертных грехов. Обычно помимо общих слов разной степени грубости этисайты содержат остроумные или беззубые издевки над имиджем Барби,самые разнообразные предложения переделать Барби так или эдак, чтобыприблизить ее образ к образу реальной женщины, советы, как поступитьс Барби, находящейся у вас в наличии (от предложений разрезать ее накусочки и отдать собакам до предложений повесить ее на люстре илиустроить ей пышные похороны в саду), плюс традиционное разоблачениенеприличного прошлого куклы, а именно — ее кровной связи снемецкой порнографической куклой Лилли. Гораздо реже такие сайтыдемонстрируют хоть сколько-нибудь аргументированное мнение, обычновсе ограничивается нехитрыми прокламациями. Еще реже в таких местахдаются более или менее дельные советы касательно борьбы с влияниемБарби: например, как объяснить ребенку, чем она нехороша, какпереключить его на игры с менее опасными игрушками, как понять,насколько Барби повлияла на ваш собственный образ и т. п.

Благодаря материаламподобных сайтов, интернет-форумам с участием родителей и педагогов,статьям, публикуемым в прессе и прочим материалам, так или иначесвязанным с Барби, можно более или менее четко представить себе, чемэтот маленький кусочек пластика так уж не угодил публике. Я ужеупоминала претензию номер один — возмущение по поводунесходства Барби с реальными женщинами в плане внешности и образажизни. Главными свидетелями обвинения по этому пункту выступаютфеминистки. Отношения борцов за права женщин и компании «Маттел»были чрезвычайно сложными с первого дня возникновения Барби.Совершенно очевидно, что даже если бы «Маттел» поставилаперед собой задачу удовлетворить эту категорию противников, задачаоказалась бы невыполнимой: для этого надо было бы слишком сильноколебаться вместе с линией партии. Когда феминистки 60-х боролись застирание различий между мужчиной и женщиной в личном ипрофессиональном плане, Барби в образе медсестры, балерины ичирлидера казалась им слишком женственной и слишком зависимой отсвоего глуповатого Кена. Сегодня, когда неофеминистки борются заправо женщины быть какой угодно — хоть женственной, хотьнеженственной, хоть карьеристкой, хоть домохозяйкой, —«Маттел» обвиняют, наоборот, в навязывании девочкамкарьерно-консюмеристского образа жизни…

Периодически компанияделает весьма значительные реверансы в сторону враждебно настроеннойфеминистской общественности, стремясь хоть как-то снизить уровеньнегативного пиара, преследующего Барби со дня ее рождения. Например,одним из таких «реверансов» был редизайн Барби,произведенный в 1999 году: тогда кукле, среди прочего, уменьшилигрудь и расширили талию, — свидетельство доброй воли«Маттел». Такие уступки феминисток, естественно, неудовлетворили: ноги Барби по-прежнему оставались слишком длинными, апропорции тела — слишком хорошими. Кроме того, духовная жизнькуклы под скальпелем дизайнера особых изменений не претерпела.Кстати, и в этой ситуации «Маттел» вела двойную игру,объясняя всему миру, что причиной для изменения пропорций куклы сталине постоянные агрессивные наскоки со стороны феминисток, родителей,детских психологов и других заинтересованных лиц, а результатыфокус-групп, проведенных непосредственно с детьми: это, мол, самидевочки захотели придать кукле более реалистичный вид, а вы не тешьтесебя надеждой, что нам можно диктовать правила.

В плане реконструкциивнутреннего мира Барби попытка угодить любительницам стучать встеклянный потолок заключалась в уже описанной мной гигантскойкампании под лозунгом We Girls Can Do Anything. Если кому-нибудь ещетребовались доказательства, что Барби никогда не сможет жить в мире сфеминистками, то доказательства эти были получены: вместо того чтобыоценить мудрый ход «Маттел», феминистки обвинили AmericanGirl Club, скооперировавшийся с производителями Барби для проведенияэтой кампании, в измене идеалам воспитания новой американскойженщины.

Война между «Маттел»и многочисленными mis вышла на новый виток после того, как компаниявынудила Хиру Эдут, бывшего редактора журнал «Mis»(одного из старейших и наиболее уважаемых феминистских изданий США),изменить название своей книги, посвященной вопросам восприятияженского тела и изначально озаглавленной "Adieux, Barbie".Сегодня существует сайт под названием "Adieux, Barbie",призванный бороться против ценностей, диктуемых, по мнению егохозяев, "белокурой бестией". Обращение создателей сайта кпосетителям гласит: "Барби — это просто-напросто способпредоставить мужчинам, проектирующим игрушки, возможность продаватьнам изображения девочек-подростков в коротких юбках и без трусов".Там же говорится, что цель сайта — "позволить детямоставаться детьми и заставить взрослых отдавать себе отчет в том, чтокомпанию «Маттел» интересуют только их деньги!". Какнеожиданно. Как странно. Меня всегда поражает тот факт, что приразговоре об игрушках идея коммерческой компании, занимающейсякоммерцией и стремящейся в результате этой коммерции получить в своераспоряжение деньги покупателей, воспринимается как непристойноеоткровение, в котором взрослые люди должны "отдавать себеотчет". Подобные заявления на сайте клуба анти-Барбидемонстрируют нам, насколько часто мы стремимся переложитьответственность за воспитание своих детей на производителя игрушек.

Другой тип гонителейБарби — это «защитники» Барби. Защитники не куклы ине коммерческого продукта, а того эфемерного виртуального персонажа,который стоит за пластиковой фигуркой в ярких одежках. Такиезащитники тоже обвиняют компанию «Маттел» в преступленияхпротив прекрасной половины человечества, однако саму Барби онирассматривают не как проповедника никуда не годных ценностей, а какжертву. Манифест маленькой организации под названием "BarbieNation Freedom Fighters" гласит: "Барби порабощена!"Здесь нам объясняют, что Барби оказалась рабыней своих бессовестныхпроизводителей-сексистов, которые не дают ей достаточно еды, изнуряютее физическими упражнениями и лишают человеческого тепла, постоянновмешиваясь в сексуальную и личную жизнь своей куклы. Эта маленькаяполушуточная организация дает хорошее представление об идеологии кудакак более серьезных игроков на том же поле. Например, члены группыпод названием "Barbie Liberation Organization"("Организация освобождения Барби"), чья деятельностьначалась в 1993 году под самое Рождество, заходили в магазины игрушеки меняли местами электронные блоки в говорящих Барби и говорящих GIJoe. В результате Барби хриплым голосом грозила неведомым врагам, аGI Joe игриво предлагал отправиться на свидание или занятьсяшоппингом.

Бороться с Барби модно ивыгодно — она хороший ньюсмейкер, и воспользоваться ее славойничего не стоит. Организации и объединения такого рода то появляются,то исчезают в ожидании новостного повода, который позволит ихдеятельности развернуться на некоторое время, привлечь вниманиепрессы и вновь затихнуть до очередного выгодного скандала. Буквальнов те дни, когда дописывалась эта книга, разразился довольномасштабный отечественный скандал вокруг Барби — правда, самаБарби была втянута в него за уши. Дело в том, что в ходеинтернет-этапа конкурса красоты "Мисс Россия" средифотографий доморощенных поджарых красавиц, рвущихся в модели,оказалась фотография милой толстушки по имени Алена Писклова. Позжевыяснилось, что портрет Пискловой подала на конкурс«доброжелательница», желавшая досадить некрасивойдевочке, но первое время пользователи интернета с удовольствиемотдавали свои голоса Алене. Причина предельно проста, ихарактеризуется она детским словом «баловство». Яспециально обошла полтора десятка виртуальных конкурсов красоты, какроссийских, так и зарубежных: в каждом случае, если на конкурс былапредставлена хоть одна фотография какого-нибудь уродца, уродец имелочень высокий рейтинг. Ни о каком "сопротивлении диктатукрасоты" речь, конечно, не идет, — здесь работаетчистый механизм игры. В случае с Пискловой нашлись люди, готовые ксвоему удовольствию эксплуатировать этот механизм. Надев вполнесерьезные мины, они создали сайт под названием "Stop Barbie"и организовали на нем кампанию под слоганом "Барби не пройдет!".К Барби все это имело самое косвенное отношение: она упоминалась вкачестве символа "стандартизированной красоты" (чтовозвращает нас к некоторым уже обсуждавшимся проблемам). Вся "борьбас Барби" ограничилась призывами голосовать за Алену Пискловунесмотря на то, что в манифесте движения говорилось: "Нашедвижение не ограничивается только лишь поддержкой Алены…Стратегически, мы должны отстаивать нашу позицию и доносить ее домасс, до правительства и крупных корпораций. Наша цель —повернуть взгляды не к потребностям среднестатистического человека, ак потребностям отдельно взятого индивидуума". По такомупрекрасному новостному поводу отписались все, от "Московскогокомсомольца" до ВВС. "Борцы с Барби" с наслаждениемдавали интервью и произносили пламенные призывы в формате: "Скажем"Нет!" 90-60-90!" Потом выяснилось, что Пискловойвсего 15 лет, и ее сняли с конкурса. Надо ли говорить, что "борьбас Барби" на этом закончилась. Я ни в коем случае не возьмусьобвинять создателей движения "Stop Barbie" в неискренности— совершенно не исключено, что они действительно противникистандартизации понятия женской красоты, но последовательными в своейборьбе их, мягко скажешь, не назовешь, как, впрочем, и многих другихборцов с Барби, вспоминающих о своих убеждениях от новостного поводак новостному поводу.

Судить об эффективностиподобных кампаний по борьбе с Барби довольно трудно. Совершенно неисключено, что такие действия иногда способны убедить некоторыхродителей в том, что игры с Барби вредны для психического здоровья исветлого будущего их дочерей, но на самих девочек, постоянно тратящихкарманные деньги на приобретение все новых и новых Барби, такиевыпады, по-видимому, никаким образом не влияют. Может быть, дело втом, что о разъяснительной работе с потенциальными жертвами как разникто и не думает: я не нашла ни одной организации, которая хотькак-то занималась бы подобной работой, возможно, потому, чтоорганизовать такую работу гораздо сложнее, чем разместить нескольковыкриков на собственном сайте и совершить пару вылазок в магазинигрушек. А может быть, дело в том, что ненавистницы Барби простонеспособны оценить масштаб независимости современных детей в выборесобственных игрушек. В забавной песенке "Дочери феминисток"американской певицы Нэнси Уайт говорится о том, что девочки, чьиматери борются за независимость и равноправие женщин, хотят выйтизамуж за богатого человека, готового их содержать, совершенно неинтересуются выборами, с трех лет уговаривают мам разрешить имкраситься, и считают, что им пристала жизнь принцесс. В качестверефрена в песенке повторяется вопрос: "Как случилось, что онимечтают о Барби?"

Те, кому кажется скучнымшпынять Барби из-за ее слишком большой груди и слишком пристальноговнимания к своей внешности, выбирают более серьезную почву длянападок — они говорят о шовинизме производителей куклы. На"классовом шовинизме", т. е. на пропаганде достатка ибогатства, я уже останавливалась; но куда как более серьезнымпреступлением в современном западном обществе считается шовинизмрасовый, этнический. Как ни крути, а у всех нас Барби в первуюочередь ассоциируется с розовокожей блондинкой, глядящей на мирясными голубыми глазами. Этот идеал арийской красоты действительноподдерживается компанией «Маттел» в качестве основнойверсии куклы, но разнообразие темнокожих Барби и Барби-латина насегодняшний день очень велико. Более того, в последнее время почтивсе модели как игровой, так и коллекционной линии выпускаются, покрайней мере, в двух вариантах — Caucasian и African-American,а чаще всего даже в трех вариантах — те же плюс Spanish. Надоотдать должное «Маттел»: этнических fashion dolls доБарби было ничтожно мало, как и этнических кукол вообще. Правда, вначале 60-х, когда черных Барби еще не было и в помине, популярныежурналы выпускали этнических бумажных кукол, а еще раньше, в 20-егоды, знаменитая фирма Арманда Марселя в Тюрингии производила кукол,изображающих детей разных рас. Их пупсы и маленькие мальчики бывалияпонцами, китайцами и негритятами. Кукол-негритянок в характернойодежде — фартук служанки и пестрая шаль — с 1868 годасоздавал Казимир Брю, этнические куклы от "Симон и Халбиг"пользовались определенной популярностью, но это были, по большейчасти, дорогие коллекционные куклы, и их этническое разнообразие былопродиктовано скорее желанием предложить покупателю экзотику, чемпопыткой соблюдения политкорректности и создания ролевых моделей.Однако в конце 60-х «Маттел» вынуждена была задуматьсянад проблемой расового разнообразия своих кукол: этого, во-первых,требовало общественное мнение, а, во-вторых, афроамериканцы сталисоставлять серьезный рынок, и ради этого рынка стоило потрудиться.«Маттел» произвела первую чернокожую куклу в 1967 году.Это была не сама Барби и даже не ее подружка Мидж — это былакузина Барби по имени Френси, до этого существовавшая в «арийском»варианте. Темнокожий вариант Барби назывался по меркам сегодняшнегодня оскорбительно: "Цветная Френси" ("ColoredFrancie"). Решение о том, чтобы сделать «этнической»саму Барби «Маттел» приняла только в 1980 году —именно тогда появилась первая Барби-афроамериканка и Барби-латина.Интересным продуктом стремления «Маттел» к этническойдиверсификации кукол стала Штеффи, продававшаяся в 1972–1973годах. Об этом, кажется, нигде не заявлялось напрямую, но, насколькоя способна судить, у Штеффи были яркие черты, свойственные выходцамиз Индии, которых в США тех лет становилось все больше и больше:большие круглые глаза, тонкие приподнятые брови, прямые черныеволосы, пухлые губы и смуглое личико. Штеффи перестали выпускать в1973 году, но моя версия о ее индийских корнях подтверждается темфактом, что болванка головы этой куклы до сих пор иногда используетсяпри создании коллекционных этнических вариаций Барби, в частностиличико Штеффи мы видим у "Барби-Принцессы-Индии".

В 80-х начался расцветэтнических Барби — от таитянки до кореянки. Например, в 1986году появилась подружка Барби Мико; ее преподносили публике вкачестве Asian Pacific American, т. е. островитянки, но черты еелица вполне позволяли считать эту куклу заодно и азиаткой: прямыечерные волосы, раскосые глаза, темные брови и маленькие губы. Черезгод после нее появилась «латина» по имени Тереза. Ее лицотоже было много лет спустя использовано для нескольких коллекционныхкукол. В 1990 году «Маттел» произвела новую азиатку —куклу по имени Кира, кажется, существующую и по сей день. Кирупредставляли под названием "All American Kira". На русскийэто официально переведено как "американка Кира", в то времякак дословно это должно было бы звучать как "американка до мозгакостей", по легенде Кира была эмигранткой из Азии и, видимо,прекрасно адаптировалась. В 1994 году появилась темнокожая Шани. Онадослужилась до детского врача, но все равно выпускали ее недолго.Наконец, в новейшей линии 1999 года "Generation Girls"присутствует два новых этнических персонажа: хорошенькая негритянкаНишель и испанка по имени Ана. Азиатка в кругу близких подруг Барбине числится. «Маттел» объясняет это тем, чтомаркетинговые исследования демонстрируют отсутствие уазиа-американцев интереса к приобретению куклы-представительницысобственного этноса, что не мешает хулителям Барби обвинять «Маттел»в пренебрежении этнической группой, представителей которой в СШАстановится больше с каждым годом. Чем сильнее «Маттел»старается угодить всем возможным этносам и расам, тем изощреннеестановятся обвинения Барби в шовинизме. Недовольные жалуются уже нена отсутствие цветных кукол, а, например, на тот факт, чтоБарби-испанка и темнокожая Барби (именно сама Барби, а не ее подруги)представляют собой белую Барби, просто "покрашенную всоответствующие цвета"; ее лицо имеет этнические черты только засчет росписи, а не за счет строения черепа. Другое обвинение —темнокожие подруги Барби реже участвуют в ее приключениях ипохождениях, описанных в тематических журналах и книгах, чемкуклы-европеоиды. Забавно что в то же время, когда в США накалялисьстрасти по поводу темнокожих Барби, в ЮАР времен апартеида черныекуклы были запрещены — за обладание такой Барби вполне можнобыло сесть.

Но стремление кэтническому разнообразию всегда было у «Маттел»недостаточно сильным, чтобы заглушить голос рынка. Мне известна покрайней мере одна попытка создания этнических кукол, так и невышедших на рынок: создатели Барби довели эту серию до прототипа —и остановились. Это были Барби, одетые по моде австро-венгерскойимперии, они выставлены сегодня в одном из европейских кукольныхмузеев и представляют собой крайне странное зрелище: у Кеновшироченные черные брови и лихие усы, Барби все, как одна, подражаюттрагической принцессе Сиси в годы ее молодости — осиные талии,широкие юбки, высоко подобранные локоны и излишне роскошные наряды,не лишенные некоторой патриотической дикости: розовый мундир поверхзамысловатых кружев. Эти куклы выглядели слишком непривычно и совсемне имели соответствий в интуитивном историческом контексте, хорошоизвестном широким массам. Рынок не принял бы их; и создатели Барби —как и в ситуации с куклами, представляющими альтернативную моду 80-хгодов, — не стали рисковать деньгами.

Это подчеркивает важнуючерту всех этнических кукол от «Маттел» — онидолжны быть усредненными, стереотипичными, можно сказать —американизированными при всех своих этнических чертах, иначе от нихотшатнется рынок. В начале 90-х годов «Маттел» запустиласерию игровых кукол под названием "Куклы мира". Сейчассерия состоит из двух с лишним десятков кукол, среди них —испанка, голландка, норвежка, русская, чешка, марокканка, нигерийка,Барби из Ганы, кенийская Барби, кореянка, тайка, австралийка,малазийская Барби и т. д. Все они предстают перед нами одетыми внекое отдаленное подобие национальных костюмов, утрированных и крайнеусловных. Например, на русской Барби — кокошник, почему-торасшитый золотыми цветами, и белая рубашка; через плечо перекинутазолотая коса. В энциклопедии указано, что кокошник "напоминаетпо форме купола московского храма Василия Блаженного".Выпускается еще одна этническая серия, предназначенная уже дляколлекционеров, "Принцессы мира". Параллельно с нейсуществует коллекционная серия "Богини мира", составленнаяиз кукол работы Боба Мэки. Некоторые из этих кукол удивительно хорошисобой, а детальность проработки их нарядов поражает воображение, новсе они объединены одной крупной проблемой: ничего подлинноэтнического в них нет. Например, все они одеты не в национальныекостюмы, а в роскошные платья "по мотивам", что особеннохорошо видно при рассматривании тех же "Кукол мира", втеории призванных знакомить девочек с представительницами разныхкультур: французскую Барби непременно изображают исполнительницейканкана, тайская Барби выряжена в некое подобие традиционного костюматанцовщицы, на австралийку напялена шляпа бушмена…

Такой подход хорошоиллюстрирует подлинное отношение Барби к вопросам этноса. Барби, намой взгляд, никоим образом не интернационалистка в полном смыслеслова. Она, скорее, олицетворяет американскую буржуазнуюполиткорректность, носители которой с подчеркнуто приветливойдемонстративностью не делают различий между представителями разныхрас и умиляются любым проявлениям "национального характера",будь то любовь к спагетти, ношение сари, исполнение канкана илиманера семенить крошечными ножками, обутыми в деревянные гэта. Такимобразом, обвинения Барби в расизме видятся мне несостоятельными. Оней, скорее, можно говорить, что сама она является абсолютной,стопроцентной WASP, как по самоощущению, так и по идеологии; но иметьчеткую национальную идентификацию совершенно не предосудительно какдля человека, так и для куклы.

На более основательнойплатформе стоят те, кто обвиняет Барби в совершенно другом типешовинизма: в неприязни к больным и слабым. Среди маттеловских куколфактически нет людей с медицинскими проблемами. До 1999 года Барби иее подруги ничего не знали о немощи и болезнях. В 1999 году в линииGeneration Girls появилась Бекки. Бекки поступила в продажу с однимиз самых неожиданных кукольных аксессуаров — инвалиднымкреслом, из которого ее, кстати, вполне можно было вынуть. О том, чтоименно привело Бекки к такому плачевному состоянию, нигде и ни вкакой момент не говорилось, но так или иначе трагедия не прибавилаБекки ни ума, ни глубины: ее образ жизни во всем соответствовалидеалам "Barbie Girl". Официально эта кукла называлась"Share A Smile Becky" ("Улыбчивая Бекки") (врусском переводе ее окрестили "Неунывающей Бекки"). Этакукла оказалась модницей, любительницей вечеринок и, естественно,чемпионкой Олимпиады для инвалидов. Заявленная в качестве "ролевоймодели для всех девочек, испытывающих проблемы со здоровьем",Бекки с тех пор используется компанией «Маттел» вкачестве щита перед лицом неприятелей. Она — нечто вроде"своего еврея": в ответ на любые претензии по поводупренебрежения слабыми и немощными кресло с Бекки выкатывается вперед.Появление этой куклы дало компании «Маттел» прекраснуюпрессу, но та же самая пресса по-настоящему ликовала, когдавыяснилось, что кресло Бекки не влезает в лифт двухэтажного "Домамечты" Барби (время от времени журналисты пируют на этом фактепо сей день).

Помимо Бекки единственнойдемонстрацией того факта, что у Барби есть какие никакиепредставления о реальном мире и реальном страдании, было появление в2003 году Барби — преподавательницы языка глухонемых. Этоединственная кукла в истории, у которой ладонь не сложена лодочкой, аизображает знак, обозначающий на языке глухонемых фразу "Я тебялюблю". На обороте коробки с этой Барби приведены буквы алфавитадля глухонемых, а в комплект, помимо школьной доски и мелков, входятстикеры с особыми картинками: на них изображены руки, подающие тотили иной знак. Идея эта была бы совершенно прекрасной, если бы не дванюанса. Во-первых, несчастье опять произошло не с самой Барби и дажене с кем-нибудь из ее друзей и родственников, а с посторонними,неведомыми людьми. А во-вторых, весь пафос кукол сводится на нет темобстоятельством, что кроме учебных принадлежностей в набор с этойБарби входит… миниатюрная щетка для волос: глухота —глухотой, а внешность, видимо, прежде всего.

«Маттел»находится в сложной ситуации. Бекки была политической необходимостью,преподавательница языка глухонемых убивает сразу двух зайцев,апеллируя как к любви девочек играть в школу, так и к любвиобщественности к политкорректным игрушкам. Но слепая, парализованная,кривая, горбатая, одноногая и тому подобная кукла в реальности непредставляет собой хороший эстетический объект. Она будет отпугиватьдевочек, привыкших видеть в кукле маленькую принцессу (та же Беккиочень хорошенькая, особенно если вытащить ее из инвалидной коляски икак следует нарядить). Девочки, по общепринятому мнению, видят вкукле будущих себя — и не захотят идентифицироваться сбедняжкой; политкорректная, но непривлекательная креатура такогорода, скорее всего, останется без рынка. Словом, можно смелопредположить, что Бекки (раскупающаяся, кстати, очень плохо) ещедолго будет чувствовать себя мучительно одинокой, если «Маттел»не позовет ей на помощь друзей из Олимпийской сборной инвалидов, вчем я сильно сомневаюсь.

Практически по всемперечисленным пунктам обвинения у Барби находятся не только враги, нои защитники. Кто-то считает, что ее неправильная внешность приносит вмир особую, почти инопланетную красоту, кто-то полагает, что пышущеездоровье Барби привьет девочкам любовь к правильному образу жизни,кто-то утверждает, что ее пресловутый консюмеризм учит девочек нескладывать деньги в кубышку, а активно поддерживать национальнуюэкономику. Но существует один аспект жизни, относительно которогоБарби постоянно находится на простреливаемой территории. У этой куклыплохие отношения с представителями всех основных религий мира.

Барби создает впечатлениестопроцентной атеистки, но при очень внимательном рассмотрении ейможно приписать некоторую склонность к легкому необязательномупротестантизму. Например, празднует же она Рождество, и существует же"Барби-Пасхальные-мотивы", держащая в руках хорошенькуюкорзиночку с нарисованными на ней яйцами и торчащими наружу бумажнымицветочками. Но в остальном ни в каких проявлениях религиозности Барбине замечена. Более того, мне не удалось найти ни единого высказыванияпредставителей компании на эту тему за все время существования куклы.Зато высказываний со стороны представителей самых разных конфессийхватает с избытком. Хуже всего дела обстоят с исламом: например, вСаудовской Аравии Барби не так давно запретили вообще, назвав куклу«антиисламской» и "подрывающей моральные устоисаудовских женщин". В результате цена девятидолларовой Барби начерном рынке в СА превышает 30 долларов — огромная сумма длястраны с очень бедным населением. Случай понятный: между Барби ипредставлениями ислама о том, какой должна быть женщина, невозможнонайти никакой компромисс. Ее обтягивающие наряды, открытое лицо иширокая улыбка никаким образом не сочетаются с необходимостью бытьскромной и носить хиджаб. На сайте некоего исламского издания я нашластатью прогрессивной американской мусульманки, пытающейся решитьсерьезную проблему: как сделать так, чтобы ее дочь, с одной стороны,не была лишена удовольствия играть с Барби, как все остальныедевочки, а с другой — никоим образом не набралась идей,разнящихся с традиционными представлениями о достойном женскомповедении. Мудрая мать приняла компромиссное решение: она своимируками превратила Барби в мусульманку. За несколько минут онасмастерила из кусочка материи мешковатое платье, хиджаб и широкуюпаранджу и с радостью убедилась, что этот наряд скрывает как волосыкуклы, так и ее роскошную фигуру. "Грудь Барби больше не торчаланаружу, и Барби немедленно стала выглядеть совсем иначе. Моей дочериэто очень понравилось, она сказала, что «новую» куклунужно назвать Муслима Фатима — так звали ее лучшую подругу. Сэтого момента она увлеклась игрой с Фатимой, стараясь не нарушатьпорядка в одежде куклы и принялась представлять Муслиму Фатиму другимигрушкам…" Забавно наблюдать ту частоту, с которойразнообразные куклы, производимые в исламских государствах иодобряемые местными властями и представителями религии,позиционируются не просто как подходящие игрушки для маленькихмусульманок, а как противопоставления Барби. В частности, попыткойтакой «альтернативы» Барби и Кену должны были статьвыпускаемые в Ираке куклы Сара и Дара — два небольшихбесформенных пупса в грубой псевдонациональной одежде. Но гораздоболее интересным порождением мне видится кукла по имени Рузана(слово, обозначающее на арабском «скромность» и"невинность"). Эта кукла производится в Иране ипредставляет собой в чистом виде fashion doll. У нее есть подружки,она продается в различных одеждах, аксессуары и дополнительные нарядыдля Рузаны можно покупать отдельно. Правда, эти аксессуары способныповергнуть любую любительницу Барби в культурный шок: среди прочихвариаций мне удалось найти "Молящуюся Рузану" в беломплатье и белой накидке на голове и "Рузану-мусульманскогоскаута" — в зеленом платье со скаутскими знаками отличия.

Мне не удалось найтиникаких материалов, которые давали бы четкое представление оботношении к Барби представителей иудаизма, но можно предположить, чтоотношение это вряд ли было бы особо дружеским. Нескромность Барби иее стремление заниматься неженскими делами, как я понимаю, должнывызывать у иудеев сильный протест. Что же касается христиан, то Барбиосуждают практически в один голос представители почти всех конфессий.Например, в католическом журнале, выпускаемом одним из крупныхамериканских университетов, я нашла статью о том, каким образом верав Бога может соединяться в сердце маленькой девочки с любовью кБарби. В статье говорится, что если девочка в начале своей жизни неимеет никакой веры в своем сердце, она приобретает веру в Барбивместо веры в Бога, потому что Барби делает вид, что показывает своейхозяйке путь в светлое будущее. Если же в более зрелом возрасте такаядевочка открывает для себя путь к христианству, она не просит уГоспода спасения души, но говорит: "Верю, что Иисус сможетпревратить меня в Барби". "Она верит в Иисуса, которыйприведет в ее жизнь Кена, она верит в Иисуса, который поможет ейзаработать денег на машину "как у Барби", она верит вИисуса, который подарит ей дом Барби в натуральную величину, и толькоИисус Христос может дать ей тот образ жизни, о котором она мечтает",т. е. нам фактически говорят, что женщина, единожды поигравшая сБарби, уже потеряна для Спасения. Что же до православия, топравославные издания в России и за рубежом периодически посвящаютБарби многополосные статьи, общий смысл которых сводится к тому, что"мыслей западных зараза хуже порчи и лишая".

В 2003 году, желаяэксплуатировать вызванную Гарри Поттером массовую любовь детей коккультным явлениям, «Маттел» выпустила вполненеожиданную версию Барби под названием Secret Spells Barbie("Барби-Тайные-чары"). Среди прочих аксессуаров к куклеприлагалась инструкция: как смешивать разнообразные зелья (основойкоторых являлись, по большей части, молоко, фруктовые соки иминеральная вода) и произносить заклинания, позволяющие создавать"настоящее волшебство". Эта бедная кукла вызвала ненавистьвсех, кто считает себя специалистами в области духовной жизни,предоставив нам редкую возможность наблюдать полное единениевикканцев с христианами хоть по какому-нибудь вопросу. Правда,причины для единодушия были разными. Христиан «Барби-Тайные-чары»оскорбила по самым простым причинам: эта Барби, конечно же,недвусмысленным образом учила детей оккультизму; следующим шагомдолжна была быть продажа души дьяволу, рисование пентаграмм и попыткапри помощи отвратительных зелий стать сильнее Господа Бога. Викканцевже возмутила профанация их религии и тот факт, что Барби оказаласьспособной заниматься магией ни с того, ни с сего. По словам техпредставителей викка, чьи статьи и сообщения на форумах мне довелосьпрочитать, такая Барби "олицетворяет собой все, что ненавидятподлинные викканцы, а именно представление о новом язычестве как онаборе примитивных заклинаний, подкрепляемых дурацкими смесями изразноцветных пузырьков". Если христиане подозревают куклу вподталкивании девочек к язычеству, то язычники боятся, что«Барби-Тайные-чары», наоборот, оттолкнет девочек от ихверы.

Та агрессивность, скоторой представители самых разных социальных групп высказывают своюнеприязнь к Барби, та серьезность, с которой противники куклыразъясняют нам ее вред для человечества, лишний раз демонстрирует,насколько велико значение этой пластиковой красавицы в нашемсегодняшнем обществе. Любимая или ненавидимая, Барби представляетсобой феномен, который невозможно игнорировать, она проникает в нашужизнь и становится ее частью в независимости от того, хотим мы этогоили нет. Мы должны отдавать себе отчет, что наши симпатии и антипатиив адрес Барби обычно имеют очень мало общего с самой куклой и еепроизводителями и не зависят от их озарений или ошибок; эти чувства —проекции наших собственных проблем, наших опасений, нашейнеуверенности в себе и в окружающем мире. Мы смотримся в Барби как взеркало современной цивилизации, и увиденное нами очень сильнозависит от нас самих. Попытки переложить на кусочек пластикаответственность за воспитание наших детей, за их взгляды на мир, заих представления о себе, наконец, за спасение их души, должнывызывать у нас некоторую неловкость.

Как заметила ужецитировавшаяся мной маленькая девочка, "Барби — это простокукла". Возможно, для некоторых маленьких девочек, с их гибкойфантазией, короткой концентрацией внимания и быстрой сменойнастроений, дела обстоят действительно так. Но когда я общаюсь совзрослыми людьми, в чьей жизни Барби занимает очень, очень, оченьмного места, т. е. с коллекционерами этой куклы, я начинаюподозревать, что безоговорочно согласиться с моей юной собеседницейкасательно "просто куклы" мне будет нелегко.

Глава пятнадцатая

"GOTTA HAVE THEM ALL":КОЛЛЕКЦИОНИРОВАНИЕ БАРБИ

Мне видится, что любоеколлекционирование — это попытка создания зоны личногоконтроля: что бы ни происходило в твоей собственной жизни и вокругтебя, твоя коллекция находится полностью в твоем распоряжении. Здесьты — единственный авторитет, царь и бог. Кроме того, коллекцияпозволяет нам поддерживать самооценку: во-первых, она указывает нато, что у нас есть уникальные интересы, таланты и знания, необходимыедля создания хорошей коллекции; во-вторых, потому что мы можемпытаться перещеголять других коллекционеров и гордиться своимиуспехами в таком соревновании. Когда же речь идет околлекционировании Барби, добавляется, видится мне, еще и тот самыйэлемент престижа, который так много значит в жизни не только взрослыхколлекционеров, но и маленьких девочек. Чем больше у тебя Барби, чемони дороже и красивее, тем выше твой социальный статус, по крайнеймере, в твоей среде — в среде собирателей Барби.

Идея коллекционированияигрушек далеко не нова, но зато сравнительно нова идея производстваколлекционных игрушек, т. е. игрушек, заранее рассчитанных напокупателя, готового тратить время, силы, и, главное, деньги наприобретение нескольких (в идеале — всех) вариаций однойигрушки ради удовольствия составить из них собственную коллекцию.Мысль о создании коллекционных игрушек как таковых возникла упроизводителей в самом конце 70-х, и причиной ее возникновения сталамода на собирание разнообразных современных фигурок, объединенных тойили иной темой или выпускаемых тем или иным производителем. Едва лине первыми коллекционерами современных игрушек стали собирателирекламных персонажей, всех этих пакетов с тестом, кукол-хозяюшек,глазастых головок сыра и крошечных атлетов, прилагавшихся к покупке вкачестве бонуса от компании-производителя. Революция в миреколлекционирования подобных объектов произошла в 1974 году, когдамладший менеджер Сен-Луисского отделения компании «Макдоналдс»придумал способ рекламировать гамбургеры для детей: он создалспециальный детский обед под названием "Happy Meal", а вкачестве бесплатного приложения для привлечения маленьких клиентовпредложил дарить с каждым детским обедом маленькие игрушки. С тех порприблизительно раз в несколько недель «Макдоналдс» меняетперсонажей, входящих в наборы "Happy Meal", и охотятся наэтих персонажей не только маленькие любители гамбургеров, но ивзрослые коллекционеры. Специально для «Макдоналдса»производители игрушек часто выпускают специальные упрощенные вариациисвоих наиболее популярных товаров, — таким образом«Макдоналдс» и производители рекламируют друг друга(кстати, для такой акции в «Макдоналдсе» не так давнобыла создана специальная упрощенная версия Барби плюс уменьшенные вразмерах длинноногие плюшевые не то кошечки, не то собачки —новые друзья Барби, странная и неприятная, на мой взгляд, креатурапоследних двух лет). Примеру гиганта фастфуда последовали какконкуренты помельче — скажем, "Бюргер Кинг", "гаки другие поставщики еды на скорую руку, и уже к началу 80-хколлекционеров fastfood toys развелось невиданное множество, да исегодня пахнущие жареной картошкой игрушки из сосисочных и пиццерийсчитаются одним из самых популярных объектов для собирания в мире.

Впрочем, идея создаватьигрушки специально для коллекционеров тогда еще не приходила никому вголову.

В 70-е годы появилась ещеодна разновидность игрушек, которые превратились в коллекционныетрудами самих собирателей, а не производителей. Речь шла о небольшихфигурках, изображающих персонажей популярных научно-фантастическихфильмов и сериалов. Начало традиции было положено в 1972 году, когдакомпания «Мегатойз» выпустила в продажу небольших, всего8 дюймов высотой, куколок, изображающих персонажей популярных в тегоды комиксов — Спайдермена, Капитана Америка, Бэтмана иСупермена (кстати, к фигуркам прилагалась одежда, которую можно былоснимать и надевать). С тех пор куклы-персонажи фильмов превратились вмногомиллиардный бизнес, их появлением сопровождается выход на экраныпрактически любого фантастического или фэнтезийного блокбастера, ирассчитаны они в первую очередь на фанатов данного конкретного фильмаи на коллекционеров, собирающих, скажем, роботов, или монстров, иливсех персонажей "Звездных войн", или только женщин-воинов,или еще какой-нибудь категории пластмассовых героев.

Такой подход кпроизводству игрушек был впервые продемонстрирован только в 80-егоды. Одним из первых серьезных успехов на новом поприще стали такназываемые "Заботливые медведи" ("Care Bears"),персонажи популярных поздравительных открыток. Открытки появились насвет в 1981 году, а в 1983-м компания-производитель приняла решениесделать своих персонажей трехмерными, тем более что популярности"Заботливых медведей" вполне мог послужить как раз вышедшийна экраны мультипликационный сериал с их участием. Я помню этихнебольших плюшевых мишек с цветными сердечками, нашитыми в серединегруди, — их было несколько, если я не ошибаюсь —пятеро, по числу героев мультфильма. С 1983 по 1987 год было проданоболее сорока миллионов таких медведей. Здесь речь еще не шла осистематичном создании постоянно обновляющейся серии, об эксклюзивныхвариантах с ограниченным тиражом, о редких и оттого еще более ценныхперсонажах — словом, о всем том, что сегодня составляетнеотъемлемые атрибуты мира коллекционных игрушек, но первый шаг былсделан, и сделан успешно.

Именно в 80-е годывыяснились два важных закона функционирования рынка коллекционныхигрушек. Первый закон гласил: "Есть люди, готовые скупать разныеварианты одной игрушки не ради игры, а ради пополнения собственнойколлекции. Чем больше будет серия, тем больше игрушек ониприобретут". Закон второй гласил: "Есть люди, которыевсегда будут покупать коллекционные игрушки, не подозревая об ихколлекционности. Они купят медвежонка в шотландской юбочке за сорокдолларов, не обращая внимания на тот факт, что он вышел ограниченнымтиражом и предназначен для коллекционеров, — им простопокажется, что это подходящий подарок на день рождения ихшотландского друга, и сорока долларов для него совсем не жалко. Этилюди подберут то, до чего не дойдут руки у коллекционеров". Стех пор и по сей день рынок коллекционных кукол балансирует междудвумя этими целевыми аудиториями. Даже в тех ситуациях, когда игрушкаизначально задумывается в качестве коллекционной, даже если тираж ееограничен, а цены на нее высоки, найдутся люди, которые купят однуигрушку из всей коллекционной линии просто потому, что она импонравилась или понадобилась. Но в то же время цены на игрушку могутбыть низкими, а ее тиражи — огромными, но если игрушкадостаточно оригинальна и выходит в достаточном количестве вариантов,найдутся люди, которые будут покупать, выменивать, перепродавать иэту игрушку для своих коллег. Именно на эти законы ориентировалась таже компания «Маттел» выпуская в 1986 году так называемых"Малюток из капусты" (Cabbage Patch Kids), разработанныхдизайнером Хавьером Робертсом. Эти небольшие, мягкие, очень милыекуколки, изображающие приветливых детей в разных ярких одежках, стоятот 10 до 350 долларов, и к каждому из них прилагается уникальныйсертификат с указанием имени куклы: считается, что «Малюток»не «покупают», а «усыновляют». На сегодняшнийдень продано более трех миллионов «Малюток», ираскупались они так быстро, что побили рекорд по продажам новыхкукол. «Малютки» лишний раз доказали, что созданиеколлекционных кукол — прекрасный бизнес, а высокаясебестоимость и соответственно высокое качество товара способныпрекрасно окупаться.

История с другойколлекционной игрушкой — изобретенными в 1993 году "Бобовымикрошками" ("Beany Babies") —продемонстрировала еще один закон рынка коллекционных игрушек: иногдаколлекционеры способны заинтересоваться той или иной серией, толькоесли они получают некоторые гарантии сохранности своих вложений; каки любое коллекционирование, коллекционирование игрушек требуетредкости собираемых объектов. Так, «Крошки» производилисьна протяжении трех лет; они были дешевыми и рассчитанными на самуюширокую публику. Эти совсем маленькие плюшевые игрушки набивалипластиковыми шариками, на ощупь напоминавшими крупу. В первой серии,выпущенной на рынок, были девять персонажей, среди них — лось,дельфин, лягушка, омар и свинка. «Крошки» не произвелиособого фурора, и в 1996 году линию, насчитывающую всего 11 бобовыхмалюток, пришлось закрыть. Только в этот момент, т. е. когдапотенциальные коллекционеры получили некоторую гарантию своихвложений за счет того, что число игрушек больше не пополняется, на«крошек» начали охотиться. С тех пор существовалоогромное количество подражателей, выпускавших маленькие плюшевыеигрушки в большом количестве вариантов, но оригинальные "BeanyBabies" до сих пор ценятся очень высоко и стоят на рынкеколлекционных игрушек немало.

Наконец, в 1997 году идеяколлекционных игрушек привела к появлению дистиллированного и оченьпоказательного проекта. На свет появились покемоны. Персонаживидеоигры, изобретенной компанией Nintendo, были не слишком популярныдо тех пор, пока по игре не была снята мультипликационная серия итогда же их начали выпускать в качестве игрушек. Главной целью игрыбыло собрать идеальную боевую команду из восьми покемонов (всегосуществовал 151 вариант). Покемоны были устроены так, что действовалпринцип "камень, ножницы, бумага": среди более чем десяткаклассов этих маленьких странных монстриков не было ни одного самогосильного класса: покемон класса А мог побороть покемона класса В,покемон класса В мог побороть покемона класса С, но, условно говоря,покемона класса С мог побороть покемон класса А. Поэтому для тогочтобы составить грамотный бойцовый отряд из восьми особей, приобрестивосемь самых «сильных» вариаций было невозможно. По мерепоступления покемонов на рынок нужно было заменять одних монстриковдругими, покупая все новых персонажей и пытаясь продать или обменятьстарых. Именно тогда появилась шутка: "И только когда в нашужизнь пришли покемоны, мы поняли, как нам было хорошо с тобой, милая,добрая, красивая и недорогая Барби!"

Барби считается самойколлекционируемой игрушкой в мире. При разнообразии выпускаемыхвариантов этой куклы не удивительно, что находятся миллионы желающихсобирать Барби по тому или иному селекционному принципу. Иногда Барбиначинают коллекционировать по причинам сентиментального толка.Большинство современных девочек имеет в своем распоряжении от 3 до 20кукол Барби. Не желая расставаться с куклами по мере взросления,девочка постепенно начинает называть свой ящик с куклами«коллекцией». Это дает ей легитимизацию для покупки всеновых и новых Барби даже после того, как она выходит из «кукольного»возраста. Первые коллекционеры Барби возникли именно посентиментальным причинам: они появились в начале 70-х и представлялисобой подросшее первое поколение обладательниц маттеловского шедевра.Барби, выпускавшимися в те годы, они фактически не интересовались,ностальгически отдавая предпочтение куклам, произведенным в период с1959 по 1966 год, — именно у этих кукол были такиеузнаваемые, такие родные черты лица, впоследствии сменившиеся прямымвзглядом и открытой улыбкой, а их гардеробы были отшиты с особойтщательностью, не то что дешевые модели конца 60-х и 70-х годов. Темболее что Барби 70-х и начала 80-х по сей день считаются не слишкомпривлекательными объектами для коллекционеров. «Маттел»тогда резко снизила качество кукол и выпускала их поистине огромнымитиражами — что всегда минус для собирателей, — аодежда этих Барби была совсем уж китчевой и лишенной изяществадеталей. Эти годы по сей день считаются у специалистов "плохимвременем", периодом, когда Барби чуть было не потеряла любовьвсех маленьких девочек мира из-за низкого качества выпускаемых«Маттел» кукол. Но все-таки и в эти годы находилиськоллекционеры, собиравшие не только старые, но и новые вариацииБарби: естественно, не все подряд, а, в большинстве случаев,придерживаясь каких-нибудь особых критериев, например: рыжеволосыеБарби, Барби в купальниках, Барби-невесты и т. д. Именно тогдасоставлять коллекции подобного рода было приятно и необременительно —вариантов хватало, стоили они недорого, и занятие превращалось вчистое незатейливое хобби.

В середине 80-х компания«Маттел» начала отдавать себе отчет в том, что Барбиинтересуются не только девочки, но и их мамы. История fashion dollsначала повторяться, но уже в зеркальном варианте: если когда-то такиекуклы предназначались для взрослых, и идея делать их для детейказалась революционной, то в 1986 году «Маттел» рискнуласделать детскую куклу во взрослом варианте. Эта Барби называлась"Фарфоровая рапсодия в синих тонах": ее головка былавыполнена из фарфора, потому что в компании решили, что обыкновеннаявиниловая кукла покажется взрослым слишком простой, — овыпуске цельной коллекции тогда, кажется, и не думали. "Фарфороваярапсодия была" фактически пробным шаром, и этот пробный шар далвполне удачные результаты — взрослые были готовы покупать«особых» Барби. Еще два года ушли на тщательный анализрынка, и, наконец, к Рождеству 1988 года «Маттел»выпустила "Барби-Веселые-праздники" —хорошенькую и довольно дорогую блондинку в ярко-красном пышном платьес белой оторочкой. О том, что кукла рассчитана на взрослыхколлекционеров, не говорилось напрямую, но расчет был именно таков, иэтот расчет оправдался: кукол буквально смели с полок. Тираж "Веселыхпраздников" был невелик, и сегодня такая кукла стоит довольнодорого, а достать ее не слишком-то просто.

С тех пор «Маттел»и начала выпускать серии кукол, уже откровенно рассчитанных наколлекционеров. Например, те же "Веселые праздники"превратились в серию, и на протяжении десяти лет «Маттел»выпускала по одной куколке в год — вплоть до 1998, когдапопулярность «Праздников» упала и выпуск серии пришлосьпрекратить. Коллекционерам больше нравились идеи поизысканней. Ихвосторг тогда и в более поздние годы вызывали такие серии, как«Ангелы», «Подиум», "Мода XXI века","Принцессы мира" и т. п.

К концу 80-х «Маттел»окончательно уяснила для себя важную истину: рынок взрослыхпоклонников Барби заслуживает отдельных и весьма серьезных усилий. Сэтого момента начался нелегкий путь компании в поисках оптимальныхрешений в области производства кукол для коллекционеров. Где-то шлиуже опробованными путями, где-то ставили опыты, иногда с пользой,иногда безо всякого резонанса со стороны рынка. Один из самых удачныхэкспериментов был проведен в 1994 году: к 35-й годовщине куклы«Маттел» выпустила реплику самой первой Барби, но,естественно, одела ее в очень нарядный костюм, а не в полосатыйкупальничек, и коллекционеры были в восторге. Их интерес к взрослымвариациям Барби произвел на компанию «Маттел» стольсильное впечатление, что она совершила серьезную ошибку, стараясьнасытить рынок и повышая количество кукол, выходящих в каждой серии,равно как и «допроизводя» тиражи хорошо расходившихсякукол во избежание возникновения дефицита. Это привело к тому, чтоценность кукол и цена на них в среде самих коллекционеров началистремительно падать. В конце 90-х годов любая коллекционная кукластоила на вторичном рынке меньше, чем в магазинах, что явилось оченьплохим признаком: кукол было слишком много, предложение превышалоспрос, а значит, коллекционеры не чувствовали, что их вложенияокупаются, что приобретенная ими дорогая кукла будет со временемрасти в цене. Рынку вредил и тот факт, что теперь собирателиколлекционных Барби не торопились покупать новые вариациикрасавицы, — зачем платить полную цену в магазине, еслидешевле купить куклу с рук? Словом, ближе к концу 90-х началосоздаваться впечатление, что звезда "Барби для взрослых"покатилась вниз по пластиковому небосклону. А тут еще и конкуренты«Маттел», хорошо понимавшие, что, пока жива Барби, им неотхватить свою долю на рынке игровых кукол, стали делать ставкуименно на взрослых коллекционеров.

Наконец, в 1999 году«Маттел» принялась спасать создавшееся положение и резкоизменила политику производства коллекционных кукол. Было заявлено,что такие куклы будут выпускаться строго ограниченными тиражами —не более 35 тысяч экземпляров, — что тиражи никогда, нипод каким предлогом не будут повторяться или допроизводиться. Этообеспечило стабильную цену на коллекционных кукол и гарантировалоколлекционерам безопасность их вложений. Следующим шагом в борьбе заспасение рынка стала готовность прислушиваться к просьбам и идеямсамих коллекционеров. Именно так в 1999 году в продаже появилась ужене раз упомянутая мной новая коллекция Барби — Барби —Fashion Model, она же — Silkstone Barbie. Эти куклы былисделаны из нового материала и по новым принципам: они продавались (ипродаются) в нижнем белье, и в дополнение к ним можно отдельноприобретать разнообразные высококачественные костюмчики работы вполнеуважаемого дизайнера Роберта Беста, как и мечтали коллекционеры.«Силкстоны» выходят строго ограниченным тиражом, ониснискали огромную любовь и благодарность со стороны коллекционеров ивернули Барби славу коллекционной куклы номер один.

Помимо специальных серий,к созданию которых «Маттел» привлекает самых известныхдизайнеров из мира высокой моды, компания нередко выпускаетограниченными тиражами коллекционных кукол, не объединенных в серию,но приуроченных к тому или иному событию, к той или иной дате. Кромеуже упомянутой "Барби — 35" существовала, скажем,"Барби — 30", она же — "Барби-Розовая-роскошь",выпущенная тиражом всего в 1200 экземпляров; ее вручали только гостямюбилейного празднества, что по сей день делает куклу очень дорогой иочень желанной для коллекционеров. Аналогичным образом были созданыспециальные варианты Барби к 40-й и 45-й годовщинам появления куклына свет. Впрочем, Барби умеет хорошо отмечать не только собственныеюбилеи: роскошная "Барби Миллениум" стала одной из любимицколлекционеров. Ее ждали долго, на нее велась предварительнаяподписка, и цена ее растет по сей день.

Еще одним поводом длясоздания коллекционных Барби могут служить юбилеи партнеров «Маттел»— или просто особые заказы тех или иных организаций. Так,существовала Барби, произведенная специально для «Кока-Колы»,Барби для "Эйвон Косметике", юбилейная Барби для магазинов"Toys Are Us". Некоторые из этих кукол выходили довольнобольшими тиражами, но за счет того, что продавали их только внескольких магазинах и в течение ограниченного времени, эти куклыпользовались вполне заслуженной популярностью у коллекционеров.Именно таким образом давний друг «Маттел», сеть магазинов«Шварц», получил в собственное распоряжение одну из куколсерии «Силкстон»: престижную и любимую собирателями«Барби-Редактора-моды»: ее можно приобрести только вмагазинах «Шварц». На Венском балу 2004 года каждыймужчина получил в подарок Барби, одетую в роскошное красное платье иизданную строго лимитированным тиражом (помните мужскую игрушку —куклу Лилли?). Иногда «Маттел» производила особыеварианты Барби, приуроченные к тем или иным событиям политическойжизни, — и не только в коллекциях, но и в игровой линии.Уже упомянутая мной Барби, усыновившая китайского младенца, вообще непоступала в продажу, в то время как «Барби-Дружба», чьепоявление было приурочено к падению Берлинской стены, была выпущенабольшим тиражом в качестве игровой куклы, но в силу ограниченностивремени продаж пользовалась огромным вниманием коллекционеров. Точнотак же дела обстояли и с Барби, произведенной в конце 80-х ипосвященной окончанию "холодной войны" между Америкой иРоссией. По большому счету, такого же рода конъюнктурной вариациейБарби можно считать Барби-Олимпийскую гимнастку, вышедшую в 2000 годув связи с уже упоминавшимся мной гражданским подвигом юной гимнасткиСтрагг.

В целом на сегодняшнийдень существует несколько десятков коллекционных линий Барби, несчитая кукол, чье появление приурочено к тем или иным событиям илидатам. Большинство кукол, выходящих ограниченным тиражом,коллекционеры начинают скупать заранее по подписке, производящейся наофициальном сайте BarbieCollectibles.com, где коллекционеры Барбимогут зарегистрироваться бесплатно и получить доступ к форумам,лотереям и подписке на кукол. За плату же можно вступить в такназываемый онлайновый "Клуб Фанатов Барби". «Маттел»стимулирует вступление в клуб, время от времени производя на светспециальные вариации Барби, распространяемые только через сайт идоступные только членам КФБ. Зарегистрированные «фанаты»получают каталоги, новости, скидки и право на покупку уже указанных«клубных» Барби, например кукол из недавно начатой«Маттел» серии римейков наиболее популярных винтажныхБарби. В рамках этой серии копируются и выпускаются те самыереликтовые куклы 1959–1966 годов, с которых начиналоськоллекционирование Барби.

Как только куклу,изданную ограниченным тиражом, раскупают, единственной возможностьюприобрести ее в коллекцию становится покупка на вторичном рынке, гдеиногда приходится выложить сумму, значительно превышающую изначальнуюрозничную цену куклы. Кстати, поскольку в России интерес к Барби неслишком велик, а серьезных коллекционеров практически нет,периодически можно наблюдать поразительный феномен: на полкахнекоторых московских магазинов стоят куклы, за которые американскиеколлекционеры уже готовы удавиться на онлайновых аукционах, в товремя как где-нибудь в ЦУМе или "Детском мире" эти дорогиекуклы, возможно будут пылиться на полках еще не один год.

Позволить себе скупатьвсе коллекционные модели, выпускаемые «Маттел», не можетпочти никто. Каждый коллекционер решает для себя, по какому принципуон составляет свою коллекцию. Очень многие коллекционируют куколигровой линии: они менее роскошны и менее престижны, но зато не такуж дороги, и модель, которую очень хочется приобрести, обычно можносебе позволить. Иногда собирают кукол по какой-нибудь определеннойтеме, например интернациональных, или кукол только из определенныхсерий, или идут на еще более жесткие ограничения, что делает частнуюколлекцию оригинальнее, а сам процесс их собирания —изысканнее. Некоторые, например, собирают исключительно машины Барбиили дома Барби. Очень распространено коллекционирование членов семьиБарби, они не присутствуют в коллекционных линиях, но ихпредостаточно в линиях игровых. Особенно популярны сестры: клубфанатов Келли уступает по численности участников только клубу фанатовсамой Барби, и «Маттел» прилагает много усилий, чтобы всевремя пополнять линию Келли и ее друзей. Есть любителиколлекционировать только одежду для Барби. Дело это довольно сложное,если покупать не новые костюмчики, а одежки, выпускавшиеся в прежниегоды: одежда является самой страдающей частью любой куклы. Барбисередины 60-х вполне может сохраниться в приличном состоянии, ношансы на то, что она будет одета в оригинальное платье, стремятся кнулю. Существуют специальные магазины и аукционы, на которых исходныеодежки докупают или восстанавливают по частям. В особой цененаходятся аксессуары — обычно дети теряют их первыми.Существуют любители коллекционировать только бумажных Барби или, тогохлеще, только бракованных Барби. Цена этих кукол наинтернет-аукционах сравнительно высока, тут действует тот же принцип,что и в случае, скажем, с бракованными марками. Например, в коллекцииизвестного собирателя Барби Оззи Осборна находится так называемый"лысеющий Кен" — кукла, которая каким-то образомминовала этап приклеивания серединного блока волос, в результате чеговолосы у Кена растут только по бокам головы — точь-в-точь как унемолодого лысеющего мужчины.

Коллекционные Барби непредназначены для игры, чаще всего их бережно хранят и выставляютнапоказ. Впрочем, многие собиратели признаются, что довольно часто немогут избежать соблазна поиграть с красавицами из своей коллекции.Существует даже тенденция покупать двух Барби наиболее полюбившегосявида: одна хранится в качестве NRFB (Never Removed From Box, такназывают кукол, целостность упаковки которых никогда не быланарушена, что позволяет сохранять их рыночную цену очень высокой),вторую же распаковывают и играют с ней в свое удовольствие, не боясьпомять платье, повредить волосы или сделать еще что-нибудь, от чегокукла упадет в цене. Привычка коллекционеров хвастаться своимикуклами, тщательно расставляя их на полках, повлияла на то, какимобразом «Маттел» пакует коллекционные вариации Барби: онипоступают в продажу в прозрачных коробках, сквозь которые разодетыхмодниц можно рассматривать со всех сторон, не раскрывая упаковки.Иногда одна из стенок коробки создает особый фон — что-то вродедекораций. Существует отдельный рынок выставочных коробок для Барби:в последних вариантах таких "презентационных кейсов" фонможно устанавливать по своему усмотрению, выбирая один из несколькихвариантов, и тогда гостиная сменяется лужайкой для пикника, театруступает место бассейну, а рыцарский замок легко превращается в офис.

Вторичный рынокколлекционных кукол устроен довольно сложно: как и всякие объектысобирательства эти куклы продаются и перепродаются из рук в руки посоответствующим законам ценообразования. Ценность куклы можетопределяться множеством разнообразных факторов, например годомвыпуска, серией, тиражом, качеством, состоянием самой куклы и ееупаковки, одеждой, особыми индивидуальными характеристиками.Сравнительно недавно выпущенная коллекционная кукла, никогда невынимавшаяся из коробки, может стоить больше, чем сильно потрепаннаяБарби 20-летней давности с испорченными волосами и без исходнойодежды (впрочем, новейшие коллекционные куклы даже по своей розничнойцене могут превосходить винтажные модели, перепродающиеся нааукционах). Здесь существуют свои спекулянты, те, кто покупаетсвежевыпущенных коллекционных кукол по 10–15 штук, несмотря наих дороговизну, с целью перепродать их на аукционах или по знакомствууже через год, а иногда и через пару месяцев, когда исчезнет изрозничной продажи разобранный коллекционерами ограниченный тираж.Правда, таких спекулянтов, кажется, не слишком много.

Многие коллекционерыхотели бы видеть тиражи предназначенных им кукол менее ограниченными,например, для того, чтобы извести спекулянтов, но в тоже время ихоппоненты, наоборот, предпочли бы видеть Барби, выпускаемых еще болееограниченным тиражом, поскольку это гарантирует сохранность ихвложений и рост цен на кукол с прошествием времени. Огромное влияниена рынок коллекционных Барби оказало существование интернета. Дело нетолько в подписке, принимаемой компанией через официальныйинтернет-клуб, но и в существовании интернет-аукционов, в частности,самые разные Барби постоянно выставляются на аукцион E-Bay. Теперьсчастливый обладатель кукол, которые хоть чего-то стоят в глазахколлекционеров, не должен подолгу искать тех, кто поможет емупристроить старинных красавиц, да и в целом повышается динамикапродаж, расширяется географический охват, возникает возможностьсовершения быстрых и надежных сделок. До появления интернет-аукционоваукционные торги по Барби фактически не проводились, разве что самаяпервая модель могла быть лотом в каком-нибудь не слишком роскошноммероприятии, теперь же они стали элементом повседневности длязападных коллекционеров.

Некоторые винтажные Барбистоят очень дорого: в частности, если вам удастся добыть куклу самогопервого тиража 1959 года, вы, в зависимости от ее состояния, можетевыручить от тысячи до нескольких тысяч долларов. Очень высоко ценятсякуклы, вышедшие ограниченным тиражом и не поступавшие в продажувообще, например: уже упомянутая мной Pink Splendor, созданная дляпразднования 30-летней годовщины Барби, или кукла, приуроченная кВенскому балу 2004 года. Коллекционеры готовы много выложить и запервых кукол тех или иных серий, например, первая Happy Holidaysсейчас оценивается в 500 долларов, что, в прочем, не слишком много посравнению с некоторыми новыми куклами работы Мэки, цена которых намомент поступления в магазины составляла 900 долларов США. Едва ли неглавным критерием при оценке стоимости куклы является ее состояние,для характеристики которого разработана целая специальная шкала: отС—1 до С—10. С—10 фактически означает нетронутуюкуклу, по возможности никогда не покидавшую фабричной упаковки. С—1может означать очень сильно поврежденную куклу или даже часть куклы,например только голову или тело, лишенное нескольких органов.Коллекционеры любовно называют таких кукол "very loved"("куклами, которых очень сильно любили"), деньги за нихплатятся не слишком большие, даже если эти куклы очень старые илипринадлежат редким сериям.

Насколько мне удалосьпонять, общеизвестных экспертов, к которым обращаются для оценки тойили иной винтажной Барби, все-таки не существует, но есть методы,которыми сами коллекционеры определяют принадлежность куклы к томуили иному периоду. Во-первых, все Барби, выпускавшиеся «Маттел»,имеют особую маркировку, что сильно облегчает задачу. Во-вторых, нателе куклы (обычно на попе) выбито слово «Маттел» и дата.Важно, что это не год выпуска куклы на рынок, а год создания еепрототипа: например, на огромном числе кукол написано «66»,что часто вводит профанов в заблуждение. С 1965 года «Маттел»начала дополнительно маркировать головы кукол, обычно ставя клеймоближе к затылку или где-нибудь за ухом. Существуют каталоги сфотографиями и таблицы описаний кукол. Например, самые первые Барби вних описываются так: "Номер 1: 1959, исходный вариант, белыебелки глаз, голубая подводка глаз, дырки в ногах. При старенииматериал, из которого сделано тело, белеет. Номер 2: 1959, белыебелки глаз, голубая подводка, тело белеет при старении… Номер5: 1961, легкая, с полым телом и новой текстурой волос" и т. д.Если даже после сверки с каталогом коллекционер испытывает сомненияпо поводу приобретаемой куклы, он может обратиться к кому-нибудь изколлег-собирателей или друзей по форуму. Обычно коллекционеры неотказывают друг другу в просьбе осмотреть ту или иную куклу с цельюопределить ее подлинность.

Нужно сказать, чтосообщество коллекционеров Барби вообще оказывается на поверку оченьтеплым и доброжелательным. Под несколькими псевдонимами я официальноучаствовала в разных официальных и неофициальных форумах, посвященныхБарби, на протяжении более полутора лет. Это открытая и дружелюбнаясреда: в подавляющем большинстве случаев здесь готовы оказатьподдержку, в том числе и в вещах, совершенно не связанных сколлекционированием кукол. Здесь с удовольствием делают друг другуподарки. Так, время от времени кто-нибудь предлагает устроить «своп»(swap) — специальную игру, в ходе которой организаторделит всех записавшихся участников на пары и предлагает им переодетьту или иную Барби друг для друга по определенным правилам. Обычноигроки не знают, кто их партнер по игре, что делает сюрприз ещеинтереснее и неожиданнее. Не так давно я наблюдала, как происходитсвоп, в ходе которого нужно было переодеть Барби из серии "Принцессымира" в какой-нибудь из городских костюмов коллекции"Барби-Миллисент-Робертс". После переодевания нужно былоподобрать или сделать для куклы особые аксессуары, причесать ее ивообще украсить на свое усмотрение, а затем переслать черезорганизатора своему «напарнику» по игре. Некоторыеучастники тратили на оформление такой уникальной игрушки несколькодней, и все, кто записался на своп, делились своими впечатлениями отпроцесса работы и своим нетерпением в ожидании отправления иполучения подарков.

В этой среде всегда можнопопросить совет и получить его, здесь миролюбиво обсуждаются те илииные проблемы, связанные как с жизнью самой куклы, так и с жизнью еесобирателей. Большинство коллекционеров — отъявленные«маттелисты»: они поддерживают компанию-производителяБарби и испытывают к ней довольно сильную благодарность. С моментапоявления официального клуба коллекционеров в 1997 году отношениякомпании и собирателей Барби становятся все теплее. Самиколлекционеры считают, что компания прислушивается к их мнению, и,скорее всего, они совершенно правы: в конце концов, именно эти люди иформируют для «Маттел» рынок коллекционных кукол.Несколько наиболее известных и ответственных коллекционеров входят вкомитет, действительно имеющий право голоса в переговорах спредставителями компании. Кроме того, «Маттел» раз в годпроводит официальные съезды и встречи коллекционеров. Здесьсобиратели куклы в самом непринужденном духе общаются друг с другом исвоими кумирами: дизайнерами, маркетологами, составителями серий. Натаком съезде можно демонстрировать свои коллекции, участвовать вконкурсах по созданию собственных Барби, придумывать новые слоганыдля куклы, обсуждать самые разные проблемы в ходе круглых столов и,естественно, общаться с представителями компании на темы будущегоколлекционных кукол. Такое сотрудничество приносит свои плоды —скажем, возникновение серии "Barbie Fashion Model"коллекционеры относят к своим заслугам, — это, мол, онидавно требовали от компании создать Барби, которая была бы простоfashion doll и не имела никакой дополнительной идентичности.

В этой среде существуютсвои знаменитости, например Майкл Осборн из Эппл Вэлли. Свою первуюБарби он получил в шесть лет, в 1967 году, — это была"Twist &Turn Barbie", самая первая маттеловская кукла сгибкой талией. Осборн объясняет, что, к счастью, желание мальчикаиграть в куклы не тревожило его родителей. Более того, они помогалиему собирать коллекцию, давая советы и деньги на приобретение новыхБарби. Сегодня коллекция Осборна насчитывает несколько сот кукол,среди них — весьма редкие вариации, например провалившаяся врыночном отношении «Скиппер-растет», которой можно быловыкручивать руку, чтобы кукла становилась выше, приобретала болееполную грудь и более тонкую талию. Сам Осборн объясняет, что он ужеперерос собирание самих Барби и теперь собирает их фабричныепрототипы и редкие аксессуары, надеясь в один прекрасный день открыть"Музей Барби".

Интернет-сайты,объединяющие тысячи коллекционеров из десятков стран делаютсообщество поклонников Барби вполне связанным и сплоченным. Здесьпубликуют новости и аналитические статьи, проводят опросы, печатаютинтервью с известными коллекционерами и экспертами —сотрудниками «Маттел». Здесь предъявляют свои "Спискисвященного Грааля", т. е. личные списки кукол, которыхколлекционер ищет и не может найти, в надежде на то, что кто-нибудьобладает желанными сокровищами и согласится продать их или обменятьна что-нибудь. Здесь же дают многочисленные советы — как чинитьповрежденных кукол и их одежду, как показывать товар лицом, какпредохранять Барби от вредных воздействий воздуха или тепла, каклучше осуществлять обмен и приобретение новых кукол на вторичномрынке и т. д. Некоторые советы относятся к образу жизни самихсобирателей Барби. Меня очень тронул документ, датированный 2002годом и представляющий собой сборник рекомендаций на тему того, какколлекционер может пережить текущий экономический кризис. Средипрочих советов — предложение не отказываться от своего хобби, апросто тщательнее продумывать коллекцию и приобретать тольконеобходимое, "а если вы остались без работы и не можете себепозволить даже этого — приобретайте только одежду и аксессуарыили постарайтесь получить максимум удовольствия от уже существующей увас коллекции. Расставляйте ее по новому, переодевайте своих кукол вуже существующие костюмчики, меняйте им прически — и думайте отом, как именно вы собираетесь расширять свою коллекцию в будущем,когда трудные времена минуют".

Что заставляет взрослыхлюдей коллекционировать Барби? Наиболее наивный ответ —"Коллекционная кукла — это удачное вложение денег" —явно не работает хотя это соображение и способно послужить хорошимдополнительным стимулом для начала собирания коллекции: например,всего месяц назад мне позвонила коллега и рассказала, чтодесятилетняя дочь ее друга решила собирать Барби. Они начали спривезенной из Германии двухсотдолларовой модели работы Мэки, итеперь девочка вполне серьезно интересуется в интернете тем, как ценына коллекционных Барби изменяются с годами, надеясь, что в некиймомент коллекция станет для нее не только предметом гордости, но ихорошим способом вложения капиталов. Но все-таки, подлинные любителипревращать объекты в деньги и наоборот, конечно, не выбирают для себякукол Барби, предпочитая драгоценности или, скажем, коллекционноеоружие. Чтобы заинтересоваться именно Барби, нужны дополнительныемотивы, например уже упоминавшаяся мною ностальгия по детству. Ещеболее простой мотив — сохраняющееся у многих взрослых желаниепоиграть в кукол (кстати, большинство коллекционеров Барби, едва лине 90 %, - женщины). У взрослого человека может быть для этоготысяча причин: кто-то расслабляется, возвращаясь во временасчастливого детства и получая иллюзию утерянного с тех пор чувствабезопасности, кто-то, наоборот, стремится наиграться с Барби, потомучто в ранние годы не имел такой возможности, кто-то использует куколдля проигрывания вполне взрослых жизненных ситуаций (Барби подходитдля этого лучше, чем какой-нибудь пупс) и для выражения собственныхэмоций — словом, точно так же, как ее используют дети.

Очень часто коллекционерыБарби ведут сложную двойную игру с окружающими и с самими собой. Содной стороны, они пытаются убедить всех, и себя в том числе, чтоБарби для них — просто красивый предмет, аккуратно стоящий наполочке. С другой — в среде, где коллекционеры чувствуют себя вбезопасности, например на специальных форумах, где все свои, онипозволяют себе говорить о том, что их отношение к кукле куда сложнее,чем они обычно готовы признавать. Их Барби зачастую обладают«характером», «индивидуальностью», причем,естественно, каждая кукла — своим. С этой Барби можнопоговорить в трудную минуту, та Барби не может носить одежду другойБарби, потому что она ей "не идет" (имеется в виду,конечно, не несоответствие между, скажем, стилем одежды ифэнтезийными прической и макияжем, а несоответствие характера куклы ипредлагаемого наряда), третья Барби — хитрюга и "имеетсвои секреты"… Я была поражена, когда узнала, что длямногих коллекционеров их хобби является не только источникомудовольствия и гордости, как это обычно бывает с коллекционерами, нои постоянной причиной для сомнений, рефлексии и даже стыда. Не такдавно на одном из официальных форумов обсуждалась следующая тема:"Признаетесь ли вы окружающим, что коллекционируете Барби?"На несколько уверенных «да» пришлось около двух десятковуклончивых ответов или однозначных «нет». Многие говорят,что в их тайну посвящены только близкие родственники и очень близкиедрузья (я была поражена, услышав это признание от одной из постоянныхактивисток форума). Одна участница дискуссии рассказывает, что готоваподдерживать тему Барби только с теми людьми, в которых она уверена,хотя ее семье все известно. "Один раз, — продолжаетона, — я затронула эту тему в разговоре с приятельницей, ией показалось, что это даже мило, но обычно я не завожу подобныхразговоров сама". Многие встречают сопротивление даже со сторонысемьи: одна женщина средних лет жалуется, что никому не признается всвоей страсти, потому что ее собственная мама считает, что это"глупость и разбазаривание денег": "Будучи взрослымчеловеком, я знаю, что имею право самостоятельно принимать решения иделать все, что захочу, но я все равно не готова говорить о своейколлекции с кем бы то ни было". Другое высказывание: "О томчто я собираю Барби, знает только моя семья. Мои друзья сочли бы, чтоэто глупо, они считают, что Барби — развлечение для младенцев,в то время как на самом деле это вовсе не так. Я была бы радаперестать прятаться, но я знаю, что надо мной будут только смеяться".Еще одна девушка рассказывает, что ей всегда приходилось прятатьсвоих Барби в шкаф, а не гордо выставлять их на всеобщее обозрение,потому что как только она собиралась поиграть с какой-нибудь из куколсвоей коллекции ее брат подкрадывался и говорил: "Ты понимаешь,что ты взрослая женщина, а играешь с Барби?", или даже "Уменя для тебя есть специальная белая рубашка, с кучей блестящихкрючочков", или спрашивал, покрывает ли ее медицинская страховкапсихиатрическую помощь. Девушка объясняет, что теперь она выработалаособую модель поведения: каждый раз, когда ее брат «подкрадывается»к ней, она делает вид, что "заново расставляет своих кукол илипросто сметает с них пыль"…

Многие коллекционерыговорят, что об их увлечении знают все, кто знаком с ними самими.Одна дама, работающая в компании по сбыту одежды, каждую неделюприносит в офис очередную куклу, и многие коллеги и заказчикиоказываются настолько впечатлены роскошными нарядами Барби, чтоготовы даже прослушать короткую лекцию о знаменитой пластиковойкрасавице. Но вот другая участница форума рассказывает, что она неготова признаваться в своем хобби кому бы то ни было и скрываетналичие у себя коллекции из более чем ста Барби. Она объясняет этотем, что у людей есть определенный образ ее самой, и она должнасоответствовать этому образу "хотя бы по тому, что служила вармии и вообще вполне себе начальник". На том же форуме еще однадевушка делится опытом "выхода из чулана". Началось, по еесловам, с того, что ей надоело скрываться, и в один прекрасный деньона решила, что расскажет о своем хобби всем своим сотрудникам. Еепопросили принести нескольких кукол в офис, и на протяжениинескольких недель она приносила с собой по две коллекционные куклы вдень, чтобы показать их своему боссу и другим коллегам. Девушка гордорассказывает, что куклы всем очень понравились и теперь к ее хоббиотносятся с уважением. Кое-кто из коллекционеров указывает, что стоитпросто упомянуть о коллекционировании Барби, и люди начинают смотретьна тебя косо, но если тебе удается завести такого скептика к себе вдом и показать ему коллекцию, он не может сдержаться и начинаетвосхищаться красотой твоих кукол. Еще одна женщина рассказывает, чтов 2000 году, когда высший суд заставил Гора отказаться от участия впрезидентских выборах, она пришла на работу в черном платье и чернойшляпке в знак траура. С собой она принесла одну из своих Барби, тожев черной шляпке и под черной траурной вуалью. Демарш девушки такразвеселил весь офис, что ее статус коллекционера был полностьюлегитимизирован. Один из немногих мужчин на форуме рассказывает, чтоблагодаря Барби он получил свое нынешнее рабочее место. Еще во времясамого первого интервью он рассказал будущему боссу, что собираетБарби, и босс был так впечатлен искренностью кандидата, что решилпринять на вакантное место именно его. В той же дискуссии —признание еще одной участницы форума, рассказывающей, что она пряталасвою коллекцию от чужих глаз на протяжении многих лет, потому что вмолодости ей было слишком важно, что подумают другие, а отказаться отБарби она не могла, потому что очень любила "своих девочек"."Теперь, — говорит девушка, — я горжусьсвоей коллекцией и горжусь тем, что у меня есть хобби. У большинствалюдей ничего подобного в жизни нет". Четырнадцатилетняя девочкапризнается, что "никому не рассказывает о своей коллекции,потому что мои друзья превратили бы мою жизнь в ад" (на форум,кстати, обычно не допускаются люди младше восемнадцати лет, и послетого, как эта юная участница назвала свой подлинный возраст, ее счетбыл закрыт). Наиболее впечатлившее меня признание звучало так: "Да,я тайный коллекционер, я никому не рассказываю о том, что собираюБарби, потому что я мужчина. Хватит с меня и того, что я гей и долженвыносить все соответствующие тяготы. Если бы я еще и рассказываллюдям о своей коллекции Барби, то шепот за моей спиной толькоусилился бы. Впрочем, моя семья знает, что я собираю Барби, да инекоторые мои друзья-геи тоже в курсе. Под эту коллекцию у меняотведена специальная комната — ради ее создания я объединил двас половиной гаража. Эта комната заполнена от пола до потолка —у меня более двух тысяч Барби, ее друзей и приятелей. 75 % изних до сих пор хранятся в коробках, остальные размещены в специальныхстеклянных дисплеях, особенно все дорогие коллекционные куклы. Те,кому довелось входить в мою кукольную комнату, были поражены иговорили, что она прекрасна. Я люблю своих Барби и искренне хотел бы,чтобы в эту комнату входило больше людей".

Наличие стабильного рынкаколлекционных Барби, постоянный рост числа коллекционеров, ихсерьезное отношение к своему хобби и лояльность к производителюлишний раз демонстрируют масштаб феномена Барби. Именно ееспособность быть гораздо больше, чем просто куклой, делает еепривлекательной в глазах взрослых людей, пусть даже эти взрослые людиочень часто используют своих коллекционных Барби для совсем детскихигр (например, переодевают их к конкурсу Мисс Мира и смотрят конкурсвместе со всеми своими Барби, убирая их из игры по мере того, какнекоторые участницы настоящего конкурса выбывают из состязания).Именно благодаря взрослому интересу к этой кукле и готовностиколлекционеров тратить свои кровные деньги на дорогих разряженныхкрасавиц «Маттел» смогла создать наиболее знаменитые ивпечатляющие вариации Барби и привлечь к работе над куклой выдающихсядизайнеров современности, превративших кукольные платьица впроизведения высокого искусства. Если бы не взрослые коллекционеры,влияние Барби на наш мир оказалось бы неизмеримо меньшим, чем оноесть сегодня.

Некоторым образомотношение взрослых коллекционеров к Барби является квинтэссенциейотношения к этой кукле взрослых людей вообще. Барби вызывает сильныеэмоции, Барби требует близкого рассмотрения, Барби представляет собойобъект, с которым нужно считаться, и отношение к этому объекту всегдаостается двойственным. В следующей главе, говоря о еще однойкатегории взрослых, чьи мысли часто занимает Барби, т. е. охудожниках, использующих ее образ в своих работах, я попытаюсьпродемонстрировать видящуюся мне близость взглядов этих двух взрослыхкатегорий любителей Барби по целому ряду параметров, и главным изпараметров является твердая уверенность в том, что Барби — этовсе-таки не "просто кукла".

Глава шестнадцатая

ГРОШОВАЯ ГАЛАТЕЯ: БАРБИ И ИСКУССТВО

Если бы Барби была"просто куклой" для нас, взрослых людей, она наверняка неоказалась бы самой избитой темой для художественного высказывания вмире. В этом плане Барби могут, кажется, перещеголять только Бог исмерть. Для современного искусства с его конъюнктурностью и любовью кпоп-арту Барби в последние полтора десятка лет стала играть рольнебесной манны, господнего дара для всех, кому не лень нагнуться иподобрать то, что лежит буквально у него под ногами. Едва ли не любойхудожественный проект, в котором задействована Барби, фактическиобречен на внимание прессы и хоть какой-то успех. Достаточно раздетьэту пластиковую красавицу догола и поместить посреди какой-нибудьгалереи, как мы получаем имитацию острого социального высказывания.Имитации эти по большей части нелепы, грубы и беспомощны: редко комуудается выбраться за пределы нескольких избитых приемов и навязчивогомуссирования набивших оскомину штампов.

Что делает Барбинастолько привлекательной для художников и псевдохудожников в течениестоль долгого времени? Мне видится, что существует несколько причинтакого пристального внимания, и первой и главной из них являетсяузнаваемость куклы в сочетании со спорностью ее образа и неутихающимидебатами о ее вреде или пользе для человечества. В западном мире едвали найдется человек, у которого не было бы своего мнения по поводукуклы Барби, что позволяет художнику вступить в контакт со зрителемзадешево, не утруждая себя необходимостью прилагать усилия длявведения его в созданный образ или для подготовки к восприятию тойили иной концепции. Периодически мне начинает казаться, что длясовременного искусства Барби — это что-то вроде полуфабриката.Ей можно пользоваться по принципу "просто добавь воды", чтохудожники с удовольствием и делают, добавляя некоторое количествоводы в описание проекта, заменяя одно платьице куклы на другое,запихивая ее во что-нибудь максимально неудобное вниз головой иполучая в результате дешевый быстрорастворимый продукт для массовогопотребления. Дополнительным плюсом при таком подходе к объектуявляются те смысловые нагрузки, которые Барби несет сама по себе икоторые обсуждались на протяжении всей книги. Эти смысловые нагрузкисоздают стройные сильные образы, автоматически приписываемые кукле, ипопытки нарушить этот образ сами по себе становятся художественнымприемом. Образ Барби, с одной стороны, настолько идеален, чтовызывает жажду разрушения, схожую с желанием рано или поздно вывестииз себя вечно улыбающегося и нарочито дружелюбного человека. С другой— идеальный мир Барби пестрит смысловыми дырами. Его яркоразукрашенный фасад наводит на мысль о совсем не идеальной жизни,творящейся за стенами розового дома мечты. Художники и поэты вовсюиспользуют это свойство мира Барби, пытаясь так или иначе заполнитьсмысловые ниши реалистичными подробностями из жизни самой куклы, еедруга Кена и их приятелей. Кроме того, очень часто куклы Барбипопадают в тот или иной художественный проект не в качестве самихсебя, а в качестве того самого универсального символа женщины, окотором шла речь в главе про Барби и гендер. Когда надо нехитрымобразом изобразить женское начало на доступном неприхотливому зрителюуровне, Барби выдвигается вперед в качестве безотказного боевогослона. Таким образом художник часто убивает двух зайцев, получая внагрузку к собственным образам весь спорный — и этим ценный вданном контексте — социальный багаж Барби.

Дополнительным удобствомдля тех, кто использует эту куклу в качестве художественногоматериала, является формат подачи Барби, разработанный «Маттел».В рамках этого формата личность и характер куклы, как уже говорилось,определяют ее одежда, атрибуты внешнего вида и аксессуары.Соответственно художник волен использовать Барби как болванку,которую можно расписывать и переодевать по-своему, получая при этомвозможность представить миру любые интересные ему «характеры»и «типажи», что является одной из самых распространенных,нехитрых и популярных в творческой среде форм «Барби-арта».Все это в сочетании с красочностью и яркостью самой куклы и еенарядов будоражит умы деятелей искусства и заставляет их порождатьодин за другим мало различимые художественные проекты посредствомиспользования примерно десятка двeнaдцатидюймовых кукол и менеедесятка расхожих приемов. По прочтении нескольких десятковстихотворений, посвященных Барби, и просмотре репродукций и описанийсорока с лишним художественных проектов, в которых использоваласьсама кукла, мне удалось вычленить семь основных приемов, используемыхпро создании "Барби- проекта". Список мой ни в коем случаене претендует не на полноту, ни на правильность, но сам по себекажется мне довольно показательным.

Первый и главный прием,лежащий, как мне видится, в основе «Барби-арта» —это прием "образ против образа", контрадикцияхудожественного произведения и "легального имиджа" Барби,создаваемого и тщательно оберегаемого компанией «Маттел».Рамки этого имиджа заданы так жестко и так строго, что использоватьподобный прием — дело совсем не хитрое; мало какой«Барби-проект» обходится без него. Идеальность Барбибеспредельна. В книгах "Библиотеки Барби" постоянноповторяются фразы вроде "Скиппер, нам нужно не забытьвоспользоваться кремом для загара!", "Молодец, Кристи, тыслушаешься старших!", "Ой, извиняюсь, я зевнула!" и имподобные. Естественно, такая идеальность сама по себе "проситкирпича". Соответственно в работах художников и поэтов,пользующихся методом "образ против образа", Барби предстаетсексуально озабоченной, бессердечной, безразличной к близким, тупой,злобной, одинокой, испуганной — словом, ровно такой, какой ее«запрещает» видеть производитель. В итоге чаще всегоперед нами оказывается плод разухабистой конъюнктуры, но изредкарезультат действительно производит сильное впечатление. Ужеупоминавшийся мной художник Альберт Крудо, много работавший с темойБарби, создал очень обаятельный объект под названием "КакашкаБарби":1очень аккуратная, гладкая, блестящая ярко-розовая спиралька скокетливо торчащим вверх хвостиком является, на мой личный взгляд,живой и симпатичной пародией на приторную идеальность Барби.Подчеркнутую идеализированную невинность Барби использует проживающаяв Германии русская художница Ирина Нахова: в ее инсталляции,коннотирующей к "Богоматери с младенцем" Жана Фуке,2Барби в символическом смысле подменяет собой Святую Деву. С тем женарушением "легального образа" работает художник СергейТерентьев: частью его проекта "Барбизона"3стали подражания комиксам в официальном детском журнале «Барби».Обычно эти комиксы изображают саму куклу и ее друзей и подруг,занятых той или иной душеспасительной активностью, в то время какБарби и Кен Терентьева, продолжая изъясняться все тем жедистиллированным языком журнальчика, занимаются сексом друг с другом.Кстати, тема "Барби и секса", уже широко обсуждавшаяся вэтой книге, бьет все рекорды популярности в мире «Барби-арта».Только ленивый еще не поставил бедную девочку раком. Художница Молинв свое время создавала трехмерные стенды (вроде тех, в которыхколлекционеры выставляют сцены из жизни Барби), в которых куклыпроизводства «Маттел» «разыгрывали»порнографические сцены в одиночку, по двое и большими группами.Японская художница Шинако Сато делала похожий проект, в рамкахкоторого Барби провокативно позировала перед камерами, щеголяяспециально сделанными для такого случая прорезями между ног.4Американский художник Том Форсайт использовал для своих фотографийголых Барби, помещенных в те или иные кухонные принадлежности —от бокала для мартини до тостера и миксера.1Правда, Форсайт объяснял, что в его ситуации, речь идет не о сексе ао том, как современная культура виктимизирует и подавляет женщин.

Здесь мы видим второйраспространенный прием постоянно используемый творцами«Барби-арта», — прием "Барби = Женщина".В рамках этого приема Барби используется в качестве "женщинывообще" — восприятие, как уже говорилось, вполнераспространенное в целом. В качестве "женщины вообще" Барбиусилиями художников подвергается страшным унижениям и мукам —по идее, тем самым, каким подвергает настоящую женщину современноеобщество. Художники, пытающиеся посредством Барби выразить идею оженщине как жертве, намеренно или невольно попадают под влияние тогофакта, что Барби виктимна сама по себе: не та Барби, которая работаетна восьмидесяти работах, ездит к морю с компанией из двадцати друзейи водит четыре автомобиля, а та Барби, которая продается в розовойкоробке и которой можно отрывать голову, выкручивать руки, обстригатьволосы и выкалывать глаза. Например, в проекте Barbie-Q (звучит как«барбекю», довольно расхожий и часто используемыйкаламбур) художниц Аннегрет Блейстейнер и Хейдрун Ваадт, готовящих избедной Барби то запеканки с сыром, то еще какие-то кулинарныеизыски,2Барби, по словам самих авторов, естественно, символизирует какое-тотам обращение с женщиной — при том что на самом деле речь,видимо, идет о сохранившемся с детства желании повыдирать кукле ножкис подведенной под него концепцией.

Впрочем, нередкохудожники не утруждают себя созданием коннотаций и метафор, авыбирают путь нехитрой сатиры. Иногда эта сатира оказываетсянастолько лобовой, что сводит скулы, как, например, в песенке3американской певицы Мэйр Уэйкфилд, где автор текста подробнорассказывает, что из-за своей первой Барби она перестала есть уже вшесть лет и маме пришлось объяснять ей, что "никто не можетвыглядеть, как Барби". Постоянно повторяющийся рефрен песни:"Садись к столу и ешь", а кончается весь шедевр словами:"Никто не может выглядеть как Барби, и если ты будешь пытаться,это тебя убьет. Лучше, прекрати попытки. Умирают миллионы девушек,так что, малышка, садись к столу и ешь". Не менее скучной всвоей прямолинейности оказывается песня Кози Шеридан "Барби",4уже цитированная мной раньше, с призывами к компании «Маттел»"сделать Барби, которая постоянно хочет в туалет, Барби, чьетело подчиняется законам гравитации, Барби, у которой проблемы снедержанием мочи и с волосами, растущими на лице" и т. д.(кстати, тема обращения к «Маттел» с призывами сделатьтакую Барби или сякую Барби тоже является исключительно популярной).

Куда как реже кому-нибудьудается работать с темой Барби как социокультурного символа тонко исо вкусом. Мне кажется, социальная проблематика, связанная с Барби,хорошо разыграна, например, в стихотворении Марджи Пирси подназванием "Барби",5в котором Барби не упоминается вообще. Стишок рассказывает о девочке,которая росла, окруженная теми же куклами, какими окружены вседевочки, а потом, в пубертатном периоде, стала часто слышать отодноклассников, что у нее большой нос и толстые ноги. Несмотря на точто она была здоровой, умной, сильной и талантливой девочкой, онаначала чувствовать себя виноватой и старалась как-нибудь избавитьсяот своего большого носа и толстых ног. Кончилось тем, что онаотрезала себе нос и ноги, и потом, видя ее в гробу, всеприсутствующие на похоронах говорили: "Ну разве она некрасавица?" Можно сколько угодно спорить с мнением, высказаннымавтором, но элегантность решения у нее не отнять.

Еще один прекрасный, какмне кажется, пример: американская поэтесса Денис Дюхамель, которую яеще не раз буду цитировать, написала целую книгу стихов, посвященныхБарби. Книга эта называется "Кинки"1— «Странновато», "Не совсем прилично". Ябыла поражена, убедившись, что, несмотря на всю избитость исходнойтемы и замах проекта, подавляющее большинство текстов книги простоочень хороши. Среди них наиболее прямым высказыванием на темуотношений Барби и социума видится мне стихотворение под названием"Математика — это трудно" — одна из фраз,которую произносила говорящая Барби; эта фраза в свое время вызывалаярость у противников куклы и особенно у феминисток. Текст Дюхамельрассказывает о реакции общества на появление этой куклы (описывая,среди прочего, реальную историю о том, как пресса шутила на темуБарби и президента Буша: мол, не пытается ли «Маттел»таким образом поддерживать Буша-младшего, у которого, как известно,проблемы со счетом вообще и с экономикой в частности?). Стихотворениезаканчивается словами: "Никто не знает, о чем Барби говорит насамом деле, но мы чувствуем, что она выбирает слова с той жетщательностью, с какой выбирает свой гардероб. Все подтянуто,подогнано по фигуре, дизайн всегда великолепен, и это заставляет насчувствовать себя на половину при деле, наполовину не у дел".

Несколькими строчкамираньше Дюхамель говорит, что в том году, когда Барби баллотироваласьв президенты ("Барби-Кандидат-в-президенты" была выпущена в1992 году) и проиграла выборы, "таблоиды засекли ее скупающейвсе подряд и объедающейся мороженым под шоколадным соусом".Здесь нам демонстрируется — в наиболее удачном изводе —еще один излюбленный прием деятелей «Барби-арта»: "ЖиваяБарби". Этот прием означает перенос Барби в реальную жизнь,представление ее уже не в качестве куклы, а в качестве женщины,которую эта кукла символизирует. Такой перенос позволяет не толькокак бы взглянуть на Барби и мир вокруг Барби глазами самой куклы, нои привнести в ее жизнь то, чего в ней по определению нет: страдание,смерть, боль, разочарование, насилие. Например, Линн Лившин,написавшая, как и Дюхамель, целый ряд стихотворений,2посвященных этой кукле. Одно из них описывает, как Барби роется вкнигах по медицине, пытаясь понять, что с ней не так. Она испытываетстрашное разочарование, осознав, что ей уже тридцать лет и что ничегоиз того, что происходит с женщинами в тридцать лет, с ней никогда непроисходило: у нее не было менструаций, она не занималась любовью, нерожала детей, не боролась с лишним весом или с лишними волосами нателе: "Я никогда не могла двигаться свободно, как они утверждалив 1975 году, я была полой и вся в дырках. Просто предмет, которыйлюди могут коллекционировать или терзать". В другомстихотворении Лившин рассказывает о Барби, которая сидит голой домаперед телевизором и наслаждается возможностью хотя бы в этот моментне скрывать дефекты собственной внешности, а именно —отсутствие пупка, кожу, которая пахнет резиной, и руки, которые можетвыворачивать из суставов любой покупатель.

То, что Лившин делаеттонко и элегантно, совмещая в одном тексте черты, присущиеБарби-кукле и переживания, присущие Барби-женщине, ее менее одаренныеколлеги делают куда как более примитивно. Например, Давид Вилкокспоет песенку,3в которой Барби прокладывает себе дорогу в реальном мире с помощьювибратора и доски для серфинга. Кстати, тема того же вибратораповторяется постоянно, может быть, пластик тянется к пластику, аможет быть, причина в увлечении «Маттел» аксессуарами длякуклы. Единственным известным мне примером, когда тема была разыгранасо вкусом и тактом, говорящим об исключительном таланте автора,оказалось маленькое стихотворение из цикла Андрея Сен-Сенькова "Самоенижнее белье куклы Барби":4

В наборе "Всё для Барби"

есть крошечный предмет,

чье назначение не сразу понятно,

когда ты догадываешься,

зачем он здесь,

кукла,

вспыхнув,

резко выхватывает предмет

из твоих рук.

Другой пример такого жеизящного перемещения Барби в реальный мир — еще одностихотворение из того же цикла:

У последней модели Барби

такая нежная пластмасса,

что на ней

может остаться след от трусиков,

если,

конечно,

кукла

будет долго неудобно сидеть на чужих коленях.

Еще один прием, широко ичасто используемый в поэзии или в изобразительном искусстве, когдаречь идет о Барби: "виниловая кожа", т. е.экстраполяция особенностей ее физиологии на ее воображаемую жизнь. Водном из стихотворений Дюхамель рассказывается о Барби и Кене,решивших поменяться головами в качестве единственного доступного имопыта физического сближения. Дюхамель пишет, что "Кену хочется…оторвать у Барби одну ногу и засунуть всю руку ей внутрь",потому что ничего другого он не может сделать в силу отсутствиягениталий у обеих кукол. И уж совершенно, на мой взгляд, гениальнымоказывается ход, использованный в стихотворении "Барби угинеколога". Все стихотворение рассказывает о Барби как онормальной женщине, проходящей обследование у гинеколога, и только ксередине текста начинает проявляться возмущение куклы тем, что еегрудь не продавливается под щупом маммографа, и тем, что ее ноги нераздвигаются до конца. Она говорит, что она не может лечь в больницу— у нее нет подходящей ночной рубашки, — иотправляется путешествовать по миру, держа в руках крошечную копиюкниги "Наши тела — это мы сами" (реально существующийпопулярный труд об отношении людей к собственным телам):

…Эта книга распаляет ее воображение:

каждая глава — лучший из образцов научной фантастики для кукол.

Впрочем, до такихтонкостей доходит редко. Большинство образцов «Барби-арта»паразитирует на прямой демонстрации уже разбиравшихся стандартныхкачеств, свойственных или приписываемых Барби. Для того чтобы выйтиза пределы этого замкнутого круга, нужна, по меньшей мере, уникальнаяавторская оптика, как у той же Дениз Дюхамель, или талант ужеупоминавшегося Андрея Сен-Сенькова, способного написать:

Под ее платьем

иногда

можно найти ту женщину,

из-за которой

потом

девочки

целуют мягкие лапки

игрушечных советских гинекологов.

Другой способ избежатьтрадиционной скуки Барби-проектов — сохранение визуальногоряда, связанного с Барби, при помещении его в совершенно новыйконтекст. Так поступила российская художница Екатерина Рождественскаяв своем проекте "Барби и Кены".1Рождественская, к тому моменту уже сделавшая целый ряд успешныхпроектов, в которых российские знаменитости помещались в контекствысокого искусства (например, позировали для фоторабот, частичноповторяющих классические картины старых и новых мастеров), продолжилаработать с теми же моделями, но уже в формате поп-арт, не копируяникакие определенные вариации Барби, выпускаемые «Маттел»,но сохраняя общее визуальное впечатление, какое получаешь от полки сБарби в магазине игрушек: яркие краски, чистые линии, ровныеоднотонные поверхности и китчевые аксессуары (по-прежнемуассоциирующиеся с Барби, несмотря на десятилетние попытки «Маттел»изменить вкус своей куклы к лучшему). Сама Рождественская объясняет,что ей "было интересно показать, какими разными могут бытьхорошо знакомые публике люди". В качестве Барби и Кена известнымпевцам, композиторам, политикам, спортсменам, актерам иногдаудавалось изобразить настолько дурацкое выражение лица, что им моглипозавидовать даже самые неудачные образцы маттеловских кукол середины80-х годов. По ходу работы модели с энтузиазмом участвовали всоздании собственного нового имиджа, принося с собой любимых Барбисвоих детей и одежду для них, фотографии из Барби-журналов и прочиеобъекты, так или иначе связанные с куклой и позволяющие лучше войти вобраз.

Еще одним примероминтересной работы с темой могут считаться некоторые работы ужеупомянутого Альберта Крудо, автора целого проекта под названием"Пластиковая принцесса Америки". Некоторые экспонаты этогопроекта являются крайне ординарными, например: Барби и Кен,запечатленные в момент гомосексуальных половых актов с другими Барбии Кенами, или серия фотографий, изображающая раздетых Барби разныхлет и сопровождающаяся глубокомысленными рассуждениями о вечноменяющихся стандартах красоты. Но некоторые работы Крудо показалисьлично мне исключительно обаятельными, скажем, уже упоминавшаяся"Какашка Барби" или "Барби-Кровавое-сердце",инсталляция, и которой Крудо использовал оригинальную маттеловскую"Барби-Секретный-шкафчик", — я рассказывала оней раньше. У этой куклы в середине груди располагается большоеотверстие в виде сердца, закрывающееся пластмассовой «дверцей»соответствующей формы. «Сердце» можно вынимать и прятатьвнутрь куклы какой-нибудь маленький девичий «секретик».Крудо изобразил Барби лежащей навзничь: пластиковое сердце вынуто изгруди и по полу растекается лужа ярко-розовой крови. Другой объектработы того же автора — очень редкое высказывание на тему"Барби и смерть": мумия Барби, завернутая по словамхудожника, в «дизайнерские» бинты, лежит и деревянномсаркофаге, на котором изображены вещи. окружавшие Барби в жизни, и,как и положено, призванные сопровождать ее в иной мир: доллары,плечики для одежды, цветочки, кошелечки и прочая кукольная мелочь.Кстати, Макс Фрай в свое время рассказывал, что прекрасный писательОлег Постнов придумал и описал набор "Барби и смерть":гроб, свечи, саван, венки. Я, к сожалению, не смогла найти самоописание, но идея кажется мне хорошей иллюстрацией к теме.

Ни в коем случае не стоитсчитать, что Барби является объектом приложения творческих усилийтолько для тех, кто считается или сам считает себя художником.Модифицирование, или, как еще говорят, «кастомизация»Барби, — исключительно распространенное хобби. В какой-томере модификаторы Барби прямо противоположны коллекционерам: самакукла не имеет для них ценности, и за редким исключением онипредпочитают покупать самые дешевые модели, чтобы дальшераспоряжаться ими по своему усмотрению. Существуют онлайновыекомьюнити и сайты модификаторов, где демонстрируют фотографиизаконченных произведений, просят совета для решения тех или иныхтехнических проблем, связанных с превращением Барби в новогочеловека, или делятся собственным опытом, приобретенным в результатеуже проделанных работ. В самых примитивных случаях модификаторыпросто переодевают Барби, заново рисуют ей макияж и переделываютприческу, иногда сопровождая это каким-нибудь концептуальнымкомментарием, например: "Я сделал Барби, похожую на КристинуАгилеру в ее последнем клипе!" В более интересных случаях Барбипридают схожесть с какими-нибудь известными персонажами (то же самоепроделывает «Маттел» в своих специальных сериях, тольковыбор персонажей часто оказывается совсем другим): например, в периодмоникагейта я видела фотографию розовой коробки, внутри которойнаходилась кукла с завитыми темными волосами и укрупненными чертамилица; эта кукла называлась «Барби-стажерка». Еще чащемодификаторы придают Барби сходство с какими-нибудь мифическимиперсонажами, иногда с персонажами мифологическими: Барби-Афродита,Барби-Парка, Барби-вампиресса и т. п. В работе модификаторабольше всего ценится полнота созданного образа, сходность этогообраза с прототипом, если такой имеется, неожиданность решения, т. е.удаленность результата от официального образа Барби, и способностьподковать блоху, т. е. сделать мелкие детали максимальновпечатляющими. Еще ценится умение оснастить Барби неожиданнымиаксессуарами, максимально похожими на настоящие: так, на одном изаукционов E-Bay было выставлено около десятка миниатюрных баночек икоробочек, в точности имитирующих тюбики с настоящей зубной пастой,упаковки презервативов и пластыря, коробочки с гигиеническимисалфетками и тампонами и баночки кремов для лица. Иногда результатыработы модификатора поражают воображение: не так давно я видела водной из модификаторских комьюнити фотографию куклы, названнойавтором «Барби-Темный-ангел» — результатамодификации оригинальной Барби серии My Scene с изначально крупнымичертами лица, выполненными несколько в стиле «манга». Заспиной "Темного ангела" развевались огромные крылья,сделанные из прокрашенных черным и красным птичьих перьев; еечерно-пурпурное платье было расшито блестками и бисером, на рукахбыли высокие облегающие браслеты, волосы куклы модификатор выкрасилав "платиновый блонд" и дополнила облик «ангела»тяжелым, почти готическим макияжем. Эта исключительно красивая кукла,которую автор сфотографировала с воздетыми к небу руками, произвелана меня очень сильное впечатление, не уступающее впечатлению отнаиболее роскошных коллекционных Барби работы "Маттел".

Модификация Барбиявляется таким удачным способом проявления творческих способностей,что периодически ее предлагают сделать в качестве домашнего заданиястудентам художественных или гуманитарных факультетов. Один такойпример я уже приводила, когда речь шла об образе женского тела; вотдругой пример: в одном из художественных колледжей Китая примернополтора года назад был проведен конкурс студенческих модификацийБарби (его выиграл студент, покрывший все тело куклы татуировками, —идея, вполне распространенная у модификаторов, — видимо,как в силу популярности татуировок в современной «альтернативной»моде, так и в силу удаленности татуированной Барби от пресловутогообраза, создаваемого «Маттел». Правда, несколько летназад Барби с клеящимися татуировками действительно существовала впродаже, но эти татуировки изображали яркокрылых бабочек и розовыецветочки, а не змеев, черепа с костями и зэковские наколки).

Модифицирование Барбисостоит из пяти основных видов наиболее распространенных изменений.Первый из них — «редрессинг», переодевание. В этомслучае оригинальную одежду Барби заменяют костюмом другого стиля,сделанным вручную специально для создания того или иного образа илипозаимствованным у других кукол. Шитье одежды для Барби являетсямассовым хобби, способным увлечь и маленькую девочку, которой толькочто подарили ее первую Барби, и взрослого коллекционера. Некоторыеделают пошивы одежды для Барби своей профессией: например, существуетсайт, на котором все желающие могут закупать кукольную одежду ручнойработы — от нейлоновых колготок до роскошных подвенечныхплатьев. Стоят такие вещи немало и приносят создателям довольноприличный доход. Очень часто девочки продолжают шить на Барби ужепосле того, как они перестают играть с самой куклой. Одна из моихкорреспонденток рассказывает, что для нее Барби означала в первуюочередь роскошные наряды, сшитые мамой. Самой корреспондентке ужеосновательно за двадцать, но мама шьет одежду для ее старых кукол досих пор, и эти разодетые красавицы достойно служат украшению дома.Для любителей такой работы существуют справочники с замерами ивыкройками; дополнительные выкройки часто публикуютспециализированные журналы про Барби. Существует, помимо прочего,весьма известный сайт, где собраны замеры фактически по всем моделямБарби, выходившим в разное время: иногда, скажем, длина их рук начетверть миллиметра отличалась от длины рук предыдущих моделей, аиногда у них была немного иначе расположена талия и т. п.Хозяевами сайта все куклы были обмеряны с точностью до одной десятойдюйма, что дает возможность всем желающим шить идеально прилегающие,прекрасно сидящие костюмы.

Вторым по степенипопулярности методом преображения Барби является «репейнтинг»— перерисовывание черт лица. Для этого с оригинальной куклыудаляется акриловый макияж при помощи не содержащих ацетона средствдля снятия лака с ногтей. После этого макияж все теми же акриловымикрасками наносится заново. Репейнтинг позволяет очень значительноизменять черты куклы (это видно на самих моделях, выпускаемыхкомпанией «Маттел»: одна и та же форма головы часто лежитв основе совершенно разных персонажей), а также добавлять кукламкакие-нибудь неожиданные элементы: слезы, кровь, татуировки и т. д.Третьей популярной практикой является «аксессорайзинг» —снабжение кукол специально сделанными аксессуарами. Иногда это простосумочки и шарфики, иногда уже упоминавшиеся тампоны и вибраторы,иногда атрибуты той или иной профессии.

Довольно редкой, нодающей прекрасный результат практикой модификаторов являетсяпроцедура под названием «рерутинг» — заменакукольных волос. Например, недавно виденная мной изумительной красоты"Барби-Снежная королева", была, среди прочего, сделанапосредством замены оригинальных волос куклы на тонкие белые перья.Чаще всего те, кого не устраивают волосы Барби, обстригают их подкорень и делают кукле парик, но особо упорные модификаторы,стремящиеся к высокому качеству изделия, отделяют голову куклы оттела и посредством пинцета вынимают волосы из гнезд в макушке,заменяя их другими волосами или еще каким-нибудь материалом.

Обычно четыреперечисленные мной практики позволяют делать с Барби все, что угодно,однако есть талантливые люди, идущие гораздо дальше в своемстремлении создать оригинальное произведение на основе маттеловскойкрасавицы. Я никогда не встречала подходящего термина, но мнекажется, что эту практику, по аналогии с предыдущими, допустимоназывать «решейпингом», ибо речь идет об изменении общихформ куклы. Например, художница, присутствовавшая на форумеrebel-barbies под ником «floralba» (к сожалению, мне неудалось установить ее подлинное имя), широко пользуется возможностьюнарушать целостность тела Барби. Одним из сделанных ею объектовявляется «Барби-Сирена» с телом русалки, т. е. срыбьим хвостом вместо ног, причем использована не существующая у«Маттел» модель Барби-Русалочки, а самостоятельносделанное тело. Кукла окружена маленькими мертвыми дельфинами —самым неожиданным аксессуаром, который мне когда-либо доводилосьвидеть. Следующей виденной мною работой того же автора стала«Барби-спрут». Здесь тоже использована только верхняяполовина тела куклы, а нижняя заменена на лиловые щупальца, сделанныеиз «фимо» — легко застывающего цветного материаладля лепки. У Барби изменен макияж, волосы перекрашены в лиловый цвет,а само тело оклеено бисером и бусинами. Однако самой интересной, намой взгляд, работой той же художницы стала «Барби-жук».Здесь от куклы оставлены только голова и руки, а фиолетово-розовоетело жука, расшитое бисером, со средними и задними ногами,заимствованными у реальных засушенных жуков, дает очень сильныйсюрреалистический эффект. Некоторые модификаторы идут другим путем —они не отнимают у Барби части тела, а добавляют их, например создаваямногоруких Барби. Инструкцию по добавлению рук я нашла на одном изтематических сайтов совсем недавно: в ней рассказывается, какпроделать дырки в кукольном теле и как закрепить игрушечные руки так,чтобы они продолжали двигаться.

Иногда модификаторы идутеще более неожиданным путем: они вообще не изменяют самих кукол, носоздают для них специальные «сеты», т. е. способырепрезентации: например, панорамы, которые ставятся у кукол за спинойи могут изображать хоть морское дно, хоть марсианский город. Иногдаголая Барби оказывается лежащей на крыше машины, иногда две Барбидержат в руках головы друг друга, а на одной из недавнопродемонстрированных в соответствующей комьюнити фотографии Барбизаснята бросающейся из окна.

Модифицирование —настолько важный и увлекательный аспект коллекционирования Барби, чтопять лет назад официальный журнал коллекционеров — "BarbieBazaar" учредил ежегодный конкурс под названием "Make-overArtist Award" и награждает участников со всех концов света впяти категориях: знаменитость, вечернее платье, свадебный наряд,фантазии, национальный костюм и особые идеи.

Работы модификаторов, побольшей части, остаются их личным хобби: за редким исключением этилюди не нарушают копирайтов компании «Маттел» и неиспользуют своих кукол в коммерческих целях. На их творчество и нарепрезентацию этого творчества в интернете компания «Маттел»смотрит сквозь пальцы, в то время как профессиональным художникамчасто приходится туго. Все последние пять лет компания постоянносудится то с одним, то с другим деятелем искусства, искажающим, помнению компании, образ Барби, или нарушающим копирайты, или чащевсего делающим и то и другое. Так, в 2000 году компания одержалапобеду над создателями фильма "Барби тоже бывает грустно".1Аргентинская видеохудожница Альбертина Кэрри создала этукороткометражную ленту для мексиканского фестиваля "Urban Fest".В ней белокожая блондинка-Барби занимается любовью со своейтемнокожей мексиканкой-домработницей. «Маттел» подала всуд на создателей фильма и потребовала запрета его показа несмотря нато, что в Бразилии фильм успели безо всякого скандала показать поместному телевидению. В тот раз «Маттел» заявила, чтолента носит порнографический характер и вредит имиджу куклы. Однакоэта победа компании оказалась одной из последних ее крупных побед. Втом же году «Маттел» проиграла иск к уже упоминавшемусямной художнику Тому Форсайту. Решение суда гласило, что Форсайт,помещающий голую Барби в духовки и миксеры, создал пародию наобщеизвестный культурный символ и что его использование Барбинаходится в рамках так называемого "разумного использования"несмотря на тот факт, что часть фотографий Форсайта была успешнопродана, а следовательно, художника можно было упрекнуть вкоммерческом использовании продукта компании «Маттел».Фактически иск к Форсайту стал для американского суда прецедентным.Через некоторое время «Маттел» возбудила и проиграла ещеодно дело, в котором преимущество, казалось бы, было полностью на еестороне: художница Сьюзан Питт продавала через свой сайт сделанныевручную объекты под названием "Садомазохистская Барби", или"Барби из Подземелья".2В этих коммерческих объектах Питт использовала не только само слово«Барби», но и головы от реальных кукол «Маттел»,в частности от модели «Суперстар». Тела Барби сгениталиями, волосяным покровом и сосками были выполнены самойхудожницей. «Маттел» потребовала 10 тысяч долларовкомпенсации за нанесенный ущерб и еще 1300 долларов компенсации засудебные расходы. Питт не стала нанимать адвоката, а решилапредставлять себя сама и подала в собственную защиту заявление о том,что ее Барби являются, во-первых, художественным проектом, аво-вторых, пародией на всемирно известную куклу. Судьи сочли этообъяснение убедительным, и Питт получила право продолжать торговатьсвоими Барби, закованными в цепи, одетыми в кожу и держащими плетки вруках. Судья Тейлор Суин заявил в ходе процесса, что изменения,внесенные обвиняемой, полностью изменили исходную куклу и что делообстояло бы иначе, если бы обвиняемая, например, переодевала«Барби-Чирлидера» в другой костюм чирлидера и пыталасьпродавать их на том же рынке, на котором оперирует «Маттел».Таким образом, судья, по большому счету, провел грань междузапрещенными и разрешенными модификациями Барби: "Сделайтекуклу, которая не похожа на исходник и апеллирует к другой аудитории,и мы будем защищать ваши интересы". Фактически та же историяповторилась годом позже, когда «Маттел» проиграла делоочень известной поп-группе «Аква», исполнявшей хит подназванием "Barbie Girl".1Клип пародировал привычный визуальный ряд гламурной жизни Барби иКена, а слова песни звучали примерно так: "Я —девушка-Барби в мире Барби. Пластмассовая жизнь совершенно прекрасна!Ты можешь расчесывать мои волосы или раздевать меня где угодно. Жизнь— это просто плод воображения". Суд заявил, что песняявляется пародийной, и поэтому никаких претензий у компании «Маттел»к группе «Аква» быть не может. Ряд других, менеесерьезных и менее нашумевших исков компании «Маттел» кхудожникам и исполнителям провалился, что неплохо иллюстрируетпозицию закона по подобным вопросам как таковую. Эту позицию можнопопытаться сформулировать так: Барби перестала быть в чистом видепродуктом компании «Маттел», она стала символом, имеющимисключительное значение в рамках современной культуры. Никто не можетзапретить пародировать это символ или использовать его как частьхудожественного проекта.

Следует полагать, чтоБарби еще не один год будет являться объектом пристального вниманияхудожников, и не исключено, что в ближайшее время компания «Маттел»поступит с ними так же, как в свое время поступила с коллекционерами,т. е. объявит их совершенно особой целевой аудиторией и, вместотого чтобы бороться с художниками, напрасно тратя деньги и наносяущерб собственному имиджу, начнет прикармливать их: устраиватьвыставки, проводить конвенции и награждать особой премией тех, ктоотличится на ниве воспевания образа Барби. Как коллекционеры своимисоветами и участием в устраиваемых «Маттел» мероприятияхпомогли компании окончательно сформировать собственный рынок модныхкукол для взрослых, так и художники могут при правильном обращении сними решить для компании другую задачу, а именно помочь ей жестчеконтролировать образ своей куклы в массовом сознании, хотя бы путемподдержки тех художественных проектов, которые угодны компании.

Но в то же время неисключено, что защищенная законом Барби теперь частично потеряет своюпривлекательность в глазах художественной общественности. Если«Маттел» перестанет подавать иски против художников ипоэтов, медийный резонанс проектов, связанных с Барби, понизится. Мнекажется правильным полагать, что современному искусству это пойдеттолько на пользу: может быть, конъюнктурщики начнут искать другихлегких путей отвоевать свое место под солнцем и оставят Барби тем,кто действительно заинтересован в этой теме и готов работать с нейвсерьез.

В рамках проекта"Культура повседневности" в связи с выходом настоящей книгииздательский дом "Новое литературное обозрение" совместно сгалереей художественного фонда «RuArts» провели выставку«Барбизона» (куратор Георгий Никич).

анонимный автор

Юрий Аввакумов

Виктор Алимпиев

Сергей Бугаев-Африка

Константин Батынков

Александр Виноградов &Владимир Дубосарский

Александр Захаров

Ирина Корсакова

Владислав Мамышев-Монро

Викентий Нилин

Николай Олейников

Георгий Острецов

Мюриель Руссо

Ростан Тавасиев

Сергей Терентьев

Леонид Тишков

Елена Уланцева

Катя Филиппова

Дмитрий Цветков

Сергей Шутов

ВладиславМамышев-Монро. Барби, 2005

Фото: Владимир Райтман

Ирина Корсакова. Куклас жемчугом, 1992, 60х80, холст, масло

Елена Уланцева. Куклыне плачут, 2005, фотография

Катя Филиппова. ТриумфБарби (объект желания), 2005, 130х90, смешанная техника

Александр Виноградов &Владимир Дубосарский Из серии «Барби», 130х100, холст,масло

Из серии «Барби»,2005, 200 х 80, см. техника

Из серии "Другиеи Барби", 1998, цв. Фото.

Сергей Шутов."Вторжение: лояльность, адаптация, реальность", 2005,инсталляция

В.Нилин. Полаяженщина, объект + перформанс (специально для выставки "Барби-зона").

Викентий Нилин (р.1949) — скульптор, потерявший в 1966 году в результатеаварии на лесопилке кисти рук и с тех пор создающий свои произведенияпри помощи зубов.

"Полая женщина"представляет собой "проект в прогрессе". С 5 по 10 декабря2005 года приуроченной к сессии Генеральной ассамблеи ООН вНью-Йорке, продолжит работу над изготовлением скульптуры. 20 декабряв день закрытия выставки законченная скульптура будет передана в даргалерее.

На фото В. Нилин заработой

Фото Т. Мыльниковой, 1994

Юрий Аввакумов,Кукарача, 1995, объект

МюриельРуссо-Овчинников Проект "Истории в коробках", 2005, объект

Виктор Алимпиев "Isit yours?", 2005, 2 17

Николай ОлейниковРазум и чувства (кабинка для одного, вход бесплатный)

Леонид Тишков

Никодим, 2000

Видео, ДВД, 6:00 мин

Музыка: Products

Александр Захаров Wow,2005, 55х100, смеш. техника

Ростан Тавасиев

Шубка (эскизскульптуры), 2005

Ростан Тавасиев

Шубка, 2005, 67 х 26 х18, смеш. техника

Заяц меняет белую шубкуне на серую, как раньше, а на розовую. По последней моде.

Спрятаться от врагов врозовой шубке сейчас куда проще чем в серенькой.

Георгий Острецов

Спорт противнаркотиков, 180х200, холст, акрил, рама — литая пластмасса

Дмитрий Цветков

Гробы для Барби (эскизобъекта), 2005

Проект «Барбизона».2000–2002

Сергей Терентьев

перформансы, видео,живопись, объекты

Виталий Голубев —фото

Письмо к Барби

Дорогая, как упоительнонаблюдать за тобой, заокеанской красоткой. Вот она мечта опрекрасной, беззаботной, счастливой жизни, полной успеха денег иславы. Барби, как много в этом звуке… Море, солнце, молодость,здоровые зубы. Хочется подобраться поближе и погреться в розовыхлучах твоего сияния. Правда, за ним мало, что видно — лишьмиражи иной непрожитой жизни. Хочется не только приблизиться, но иобладать, жить с тобой. Долго-долго, так чтоб на твоем идеальномличике проступили хоть и хорошенькие, но все же человеческие черты.Появились нормальные ноги и всё остальное, конечно, тоже. Поселитьсябы с тобой где-то здесь, у нас, научить курить, пить водку, жить на30 баксов в месяц, ходить по нашим заплеванным улицам, вонючимподъездам. Я научу тебя жить по-нашему. Бог с ним, с нестареющимтелом и пустым блеском глаз. Я наполню их сомнениями, отчаянием, аможет быть, удастся — и маленьким горем. Пусть ты побудешьнемножко нами, станешь понятней, роднее… Дорогая! На кого тыстала похожа? Помнишь, ты любила Кена, а я любил тебя?

Прошай

Твой Сергей

Часть четвертая

БАРБИ В РОССИИ

Глава семнадцатая

ОДНА ШЕСТАЯ ЧАСТЬ БАРБИ

Отношения американскойпластиковой принцессы с Россией, да и вообще, по видимости, сбольшинством стран бывшего соцлагеря, носят совершенно особыйхарактер. Здесь не имеют значения очень многие из тех факторов,которые делают Барби популярной на Западе и в Европе, например:ностальгическое отношение к этой кукле представителей старшегопоколения, имитация компанией «Маттел» реальной жизни вокружающем детей мире и другие вещи, на которые «Маттел»всегда делала и по-прежнему делает особую ставку. Из сорока шести летсвоей жизни Барби провела в России всего 15, первые маттеловскиекуклы появились в официальной московской продаже в начале 90-х годов.Можно говорить о том, что за эти 15 лет у Барби в России сложиласьвполне нетривиальная рыночная ситуация, в чем-то совсем ужуникальная, в чем-то схожая с ситуацией, существующей, скажем, встранах третьего мира. Например, действующий и в западных странахфактор престижности обладания Барби в России имеет едва ли непревалирующее значение по отношению ко всем остальным возможнымфакторам. Тому может быть несколько причин, но главными мне видятсядве: относительная дороговизна куклы и исторически сложившеесяотношение к ней.

Дело в том, что и вРоссии имеет место родительская ностальгия по Барби, но ностальгияэта устроена совершенно иначе, чем, скажем, в Америке. Для тех, чьидети сегодня играют с Барби, сама кукла символизирует не то что былов их собственном детстве, а то, чего в их собственном детстве небыло. В советскую жизнь информация о Барби проникала двумя путями:через «выездных» и через средства массовой пропаганды.Выездные, если не было жалко пяти долларов, привозили дочкам самыепростенькие из возможных моделей Барби и взахлеб рассказывали обокружающей пластмассовую красавицу невероятной роскоши, выставленнойна бесконечных витринах больших магазинов. Пропаганда давала примерноту же информацию, но акценты в ней, естественно, были расставленыиначе: вместо восторга и изумления в голосе рассказчика звучалнародный гнев: Барби представляла собой один из элементовамериканской угрозы, страшное идеологическое оружие.

Схема действия этогооружия была абсолютно прозрачной: капиталисты создают игрушку,которая навеки ставит ребенка в зависимость от роскоши и богатства.Пока ребенок учится капиталистическим идеалам, которые заставят егораскошелиться в будущем, родители вынуждены раскошеливаться внастоящем, приобретая все новые и новые предметы кукольного мира, окоторых не могла мечтать не то что советская кукла, но и вбольшинстве случаев нормальная советская семья, вроде стиральноймашины с сушилкой, посудомоечного аппарата или моторного катера.Заметим, кстати, что тогдашние попытки заклеймить Барби в советскойпрессе звучат слово в слово как сегодняшние проклятияантиконсюмеристов в адрес все той же бедной куклы.

Впрочем, в СССР Барбиобличали не очень интенсивно. Дело в том, что от описаний достойнойвсякого порицания жизни маленькой пластмассовой богачки у советскихдетей не по-пионерски загорались глаза. Моя добрая подруга, журналистТаня Данилова рассказывает, что впервые прочитала о Барби в книжкекакого-то советского американиста. Автор тяжело вздыхал о том, чтобедные родители из рабочих семей вынуждены всю жизнь кормить этогопластмассового молоха, а иначе их дети становятся социальнымиизгоями. "На следующей странице, — пишет Таня, —была фотография этой куклы, стоящей на крылечке своего дома, и у менязахватило дух… С фотографии сочился свет другого мира, вовсемне не чужого. "Когда-нибудь я попаду туда, — решилая. — До этого рандеву Земля прочно стояла на трех китах ибыла едина, а существование Барби указывало на множественностьобитаемых миров. Мне снесло голову от понимания того, что на другихпланетах, в том космосе, откуда родом эта девочка, тоже есть жизнь, —другая, совсем другая, и, может быть, лучшая…" Почти темиже словами описывает свое первое, тоже еще заочное знакомство с Барбифилолог Елена Григорьева: "Вдруг становилось ясно, что где-тоесть другая жизнь. Сегодня ее, эту жизнь, зовут «глянцевой».Тогда виделось иначе — как неуродливый мир. Становилось ясно,что такой мир существует не только в сказках. Возникала возможностьиной жизни, возможность выбора, и становилось ясно, что быть женщинойозначает не только грязь и слизь, но и неведомую эстетику,существующую где-то в другом мире. Это был культурный шок, как ототкрытия жизни на Марсе".

Красота — вот былоглавное слово, которым поколение бывших советских детей характеризуетвсе, что тогда было связано для них с Барби и ее миром. Средиокружающих их игрушек не существовало ничего подобного, ничегопохожего на Барби: грубый дизайн, примитивные одежки, приглушенныецвета советских кукол создавали такой сильный контраст сидеологически вредной американкой, что при контакте с ней дети отвосторга и изумления забывали правила приличия. Одна из моих любезныхкорреспонденток Елена Умерова рассказывает о мальчике, чьи родители вконце 80-х отправили сына к ней на день рождения с новенькой Барби вруках. Придя на праздник, мальчик отказался отдавать имениннице такуюпрекрасную, яркую, красивую коробку. Ему было все равно, что внутринаходится кукла, которой он совершенно не интересовался: дело было внесказанной красоте самого предмета, и уговорить его отдать подарокудалось с большим трудом.

На социальной шкалеположение девочки, получившей в подарок Барби, оказывалось почтинедосягаемым. Еще одна моя корреспондентка, Полина Русакова,например, писала мне, что ее подруга очень хотела Барби, хотясовершенно не любила кукол и никогда с ними не играла; зато она былатвердо уверена, что Барби сможет решить все ее социальные проблемы.Здесь не важно было иметь дорогую Барби, или коллекционную Барби, илиБарби с массой аксессуаров, достаточно было просто иметь Барби, иметьвозможность принести в детский сад, в школу или во дворпятидолларовую куколку в самом нехитром из всех маттеловских нарядов,и ты становилась королевой, милостиво разрешающей подданнымдотронуться до символа твоего заморского богатства. Именнодотронуться: в советские годы с Барби играли крайне редко.Представить себе, что Барби можно безжалостно раздеть, переодеть,обкорнать под корень, разрисовать фломастерами и бросить в ящик сигрушками, как это делали почти все девочки западного мира, былоневозможно. Очень часто родители запрещали дочерям вообще выноситьБарби из дома — не дай бог, потеряется или поломается. Именноздесь, в советских квартирах, а не в домах неосмотрительныхамериканцев, позволяющих капиталистам запудривать себе мозги, Барбипревращалась в идола, в объект сознательного поклонения, восхищения иподражания. Возникал парадокс, который был бы не в силах предсказатьни один мудрый маркетолог компании «Маттел» и ни одинмудрый автор газеты «Правда»: кукла, созданная для того,чтобы каждая девочка могла узнать в ней себя и строить по ней своюбудущую жизнь, оказалась для советских детей сказочным персонажем,любовь к которому основывалась именно на абсолютной непохожести егони на что виденное ими раньше и на уверенности, что их собственнаяжизнь никогда не будет похожа на жизнь Барби. Именно это отношение,видимо, и описывает еще одно стихотворение Сен-Сенькова:

Она мне никогда не снилась,

зато

снились страшные московские куклы

семидесятых

с их честными,

ничего не обещающими,

сросшимися пальцами.

В доперестроечную эпохуБарби можно было достать у спекулянтов: пятидолларовая кукла стоилаот двадцати до сорока рублей. Однако в начале 90-х Барби началипоявляться на российском рынке официально. Насколько мне удалосьпонять, первым наших детей познакомил с Барби журнал «Мурзилка»,выходивший в те годы пятимиллионным тиражом. Барби представлялась как"американская подружка" советской девочки. Российскаякомпания GV Accord Toys торговала Барби в "Детском мире" наПроспекте Мира. Одна кукла стоила 16 рублей — вполне солидныеденьги. В интервью Валерии Селивановой, корреспонденту газеты"Большой город", одна из старших менеджеров компаниирассказала, что сразу после открытия фирменного магазина Барби (черездва года после появления первых кукол в "Детском мире") подНовый год завезли партию приблизительно в 3500 кукол К 26 декабряполки уже были пусты.

В том же интервьюговорится, что в начале 90-х GV Accord Toys продавала до 27 тысячкукол одного артикула в год. Однако с течением времени выяснилось,что Барби в России не так уж и популярна. Сегодня официальнымпредставителем «Маттел» в нашей стране является компанияпод названием "Мир Барби". Если в первые годы своегосуществования компания пыталась открывать специализированныемагазины, в которых шла бы торговля исключительно продукцией«Маттел», то сегодня в магазинах под розовой вывеской"Мир Барби" сами Барби занимают в лучшем случае два большихстеллажа: остальное пространство отдано под продукцию другихпроизводителей игрушек. Селиванова указывает, что по исследованиямИнститута товародвижения и конъюнктуры оптового рынка Москва покупаетне более 65 000 Барби в год. Простая арифметика позволяет провестипараллель: в самом обеспеченном городе России каждая девочка имеет всреднем не 8 Барби, как в Америке, и не 4, как в Европе, а 0,7 Барби(в Москве примерно 1.600.000 детей, отношение числа девочек к числумальчиков, насколько мне удалось выяснить, — 13:10, —значит, в Москве примерно 904 тысячи девочек; в год каждой покупают65.000/904.000 = 0,07 Барби. Девочке дарят кукол на протяжении 10 лет— так мы и получаем 0,7. Подсчет никуда не годится, носравнительный порядок цифр все-таки увидеть позволяет). Журнал«Барби» выходит тиражом 135 тысяч экземпляров. В книжномклубе "Барби в России" состоит около 30 тысяч девочек поофициальным данным (при этом, кстати, на книгах "Книжного клубаБарби" стоит пометка "Тираж 20.000", хотя по правиламклуба каждая вступившая в него девочка получает все новые книги) —цифра, прямо скажем, ничтожная. Оставив в стороне сухую статистику, ямогу поделиться собственным впечатлением: мне не удалось найти вРоссии ни одного серьезного коллекционера Барби, т. е. человека,который бы подходил к составлению коллекции хотя бы вполовину таксерьезно, как к нему подходят американские коллекционеры. Сайтов,посвященных Барби, в сети фактически нет, не считая нескольких плохосделанных и лишенных информации домашних страничек. На международныхфорумах коллекционеров и любителей Барби я ни разу не встретилаактивных участников дискуссии из России, да и простозарегистрированных пользователей, у которых в графе "странапроживания" значилась бы Россия, мне встретились всего два илитри человека.

О причинах такогоскромного интереса к такой популярной личности можно говорить долго.В качестве причины номер один обычно указывают сравнительно высокуюцену на Барби, особенно в сравнении с подделками, т. е. сдругими 12-дюймовыми куклами. Причиной номер два часто считаютнастороженное отношение родителей к этому американскому идолу. Вкачестве третьей причины можно указывать нежелание российскихпотребителей приобретать именно тех Барби, которых «Маттел»выпускает наиболее широкими тиражами и на которых делает серьезнуюставку, — Барби — представительниц разных профессийи Барби, предающихся разнообразным видам полезной активности вродекатания на роликовых коньках или ныряния с аквалангом. В том жеинтервью Селивановой Яков Шпигельман, руководитель "Мира Барби",рассказывает, что в России, например, не идут Барби-инвалиды (имеетсяв виду кукла Бекки). 15 штук, привезенных Шпигельманом из Штатов сцелью попробовать продавать их в России, простояли на полках большегода. По его словам, лучше всего расходятся принцессы в роскошныхплатьях, пусть цена у них и выше, чем у более простых моделей.Объясняется это, по всей видимости, уже упоминавшимся мнойпарадоксом: для российских детей Барби не является "girl nextdoor", а действительно принцессой из другой, сказочной жизни.Кроме того, ориентированность российских детей на карьеру во многораз меньше, чем у их западных сверстников, да и вопрос опрофессиональном успехе и продвижении по карьерной лестнице встаетперед ними гораздо позже, чем перед маленькими американцами.

Все перечисленныепричины, равно как и многие другие факторы, влияющие на популярностьБарби в России, сводятся к одному — компания «Маттел»не работает с русским рынком. Все те огромные усилия, которые«Маттел» прилагает для продвижения своей красавицы наевропейские рынки — реклама по телевидению и в прессе,специальные акции, активная поддержка "Клубов любителей Барби",работа с родителями, продвижение мерчендайза и т. д., —полностью отсутствуют в России. На сайте официального представителя«Маттел» в нашей стране в разделе Барби написаны десятьстрок самого общего характера: никаких галерей, моделей, новостей —ничего. В разделе "Клуб мира Барби" перечисляются льготы,доступные членам клуба (заметим, не официального маттеловского "КлубаБарби", а организации, созданной местным представителемкомпании). Льгот четыре: постоянно действующая скидка в 5 %,система бонусов по накоплению, участие в регулярных праздникахторговой сети (о которых я ни разу не слышала, они просто не являютсяновостным поводом для российской прессы в отличие от подобныхмероприятий, проводимых «Маттел» в других странах), и…7 % скидка на ключевую воду и оборудование "Святойисточник". Этот список говорит о многом, и в первую очередь отом, что существующие, а тем более потенциальные поклонники Барби вРоссии никому не нужны.

Гадать о том, почему«Маттел» не работает с российским рынком так, как онаумеет это делать, можно долго. Может быть, дело в официальномпредставителе, но скорее в том, что «Маттел» не хочетсвязываться с российским рынком в силу его нестабильности или,наоборот, не видит в России достойного рынка в силу поголовнойбедности населения всюду, кроме двух столиц. По большому счету, прироссийском уровне зарплат двенадцатидолларовая кукла вряд ли можетстать таким уж хитом продаж…

Таким образом, Барбиопять оказывается в России на совершенно особом положении: это кукла,о которой знают все, но которой обладают немногие. Интерес к Барбиздесь носит двойственный характер: о ней обычно говорят состорожностью и с легким скепсисом. Если российская пресса, аособенно новостные ленты, и реагируют на какие-нибудь новостныеповоды, связанные с Барби (и обычно имеющие место за пределамиРоссии, а не в ней самой), то говорить об этих поводах принято сизрядной долей иронии. Кроме того, грустно и трогательно наблюдать,насколько интерес к Барби у журналистов смешан с незнанием предмета.Они ошибаются в тех мелочах, в которых никогда не ошибся бы ни одиних западный коллега, просто потому, что Барби на протяжении десятковлет являлась повседневной частью его собственного мира, мира егодетей и, возможно, мира его родителей.

В России к Барбисуществует два подхода. Первый подход таков: "Барби такаякрасивая, прекрасная, элегантная, изящная и продвинутая, она в тысячураз лучше всего того дерьма, которое производят у нас в стране и накоторое противно смотреть". Другой подход: "Наши неуклюжие,некрасивые и низкокачественные куклы такие свои, родные и домашние.Они учат ребенка добру, они милые, теплые и безопасные. По сравнениюс ними Барби — чудовищный вампир, преподающий детям чуждые имидеалы". Второе мнение на волне истеричного русофильствапоследних лет часто выражается с завидной безапелляционностью ипринимает гротескные, нелепые формы. В частности, в своей статье(названной "Тряпичная Масленица против колченогой уродины")по поводу Алены Пискловой и акции "Барби не пройдут"журналист Лев Пирогов с легкостью заявляет: "Прообразом взрослыхженских проблем является детская кукла Барби". Почему? Потомучто сначала девочек приучают хотеть Барби, потом — Барби-дом,для которого нужна Барби-мебель, потом Барби-мобиль, потом "комплектплатьев для летнего отдыха". "Раньше, — скорбитПирогов, — девочки сами шили платья для своих кукол.Теперь корпорации, зарабатывающие на женских неврозах, убедили их,что так не принято. Зачем колоть пальцы и шевелить мозгами, еслиможно купить за денежку?" В манере, вполне типичной для такогорода авторов, Пирогов закрывает глаза на то, что не только платья длякукол, но и игрушки вообще до очень недавнего времени, еще примерносто лет назад, по большей части делали вручную; собственно к Барбиэто имеет очень мало отношения, но тоска по добрым старым временамтут, как это часто бывает, распространяется только на областьинтересов автора. Очень хочется сетовать в тон, что раньше, человек,у которого болел зуб, привязывал к нему веревку и вырывал больной зубпосредством дверной ручки. Зачем же возиться со шнурками и дергать задверь, если можно купить за денежку? Тот же Пирогов заканчиваетстатью пассажем: "Когда-то давным давно крестьянские девочкимастерили тряпичных кукол, названия которым давались по именипредстоящего праздника: Масленица, Троица и т. д. Во времяпраздника кукол отдавали странникам, идущим поклониться святымместам. Если странников не было, кукол сжигали, чтобы хоть дымдолетел до неба. Красивый обряд. Если у вас есть Барби, закопайте еевозле Макдоналдса, пусть черт заберет свое". Самое интересное,что нашлись желающие последовать призыву Пирогова: кто-тодействительно закопал Барби возле Макдоналдса. Внятных объясненийсвоему поступку активист, к сожалению, дать не смог.

Еще более жалобнокликушествовал в своей статье Владислав Бахревский, автор газеты«Завтра». В 1998 году Бахревский написал заметку о Барби,начинающуюся словами: "Не Варвара, не Варенька, а именно Барби,чтобы русским духом не пахло". В заметке Бахревский писалбуквально следующее: "Милая куколка — еще одноамериканское оружие стратегического назначения. Барби задумана сразмахом, это — не просто кукла, это образ жизни, американскойжизни. Русские девочки обречены проводить с Барби все свое детство,взрослеть вместе с Барби, постигать интимные мелочи физиологии,гигиены, быта, приобретать навыки чужие, культуру чужую, а главное,иметь даже в игре постоянный контроль. В мире игрушек русская нарусской земле — сиротинушка". Остается только недоумевать:что такого автор знает об интимных мелочах физиологии и гигиены, чтостоль сильно разнится у нас и у них? Пустив густую слезу, Бахревскийставит в вину Барби и то, что дети не знают героев Отечественнойвойны, и то, что в России уже "под миллионребятишек-наркоманов". Подход вполне типичный для борцов зачистоту русского детства: "Наших умниц, наших богатырей, Василиспрекрасных и премудрых своими руками отдаем на воспитание самыммерзостным и лукавым Бабарихам, и к тому же бесстыдноразглагольствуем о великом будущем России", трогательнейшийпример многократно упоминавшейся мной тенденции почему-топерекладывать ответственность за воспитание ребенка с себя наигрушки. Апогеем моды на неприязнь к Барби в России стало годичнойдавности выступление бывшего министра образования, тогда ещедействующего, по поводу того, что в России должно стать меньшеимпортных кукол, и в первую очередь меньше Барби, "развивающих удетей раннюю сексуальность". Видимо, бывший министр образованиязнал о детской психологии что-то, что неведомо прочим смертным (также, как Бахревский знал нечто особое об интимной гигене), вчастности, каким образом "раннюю сексуальность" ребенкаможно "развивать".

Те же, кому Барби до сихпор видится очаровательным символом лучшей жизни, либо отстаиваютсвое мнение на родительских форумах, либо создают художественныепроекты разной степени серьезности, так или иначе связанные с куклой(надо сказать, что российские художники куда как менее агрессивны иироничны по отношению к Барби, чем их западные коллеги. Видимо,сказывается та самая разница в восприятии образа куклы). СергейТерентьев начинает свой проект «Барбизона» с письма,обращенного к Барби. Этот документ, на мой взгляд, прекрасноиллюстрирует некоторые аспекты восприятия куклы в России:"…поселиться бы с тобой где-то здесь у нас, научитькурить, пить водку, жить на 30 баксов в месяц, ходить по нашимзаплеванным улицам, вонючим подъездам. Я научу тебя жить по нашему,бог с ним, с нестареющим телом и пустым блеском глаз, — янаполню их сомнением, отчаянием, а, может быть, если удастся, ималеньким горем. Пусть ты побудешь немножко нами, станешь понятнее,роднее…" В России время от времени проходят выставкиодежды для Барби, например, выставку такой одежды, связанной крючком,в прошлом году проводил Краснодарский краеведческий музей. Куклы ввязаных и шитых платьях находятся в постоянной экспозицииКлуба-галереи в Сабурово, а Екатеринбургский музей не так давноприурочил специальную выставку к сорокапятилетию Барби. Впресс-релизах этих и подобных мероприятий часто указывается, чтостараниями российских мастеров Барби стала более близкой, теплой,ласковой — словом, своей. В процессе написания этой книги былидва совпадения, произведшие на меня сильное впечатление. Во-первых, вто время как я писала главу о личной жизни Барби, «Маттел»сообщила о разводе Барби и Кена, и мне пришлось переписывать довольносолидный кусок текста. Скажем прямо, ни один развод в моей жизни невызывал у меня таких сильных негативных эмоций. А сегодня, в тотдень, когда я заканчиваю эту главу, и, таким образом, заканчиваюкнигу вообще, «Маттел» опубликовала свой финансовый отчетза первый квартал 2004 года. В отчете указывалось, что продажи Барбиупали на 6 %. Частично это объясняется мертвым послепраздничнымсезоном, но все равно такое серьезное падение наблюдалось до сих пор,кажется, только один раз. Мне абсолютно не хочется рассуждать о том,движется ли мир Барби к закату: существует много причин так недумать, существует много причин этого опасаться. Например, можетсказаться (и сказывается!) очень серьезное изменение динамики рынкадетских товаров, произошедшее в 90-х годах или проектный подход ксозданию детских игрушек, в рамках которого ребенок получает не куклуи не плюшевого медведя, а целый мир, в который он оказываетсявовлечен самыми разнообразными способами: одновременно создаютсяфильм, сериал, книги, игрушки, мерчандайзинг, и все это — сединым набором героев, сюжетов и игровых стратегий. Конечно, этифакторы, равно как и множество других, вынуждают мир Барби меняться.

В какую сторону? Вместотого чтобы заниматься дешевыми пророчествами, я обращусь к одномустатистическому факту: в годовых отчетах компании «Маттел»на протяжении как минимум последних четырех лет прослеживается одна ита же тенденция: продажи Барби постоянно падают в США и постояннорастут за пределами Америки. Этому существует целый ряд объяснений,но так или иначе «Маттел» в последние годы прилагаетмного сил для продвижения своей удивительной куклы на зарубежныерынки. Не исключено, что в некоторый момент внимание компаниивсе-таки обратится к России, и тогда произойдет то, что происходит вКитае в последние два года: Барби внезапно окажется частью нашейздешней повседневной жизни. Она начнет смотреть на нас с реклам, еезвонкий голосок зазвучит в детских уголках торговых центров, молодыеактрисы в ярко-розовых платьях начнут раздавать купоны со скидкамивозле больших игрушечных магазинов, а по телевизору пойдут трейлерыанимационных фильмов от «Маттел» с участием золотоволосойкрасавицы. И если все это действительно произойдет, то Барби,наконец, по настоящему придет в Россию — со всеми ее плюсами иминусами, со всеми нашими опасениями и восторгами, почти на 50 летпозже, чем она пришла в западный мир, и почти на 15 лет позже, чемона могла бы прийти к нам. Только тогда мы сможем узнать, какой побегБарби может дать на российской почве, только тогда мы и получим шанспонять, действительно ли эта кукла учит девочек дружбе, терпимости иинтересу к труду, или же она ведет их на погибель по скользкойдорожке анорексии и консюмеризма.

В общем, наша встреча сБарби еще не состоялась, и очень велики шансы, что она так никогда ине состоится. Но я твердо уверена, что если это все-таки произойдет,мы узнаем много интересного не только о ней, но и о себе. В концеконцов я твердо убеждена, что отношения Барби и окружающего еереального мира поучительны, показательны и симптоматичны; мне упорновидится, что эта маленькая кукла является большим зеркаломсовременной цивилизации.

Может быть, нам ещепредставится шанс как следует посмотреть в это зеркало на самих себя.

Символ нашего времени

"Эта маленькая куклаявляется большим зеркалом современной цивилизации" —последняя строчка книги Линор Горалик могла бы служить ей эпиграфом.Феномен Барби, ее всемирная популярность, тиражирование образа этойкуклы как в рекламе, так и в реальной жизни стали поводом для многихдискуссий, подчас провокативных.

Идеи, которые изложеныниже, способны дать исследованию Линор Горалик дополнительноетеоретическое обоснование.

Речь пойдет осимволической идентификации несимволического, имеющей древнюютрадицию в сакральных практиках, искусстве, культуре и также присущейтенденции десакрализации в современном актуальном искусстве и реалияхповседневности. «Проекция» в этом смысле будетсоответствовать переносу не считываемых напрямую ощущений человека вобласть вербализуемого, или отображаемого тем или иным образом.Выражение с помощью языка, искусства, жеста можно обозначить как«символическое», в той мере и в том самом общемпонимании, в каком «символ» объединяет двойственное —смысл и значение, форму и содержание, замысел и его реализацию.

Куклу можно рассматриватькак объект, в котором соединяются выражение неподвластногосимволической интерпретации тела и та реакция жестом на окружающее,которая позволяет очертить знаки соприкосновения с ним. Конечно, речьидет не только и не столько о Барби, сколько о ее прообразе, которыйпоявился вместе с первыми людьми, увидевшими в куске дерева или камнявозможность трансформации в фигуру, напоминавшую человека. Первыекуклы служили "вполне взрослым задачам" — онивоплощали души умерших предков, божества, заменяли собой людей,предназначенных в жертву, и врагов, которых нужно было уничтожить.Скорее всего, куклу тогда вообще не воспринимали как детскую игрушку.Первые предметы, хотя бы отдаленно напоминающие человека или же егозамещающие, осуществляли символическую связь между человеком и теммиром, который его окружал. Первая символическая идентификация —сакральная: происходит формирование новых смыслов в отождествленииснопа колосьев, деревянной колоды или каменного изваяния счеловеческой фигурой. Эти смыслы уточняют позицию человека поотношению к неизведанным и таинственным силам природы, помогают ему,олицетворяя обрести защитника или победить врага сначала всимволическом мире, а потом и в реальном.

В соответствии с теориейЭ. Кассирера мысль символична, потому что вместо того, чтобынепосредственно реагировать на реальность, создает систему знаков иучится использовать эти знаки в качестве «субститутов»объектов. Но сакральность символической идентификации человека несуществует изолированно: она определяет один из видов«формотворчества» — миф. "Всякое познание вконечном счете стремится свести многообразие явлений к единству"основоположения".1Формообразование, посредством которого мир насыщается новымизначениями, характеризует по Э.Кассиреру, не только познание, но имиф, искусство, язык.

Соединившись в кукле,семантические составляющие этих трех областей культуры рождаютсемантический коллаж — не случайно именно в семантическихколлажах современное искусство чаще всего использует кукол.Деревянные, каменные, соломенные и другие прообразы современных куколсемантически маркировали сакральное, область священнодействия икульта. Вопрос, который задает в книге о Барби Линор Горалик —когда начинается собственная история детской игрушки, —может быть рассмотрен только в рамках этого семантического коллажа.Смежный вопрос об отмирании сакральной функции кукол также останетсябез решения, если мы рассмотрим его изолированно.

Семантический коллажсоединяет области игры и культа: многие дошедшие до нас традиционныеигры позволяют реконструировать древние обряды, а серьезность иторжественность, с которой происходили "похороны куклы"(например, утопление куклы-чучела Костромы в Древней Руси1),одновременно предполагали некоторую условность происходящего.Условность, скорее всего, была следствием развития общества: еслипервоначально славяне приносили в жертву болотному ящеру живуюдевушку, то впоследствии она была заменена куклой. Подобныетрансформации встречаются у разных народов. К такому же принципузамещения относится и обычай хоронить вместе с вождем не его слуг,воинов или любимых жен, а их кукольные копии. Так, в знаменитомзахоронении императора Цинь Ши-Хуанди в Китае2нашли многочисленные скульптуры в человеческий рост, обладающие,очевидно, портретным сходством.

В то же время многиекуклы и в наше время маркируют область сакрального — особоекультовое «пространство», по выражению И. Хейзинги.3В его концепции вся культура в целом носит игровой характер. С этимутверждением можно спорить, но интересно сравнение игровых иритуальных форм культуры как создающих свое особое, отгороженноепространство: и в игре, и в культовом действии очерчиваются пределы,за которыми «сила» сакрального или правила игры уже недействуют. И в том и в другом случае участники осознают и условность,и серьезность происходящего, но вживаются «по-настоящему»в свои роли. И сейчас на торжественных католических празднествахфигуры святых выносят из храмов, это шествие по-своему окрашивает,семантически переиначивает окружающее пространство. Сюда же можноотнести и обычай вертепов, представляющий на Рождество евангельскийсюжет. Так, современные куклы тоже маркируют сакральное пространство,правда, эта сакральность имеет разные свойства.

В книге Линор Гораликрассказывается о коллекциях Барби и самих коллекционерах: часто этоженщины, начавшие собирать свою коллекцию с детства, —тогда многие модели были им недоступны, иногда у девочки в детствевовсе не было Барби, по разным причинам кукол коллекционируют имужчины. В любом случае, зачастую даже ни разу не распакованные(такие куклы продаются в прозрачной упаковке), собранные вместе Барбисоздают особое пространство, по-своему сакральный кукольный мир. Внем сокровенны память о детстве, женские образы из юношеских грез,возводится домашнее святилище заветным мечтам, которые в то или иноевремя связывались с образом Барби. В Древнем Риме, выходя замуж,девушка приносила в жертву богам своих детских кукол. Это событиезнаменовало собой переход в новое, взрослое состояние. Желаниесохранить кукол и прибавить к ним новых может означать и стремлениезахватить во взрослый мир символический образ детства, и создатьсвоеобразный алтарь прекрасного или притягательного мира, остающегосяза гранью обычной реальности и этим напоминающего любой другойсакральный мир.

Процедуры переодеваниякукол, кстати, тоже повторяют традиционные ритуалы переодевания,сопутствующие всем видам культа. По сути, это примеривание иногооблика, символическое перевоплощение. Перемена платьев позволяетБарби менять занятия, выводить ее на новые дороги и дорожки игровогопространства, а не взывать к богам. Но куклы всегда сохраняли этувозможность: перейти из близкой действительности в волшебную итаинственную неизвестность.

Изображения людей сдавних пор наделялись магической силой — охотники на наскальныхрисунках приносили удачу своему племени. Зачем же понадобилосьизображение делать еще более похожим на человека, облекать его вобъемную форму? Соприкосновение человека с окружающим миромнеразрывно связано с ощущениями своего тела, с осознанием своегоположения в природе и обществе. Объемное изображение позволяетсоздать удивительное подобие, идеальное, если вспомнить о скульптурахгреческих богов.

Куклы с прикрепленными нашарнирах руками и ногами существовали уже в древних культурах —это подтверждают археологические находки. Но в какой мере быловозможно свободное и непринужденное обращение с ними? Трудноопределить теперь, где проходила грань между сакральным и игровымпространством. Понятно, что кукла с двигающимися руками и ногами быласоздана не для того, чтобы на нее просто смотрели, ее можно быловзять в руки, сгибая и выпрямляя суставы, имитировать движения,подобные собственным. В общем, эта кукла уже была способна не толькослужить воплощением какого-либо персонажа: она вступала в разговор.Она была способна на жест.

Такая кукла осуществляетзнаковое соединение тела и мира. А если наделить куклу конкретнымичертами, придать ей характер, то она может вступить в диалог сдругими куклами — возникает кукольный театр. Здесь свое особое,четко отгороженное игровое пространство с высокой степеньюусловности. Тут происходит перенос человеческих качеств на кукольныхгероев, при этом некоторые характерные черты утрируются, становятсяболее выпуклыми и очевидными. В драматическом театре такуювозможность дают маски, в кукольном — набор персонажей позволялразыгрывать традиционные сюжеты, меняя репризы в зависимости отситуации. Бедные влюбленные, благородный защитник, влиятельныйпокровитель и недотепа, простак, плут, ловкие слуги — героипереходят из столетия в столетие, меняя страны и континенты, но добровсегда торжествует над злом, влюбленные обретают счастье, а обман иковарство наказаны.

А каким образом Барби,совершенно «никакая» по сравнению со всеми персонажамикукольного театра, появляется на свет? Очевидно, Линор Горалик вернозаключает, что компания «Маттел» не изобрела ничегорадикально нового, а очень хорошо использовала давние традиции.Поскольку при своей «гладенькой» внешности кукла Барбиможет примерить любую роль — достаточно поменять ей наряды,окружить необходимыми аксессуарами, дать кукольного спутника и такихже подружек, чтобы они помогли ей справиться с ролью. Конечно, онаникогда не будет гротескным персонажем, но в этом нет надобности,потому что, играя на зазоре между "детской и взрослойсоставляющей", компания «Маттел» выбирает самыйбеспроигрышный путь, характерный для всего феномена массовойкультуры.

Обвинение Барби вбуржуазности, появившееся еще на страницах советской печати, до сихпор многим не дает покоя. Автор книги справедливо замечает, что Барбине формирует моду, а следует ей. Не кукла влияет на развитиекомплекса "иметь не хуже, чем у всех остальных",свойственного, кстати, как детям, так и взрослым. Само создание Барби— следствие определенных тенденций. То, что, продолжая традициюсимволической идентификации, она представляет собой такое гладкое иневыразительное существо, в этом виноваты мы сами. Если бы кукла былаярче обозначена своей культурной или характерной принадлежностью, онане стала бы так популярна.

Феномен успеха Барби втом, что, следуя вековой традиции, компания «Маттел»создала продукт, отвечающий условиям эры массовой культуры. Вотечественной литературе еще не было серьезного исследования,посвященного этому явлению. Возможно, что открытая перед вами книгастанет первой работой, затрагивающей в какой-то степени этупроблематику. Американский философ Н. Кэррол, а вслед за ним егофранцузский коллега Р. Пуивэ посвятили свои труды феномену массовойкультуры, в частности искусству в эпоху глобализации.1Кукла становится произведением искусства в наше время, только еслиона уникальна — авторская кукла, например. В век серийногопроизводства трудно представить миллион таких кукол, одновременновыставленных на продажу одной производящей компанией.

В работе Р. Пуивэподобный феномен исследуется на примере кино. По его мнению, массовоеискусство кино онтологически отличается от авторского: в каком-тосмысле последнее ближе роману прошлых эпох. Здесь писатель или автор— режиссер фильма обращается к своему читателю, зрителю,понимающему и воспринимающему именно его язык, освоившему близкие егособственному культурные горизонты — книги, фильмы и т. д.Напротив, в массовом кинематографе основное место занимают продюсер икоманда, создающая фильм. Фильмы этого рода распространяются по всейпланете. Таким образом, авторское кино проходит два этапа —произведения и распространения, в то время как массовая культураобходится без посредников. В купленной нами книге Стивена Кинга рольпереводчика сведена к нулю: никому в голову не придетпоинтересоваться качеством перевода, перечитать книгу в другомиздании. Подобное происходит с фильмом, музыкальным диском и…куклой Барби, добавим мы. Старинные куклы, хоть и не все былипроизведениями искусства, но несли на себе отпечаток определеннойкультуры, эпохи. В образе Барби черты культуры стерты, различныеодежки не определяют ее принадлежности какой-либо культуре, апозволяют «интерактивно» играть с ней, как и компьютерныеигры, в которых «воссоздается» средневековый быт. Барбинастолько стандартна, что без помощи «переводчика» входитв любой дом на планете. Барби лучше всех остальных существующих куколсправляется с этой задачей.

В ней соединилиськачества продукта массовой культуры, обладающего унифицированнойпривлекательностью, и возможности символической идентификации. Какпоказано в работах американского и французского философов, главнаяособенность предмета массовой культуры — доступность. У такихпредметов нет истории, хотя они и могут напоминать другие,предшествовавшие им во времени. Они свидетельствуют о серийномпроизводстве, часто будучи репризами (covers) тех предметов, которыепослужили им прототипом. Особым успехом Барби обязана тому, чтохорошо вписывается в массовую культуру. Говоря о прообразах Барби, мыпробовали найти ее культурные компоненты, загадку притягательностикуклы. В то же время Барби стоит на полке рядом с утенком ДональдомДаком, Рэмбо, «Титаником» и романами Стивена Кинга. Можнопридумать ей бабушку и дедушку, спутника жизни и подруг, но онаобречена быть продуктом стерильности: у нее не может быть мамы ипапы, она вообще не взрослела и не постареет, как и герои глянцевыхжурналов, мультиков и сериалов. Фигурка Барби — определенныйстандарт, хотя можно согласиться с Линор Горалик, что в ней воплощенидеал, но он из мира «Титаника» и диснеевскихмультфильмов. Он вполне классичен — кукла похожа на «настоящую»девушку, она лишена не только изъянов, но и всех деталей,подчеркивающих человеческое тело — чересчур острых углов,слишком округлых форм… Она очень ровная, гладкая, тонкая —и мультяшная. Ее фигура и классична, и узнаваема по своемусоответствию современным образцам массовой культуры. Барби доступнавсем: к ней не нужно привыкать, присматриваться. Она не создана длядлительного рассматривания. Линор Горалик обращает внимание на то,что Барби предназначена для немедленного подражания, а незамедленного действия.

Если на куклу проецируютидеальный женский образ, то он обыгрывается в настоящем времени, а неслужит примером для будущего. Играть в даму, красавицу или принцессунеобходимо сегодня и сейчас: это не прихоть избалованного ребенка, анеобходимость примерить на себя, хотя и в другом образе, такуюзамечательную роль. Благодаря своей стереотипности и доступностиБарби как нельзя лучше подходит для этой роли: из нее можно вылепитьчто угодно, именно потому что она так стандартна.

Но существует еще однаособенность куклы Барби, которая позволяет лучше играть с ней этироли. Она провоцирует нескончаемые дискуссии. Недавно Министерствообразования объявило о новой серии исследований влияния Барби надетей: кукла вызывает раннюю сексуальность. Не будем сейчас обсуждатьханжескую подоплеку этой акции в стране, где долгое время "сексане было", а теперь по государственным каналам телевидения идутфильмы и передачи, во многих демократических странах предназначенныетолько для кабельных каналов. Проблема в том, что на куклупроецируются собственные стереотипы.

Барби наделяетсядемоническими чертами и слишком одушевляется. На нее переносится веськомплекс страхов, сомнений и психологических проблем, характерный,возможно, для человека, выросшего в советское время, когда рольколлектива, социума и т. д. была гораздо важнее семейной, авместе с этим и гендерная идентификация происходила подспудно, самасобой.

В этой книге ЛинорГоралик подробно рассказывает, какими были куклы до Барби. Интересно,что и раньше куклы походили на взрослых женщин: не потому, что должныбыли стать предметом подражания, а потому, что не существовало ещеинтереса к ребенку и детству — специальной детской литературы,признания особого мира ребенка, отличного от взрослого…Возникшие в середине девятнадцатого столетия куклы-младенцы былипризваны подготовить девочку к будущей материнской роли и хорошоподходили для игры в «дочки-матери». Взрослых женщинизображали бумажные куколки, к которым прилагался комплект нарядов.

Я помню, что и в моемдетстве продавались картонные куклы с одежками, державшимися намагните. Куклы изображали девочек еще даже не подросткового возраста.Но гораздо притягательней было следить за тем, как сестра или подругапостарше рисовала на бумаге девушку с модной тогда прической«начесом», с длинными изящными ногами в туфельках накаблуке, тонкой талией и в купальнике. Затем я ножницами вырезала ее,накладывала силуэт на лист и рисовала по нему подходящие платья.Никакого социального компонента в этом занятии не проглядывало: убумажной куклы не было профессии и лишь одно занятие — онадолжна была менять наряды в зависимости от времени года и того, куданаправлялась — в бассейн или на бал. Что-то похожее происходити с Барби.

В книге Линор Гораликпоказано, что существует разница между взрослым и детским восприятиемБарби. Взрослые проецируют на нее свои качества, тогда как детисохраняют дистанцию. Они гораздо лучше взрослых чувствуют условностьигры. Это взрослым кажется, что у Барби непременно должна бытьвоспитательная функция, поэтому ей нужна профессия: врача, стюардессыили деловой женщины. Но Барби-дантист всегда будет уступатьБарби-принцессе. Потому что истинное призвание этой куклы —представлять образ красавицы. А какой девочке не хочется бытькрасавицей, хотя бы и в собственных фантазиях!

В недавно проведенномисследовании особенностей игры с куклой Барби у детей дошкольноговозраста1сравнивались темы игр с Барби и другими куклами. В результатевыяснили, что с пяти лет игры с Барби отличаются от занятий с другимикуклами. Барби особенно подходит для роли невесты, жены и помогаетдетям перейти в новое «взрослое» семантическоепространство, где гендерная принадлежность имеет свою характернуюспецифику. Кукла помогает осуществлению гендерной идентификации вновом мире.

В этом еще один секретвсемирной популярности Барби. Женские качества ее облика позволяютсделать ее и принцессой, и красавицей, и невестой. Она воплощаетрадужные представления о счастливой любви, хотя ее спутник Кен так ине стал подходящим супругом, о чем также рассказывается в книге. Ноего уделом с самого начала была роль сопровождающего, необходимойдетали интерьера, в том числе и на свадьбе. А то, что именно Барбитак подходит к роли невесты, жены и красавицы, связано с особенностьюее конструкции. Во-первых, она не слишком большая и не оченьмаленькая. В отличие от громоздких кукол-младенцев или фарфоровыхкукол прошлого, с ней легко обращаться, ее суставы сгибаются. Вфигуре соблюдается нужная мера реалистичности и условности. Но приэтом она "необыкновенно сексапильна".

В чем же выражаетсясексуальность Барби? Прежде всего, у этой куклы есть грудь. Она,правда, лишена полового органа, но эта деталь уже была бы излишнимнатурализмом и вызвала бы отторжение у большей части пуританскойАмерики и в многоконфессиональном мире. Кроме того, у куклы оченьтонкая талия и непомерно длинные изящные ноги. Сочетание такихпропорций с бюстом напоминает девушку-подростка и говорит оневинности. Возможно, в этом и кроется еще один секрет популярности.Как тут не вспомнить о набоковской Лолите! Впрочем, не только о ней.Возможности семантического коллажа, представляемые самой фактуройкуклы, многократно обыгрывались в современном искусстве.

Художник-сюрреалист,создавший необыкновенно сексуальный образ в серии куколдевушки-подростка, одним из первых использовал эффект еепритягательности. Ганс Беллмер создал женский персонаж, который могразбирать и моделировать так, как ему вздумается. Он сфотографировалэтот персонаж и на основе фотографий выпустил книжку «Кукла».Как и для современных художников, использующих в своих работах образБарби, о которых пишет Линор Горалик, для Беллмера эти произведения —форма протеста против ханжеской морали «порядочного»буржуазного общества, стереотипов комильфо и, кроме того, возможностьсоздания семантического коллажа, где предметы наделяютсясексуальностью.

Кукла Беллмера уже не томилое существо, которое послушно «примеряет» на себя нашипроекции, хотя в некоторой степени она прямая наследница той куклы.Эта кукла несет на себе отпечаток изорванности, расколотости инесостыкованности двух пространств — «моего»,«личного» и того, что с ним соприкасается. Ганс Беллмер,знаменитый благодаря своим куклам, видимо, был подвержен каким-топсхическим расстройствам, он искал спасения в чудесном исключительноженской природы. Его куклы физиологически точно передают пропорциидевушки-подростка. Пластика этой скульптуры отличается от пластикихудожественных образов, питающихся традицией. Предельно точнопереданные мышцы и «сочленения» контрастируют с хрупкойгипертрофированностью кукольного торса, придают ей сходство сманекеном.

Куклы Беллмера были очень«странными» — у них был один торс и две пары ног:эти сочленения представляли собой разные конструктивные сочетания,сфотографированные среди листвы и деревьев. Семантическим коллажемзанимаются и современные художники, обращающиеся к теме куклы.Форсайт стал знаменит благодаря фотографиям Барби, помещенной в самыхмногозначительных позах рядом с различными приспособлениями длякоктейля. Два молодых известных английских художника — братьяДжэйк и Динос Чэпмены создают многочисленные вариации на темусросшихся куколок-гермафродитов, наподобие сиамских близнецов, толькоэти композиции, наоборот, не сексуальны, а инертны, свидетельствуют ототальном безразличии в серийном «куклоподобном» мире.

Конечно, наши куклы Барбисовсем обычны, они достаточно реалистично повторяют пропорциичеловеческого тела, но некоторый, пусть и крохотный, градусотклонения в сторону создания девушки-подростка с непомерно длинныминогами, узкой талией, бюстом и маленькой головой позволяет фантазиипродолжить свою работу. В этой наивной стройной девчушке заложенаопасность — не случайно особо бдительные забили тревогу.Опасность и в самом замысле создания аналога женской фигуры.Интересно, что фигура с тонкой талией и большим бюстом всегдапривлекала мужчин. Может быть, это шутка, но были опубликованырезультаты гормонального сравнительного исследования женщин.Выяснилось, что у женщин, сочетавших тонкую талию и большой бюст,гораздо больше гормонов, отвечающих за фертильность. Они такимобразом призывают к продолжению рода. Возможно, такое сочетаниеженских качеств отложилось в вековой традиции мужских вкусов, авпоследствии и всеми стало восприниматься как сексуальное.

Кстати, Барби —переработанная модель «шлюшки» Лилли, о чем рассказываетв книге Линор Горалик. Эта куколка славилась своим пышным бюстом исовсем не предназначалась для детей. Приняв более гладкие и не такиевызывающие формы, она преобразилась в Барби, однако происхождениедает о себе знать.

Осталось сказать обобратной тенденции символической идентификации сакрального — одесакрализации, свойственной массовой культуре и куколке Барби вчастности. "Действительно, — пишет Линор Горалик, —Барби — воплощение светскости". Она находится подперекрестными нападками со стороны почти всех конфессий. Причинынападок — наделение куклы непомерным влиянием на детей, ееслишком очевидная популярность, а к тому же все, о чем еще подробнеебудет рассказано в этой книге: сексапильность, обилие аксессуаров,неустойчивая "семейная жизнь", пошлость и т. д. И в тоже время, хотя и в стертом виде, кукла Барби — наследницатрадиций сакральной идентификации. Может быть, потому, что предметомсакрального стало совсем земное и лишенное конфессиональныхособенностей, или, наоборот, потому, что корни этой сакральности ещедохристианские, языческие, Барби вызывает такую неприязнь врелигиозном мире. Но тут хотелось бы закончить словами, с которыхначалась эта статья: Барби — "зеркало современнойцивилизации".

Наталия Смолянская

1 Иони — в шиваизме символ женских гениталий и — более широко — женского начала, в противовес «лингаму» — символу мужского начала и мужских гениталий.

1 "The life and death of america's plastic princess", Albert Crudo. Painting, photography and 3-d work inspired by Barbie. Online exhibition at www.albertcrudo.com

2 "Богоматерь с младенцем", Ирина Нахова. Инсталляция. Галерея XL, Москва, май 2001 года.

3 "Барбизона", Сергей Терентьев. Фотосериал. Московский форум художественных инициатив, 2003.

4 An exhibition of photographs and paintings by Shinako Sato, Elizabeth Cherry Contemporary Art Gallery, Tucson, USA, 2001.

1 "Food Chain Barbie", Tom Forsyth, online photography exhibition at http://www.creativefreedomdefense.org/fc_1.htm, 2002.

2 "Barbie-Q", Anne Bleisteiner und Heidrun Waadt, видеоинсталляция, Германия,2001.

3 "Girlfriend" CD by Maresie Music, Mare Wakerfield Band, 1997.

4 Anthymn" CD by Wind River, Cosy Sheridan, 2000.

5 "Barbie doll", Margie Piercy, Moving Out almanach, 1971.

1 "Kinky", Denise Duhamel, Orchesis Press, 1997.

2 "Cold Comfort", Lyn Lifshin, Black Sparrow Press, 2000.

3 "East Asheville Hardware" CD, David Wilcox, 1995.

4 "Самое нижнее белье куклы Барби", Андрей Сен-Сеньков, неопубл., 2003.

1 "Барби и Кены", Екатерина Рождественская, фотопроект, журнал "Караван историй", 2004.

1 "Barbie Gets Sad Too", Albertina Carry, Argentina, 2003.

2 "Dungeon Barbie", Susanne Pitt, объекты. В настоящее время сайт, где они представлялись на обозрение, закрыт.

1 "Aquarium" CD, Aqua, 1997.

1 Кассирер Э. Философия символических форм. М.-СПб.: Университетская книга, 2002. С.15.

1 Рыбаков Б.А. Язычество древней Руси. М.: Наука. 1988. С.154.

2 Цинь Ши-Хуанди (259 — 210 гг. до н. э.) — первый император Цинь, начавший строительство Великой Китайской стены. В его гробнице, найденной в 1974 г., обнаружили сопровождавших его в загробный мир 8000 терракотовых воинов, ни один из которых не был похож на другого: судя по всему, эти скульптуры отличались портретным сходством со своими прототипами.

3 Хейзинга Й. Homo ludens. M.: Прогресс-Академия. 1992.

1 Carroll Noel. A Philosophy of Mass Art. Oxford University Press, 1998; R. Pouivet. L'ouvre d'art a l'age de sa mondialisation. Bruxelles, 2003.

1 Эльконинова Л.И., Антонова М.В. Специфика игры с куклой Барби у детей дошкольного возраста // Психологическая наука и образование. 2002. № 4. С. 53–69.

Страницы:

Получайте свежие статьи и новости Синтона:

Обращение к авторам и издательствам

Данный раздел сайта является виртуальной библиотекой. На основании Федерального закона Российской федерации «Об авторском и смежных правах» (в ред. Федеральных законов от 19.07.1995 N 110-ФЗ, от 20.07.2004 N 72-ФЗ), копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений, размещенных в данной библиотеке, категорически запрещены.
  Все материалы, представленные в данном разделе, взяты из открытых источников и предназначены исключительно для ознакомления. Все права на статьи принадлежат их авторам и издательствам. Если вы являетесь правообладателем какого-либо из представленных материалов и не желаете, чтобы ссылка на него находилась на нашем сайте, свяжитесь с нами, и мы немедленно удалим ее.

Добавить книгу

Наверх страницы

Наши Партнеры